Виктор Поздеев, председатель правления некоммерческого партнерства «Автоликон»: «Если говорить правду – то почему нет»

– С 1992 по 1996 год я работал водителем в «Автобусной автоколонне №1858» на маршруте «Порт «Пермь» – Центральный рынок». В 1996 году в Перми уже начали разваливаться муниципальные автопарки. Тогда я решил работать на себя. Оказался в огромных долгах и приобрел автобус, тогда еще «пазик» – и начал работать. День работал – всю ночь ремонтировал, автобус был очень старый. Где-то через два месяца я смог окупить автобус, купил более новый. Работал только днем – в те времена выезжали в основном в час пик, собирали людей. Позже стали формировать графики и составлять расписания. 21 марта 2009 года исполнилось тринадцать лет с тех пор, как я начал работать в этом бизнесе.

А в конце девяностых начались проблемы у муниципальных автопарков. Перевозчики, начавшие сами свой бизнес, если зарабатывали деньги, то вкладывали их в новые автобусы. В муниципальных же парках дело обстояло совсем иначе. Если раньше по улицам курсировали «пазики», то теперь частные автоперевозчики приобретают в основном мерседесы. Эти автобусы везде признаны эталоном качества. С точки зрения безопасности они просто идеальны. После ликвидации муниципального автопарка было создано куча ООО. Нам пришлось развиваться самим. Я помню 1996 год, когда в сторону Молодежной или Закамска ездил один автобус, а на остановках собиралось по 200-300 человек.

– Как с этим обстоят дела в других регионах?

– Недавно мы провели мониторинг по России – в стране нет ни одного другого города, в котором качество автобусов выше, чем в Перми. Я не беру во внимание такие города как Санкт-Петербург, где размещено собственное производство Scania – это немного другой разговор.

Чиновники предлагают нам приобретать «НефАЗы». Однако, с моей точки зрения, как профессионала, по эксплуатационным характеристикам эти автобусы значительно уступают подержанным мерседесам. Гарантия только на кузов у них составляет 15 лет, я уж не говорю о двигателе.

– Какие маршруты вы обслуживаете?

– Автобусы «Автоликона» курсируют на 40 маршрутах города. На некоторых по два графика, а на некоторых и по пятнадцать. У меня лично как у предпринимателя есть автобусы на маршрутах №47, №11, на №14 немного. Есть и №4, который сейчас на конкурс выставлен, и мне уже прислали уведомление о расторжении договора на маршрут.

– В своих суждениях вы никогда не боялись резкого, прямого слова, зачастую идущего наперекор слову официальному. Мешает ли вам это жить?

– Если говорить правду – то почему нет. Пусть иногда из-за этого и возникали неприятности. Я считаю, что каждый бизнесмен, который хочет развиваться , не должен расслабляться и должен быть готов постоять не только за себя, но и за благополучие своих сотрудников.

– А обоснованных опасений или открытого противостояния с кем-нибудь никогда не возникало?

Я открыто, в штыки никогда ни с кем не конфликтовал – ни с предпринимателями, ни с властями. Я считаю, что в любой ситуации нужно искать компромисс и вести конструктивный диалог. Если люди не готовы к прямому диалогу есть другие законные способы, прийти к общему знаменателю, например, через суд.

– Что вы думаете по поводу ситуации, сложившейся в Оренбурге?

– Сейчас автобусы встали в Оренбурге. Мы им, конечно, сочувствуем, ведь ситуация там сложилась очень похожая. Правда, там перевозки осуществляют в основном «Газели» и «пазики». Хотя я противник крайних мер. Ведь мы несем ответственность за пассажиров и взяли на себя обязательства доставлять их вовремя в нужное место. Но наша первоочередная задача – не сделать так, чтобы народ пострадал, и значит, мы будем работать.

Этот бизнес строился прежде всего для удовлетворения нужд населения города Перми. Возьмем маршрут №14, который делали именно мы. Раньше автобус по нему ходил от микрорайона Парковый до Почтамта. Потом, по просьбам пассажиров, маршрут продлили до улицы Чернышевского, затем – до Юбилейного. У нас же просто: спрос рождает предложение.

Именно ради пассажиров мы приняли решение переходить на мерседесы, пока десятилетней давности выпуска. Ради этого мы взяли на себя огромные кредиты для обновления подвижного состава. У меня большие кредиты, а если меня сейчас лишат работы? Банку ведь все равно, есть у меня маршрут или нет. Но я должен выполнить обязательства, взятые перед банком. И у каждого перевозчика в Перми похожая ситуация – все мы стараемся обновлять автопарк. Только за прошлый год в «Автоликоне» поменяли 70 автобусов из 250, а это разве плохо?

– Как вы представляете себе итоги конкурсов по распределению маршрутов в Перми?

– Вообще, я не против конкурсов. Но любой конкурс должен полностью разрабатываться согласно Федеральному закону 94 о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, где прописаны все основные принципы проведения подобных конкурсов. В конкурсе на маршрут №4 мы участвовать не собираемся. Четвертый маршрут не самый прибыльный, а чтобы его получить, нужно заплатить 23 миллиона рублей. Я считаю это невыгодным.

– А почему Вас не устраивают условия конкурса?

– На том же четвертом маршруте есть десять графиков. Согласно условиям конкурса, из десяти графиков останется девять. Это значит, что интервал между маршрутами теперь составляет не пять минут, а шесть минут, например. Это не повысит наполняемость автобусов. Если сделать разрыв, то люди попросту не будут дожидаться определенного автобуса, они будут пользоваться первым попавшимся, делать пересадки и так далее. Параллельных маршрутов у нас много. Почему у нас установились графики? Потому что мы рентабельность на практике обкатали, чаще или реже пускать автобусы уже не нужно.

– В очередной раз пошли слухи, что правительство Пермского края к осени намерено отменить социальные и студенческие проездные, заменив их компенсациями. Что по этому поводу думают перевозчики?

– Я считаю, что каждая услуга должна быть платной. Мы с пассажирами работаем по договору, билет – это и есть такой договор, гарантия безопасности проезда, страховка в любой ситуации. А проездной – что это за договор? Как можно доказать, что, имея на руках проездной, пассажир, скажем, пострадал именно в моем автобусе? Но, как и во всех цивилизованных странах, можно сделать существенные скидки. Перевозчики не отказываются от помощи пенсионерам. Кстати, в отличие от других городов, в Перми перевозчики оказывают существенную помощь пенсионерам. В других городах подобного давно нет. Мы предлагали чиновникам отменить проездные и сделать 50%-ую скидку пенсионерам.

– Что Вы делаете для повышения качества предоставляемых услуг?

– В «Автоликоне» у нас давно собираются специальные группы, проводятся занятия с профессиональными психологами, которые рассказывают, в каких ситуациях как себя вести. Кстати говоря, всюду обсуждаемое хамство со стороны кондукторов в девяноста процентах бывает спровоцировано самими пассажирами. Кроме того, три раза в год мы проводим и с водителями занятия по повышению квалификации. Я считаю, что водитель автобуса – это вообще призвание. Как минимум, мое. Хотя я сам уже не работаю водителем, за руль я сажусь частенько – чтобы не отвыкнуть.

– Кто же тогда приходит на место автобусников с призванием?

– Складывается впечатление, что конкурс затеян ради передела рынка. Но мало кто знает, что это очень тяжелый бизнес. Здесь нужен огромный опыт. Здесь нужно иметь не только навыки в организации бизнеса, но и уметь разобраться в технической составляющей автобуса. Чтобы, скажем, не ошибиться в выборе тех или иных запчастей и так далее. Тонкостей очень много. Непосвященному будет трудно наладить качественную работу.

– Ходили разговоры о грядущем объединении перевозчиков. Что вы думаете по этому поводу, необходим ли такой шаг?

– Некоторое объединение уже произошло – в Перми значилось 126 перевозчиков, осталось 106. Пока речь не идет о крупных объединениях, по 20, скажем, автобусов. Это уже совсем другой уровень. В первую очередь, общее налогообложение. Это не только увеличение сборов, но и содержание огромного штата бухгалтеров. На бизнесе уже сразу можно крест ставить. Хотя и единый налог тоже не маленький. Я, конечно, понимаю, что сейчас властям нужно как можно больше увеличивать поступления в бюджет. Но почему за счет нас. Ведь именно на нас ложится такая большая социальная нагрузка.

– А как обстоят дела с компенсациями за проездные?

– Проезд у нас стоит 12 рублей, а, согласно нашим расчетам, стоимость проезда по проездному составляет 4,5 рубля. Проездные продаем не мы, не мы их и создаем, и это не правильно, хотя, по логике, это прерогатива перевозчиков.

А организацией перевозок занимается Департамент дорог и транспорта. Так, например, было внедрено GPS-слежение за автобусами. Вообще, когда вводилась система GPS-навигации, я думал, что сама система будет отслеживать автобусы в онлайн-режиме, регулировать движение по графику, корректировать движение в пробках. Но у нас это совсем не так. На мой взгляд, организация пассажирских перевозок – это ремонт дорог, безопасное движение транспорта по улицам, создание на конечных остановках маршрутов разворотных колец с остановочными комплексами для водителей и кондукторов.

Сейчас вообще больше негативное отношение к перевозчикам. Хотя мы на протяжении многих лет работаем на благо пассажиров и честно выполняем договор: четко, по договору, в полном объеме, соблюдаем графики, работаем со льготниками, повышаем культуру обслуживания, автобусы обновляем.

– Как вы отреагировали на новость о проверках краевого ГУВД в департаменте дорог и транспорта с выемкой документов?

– Давно пора там навести порядок! Мы и в городскую прокуратуру снова написали соответствующую просьбу. Конкурсную комиссию создали – председателем назначен господин Ковыев (Алексей Ковыев, глава ДДиТ администрации Перми. – прим. ред.). Члены комиссии также сотрудники департамента. Из десятка человек – только один из транспортной комиссии и один из ГИБДД. Вот и все! Ну как можно беспристрастно судить в такой комиссии?

– Вы стали одним из тех, кто обратился в УФАС с просьбой о проверке действий департамента дорог и транспорта. Довольны ли вы итогами?

– Мы не только обращались с просьбой проверить конкурсную документацию, но даже ходили на встречу. Нам ответили, что дали ДДиТ рекомендации исправить имеющиеся погрешности, но департамент к таким рекомендациям не прислушался. Не знаю, как сейчас эта ситуация разрешится. Буквально неделю назад мы в очередной раз обратились и в прокуратуру, теперь ждем ответа.

– А как вообще складываются ваши взаимоотношения с надзорными органами?

– У нас нормальные рабочие отношения. Ведь надзорные органы, как и положено, заинтересованы в том, чтобы правда и справедливость восторжествовали. Поэтому мы цивилизованно стараемся решить возникающие проблемы. Ведь мы рискуем не только бизнесом и деньгами, как это принято считать, кроме того, у нас есть сотрудники, которым надо дать гарантии в завтрашнем дне. Для этого, в частности, мы сейчас и создаем профсоюз работников автотранспортных перевозок. В свое время это все развалилось, и сейчас я в своем коллективе создаю профсоюзную организацию вновь. Профсоюз в любом случае объединяет людей, предоставляет им хоть какую-то юридическую помощь, защиту.

А надзорные органы к нам лояльны. Вот будем ждать результатов наших обращений, может, и выясним, в чем причина вечного конфликта с департаментом дорог и транспорта. Вроде, и им надо, чтобы мы людей возили, и нам надо осуществлять перевозки, и самим пассажирам передвигаться по городу нужно. Все стороны заинтересованы, а конфликт постоянный.

– Вернемся к вам лично. Вы не хотели бы, чтобы ваши дети пошли по вашему же пути?

– У меня два сына, возможно кто-то из них и захочет продолжить мое дело. Но у них самих пока желания не возникает. (Смеется.) Я считаю, что каждый человек должен сам определиться со своими желаниями. У каждого человека в жизни есть своя цель, главное определиться с ней. Пусть дети не пойдут по моим стопам, найдут собственный путь – я готов им в этом помочь. Мои родители тоже не имели отношения к транспорту, но я выбрал именно этот путь. И поэтому буду поддерживать мнение ребенка, я не хочу разрушить его мечту. Тем более, что мечту разрушить так просто.

– Есть ли человек, с которого вы берете пример?

– Есть такой человек. Вообще я читаю книги американского ученого-экономиста Роберта Кийосаки. Его книги учат жизни, зарабатывать деньги, налаживать отношения с людьми. Я уважаю и полагаюсь именно на людей достойных, тех, которые учат выживать в нелегкой жизни, учат самой жизни. Кроме того, мне импонирует Юрий Трутнев (министр природных ресурсов России, губернатор Пермской области 2000–2004 годы. – прим .ред.). В 1996 году, когда он был мэром Перми, мне нравился стиль его руководства. Он на самом деле давал развиваться бизнесу. А со своей стороны он делал все справедливо, хоть и жестко, в общем, как и положено хорошему управленцу. Для меня Юрий Петрович – авторитет. Несмотря на то, что в обществе к нему отношение неоднозначное, я вижу в нем много положительных качеств.

– Если говорить о девизе для всей жизни, то как он должен звучать?

– Я служил на китайской границе в Пржевальском погранотряде. Моим девизом всегда были слова: «Не тот силен, кто не упал, а тот, кто падал и вставал». И я этого девиза придерживаюсь.