Особенности привлечения к субсидиарной ответственности управляющей компании, на которую были возложены функции исполнительного органа должника

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы (пункт 1 статьи 53 ГК РФ). Традиционно функции исполнительного органа юридического лица выполняет физическое лицо, выступающее в качестве единоличного исполнительного органа, или группа физических лиц, выступающих в качестве коллегиального исполнительного органа юридического лица. Вместе с тем функции исполнительного органа юридического лица могут быть возложены на другое юридическое лицо – управляющую компанию.

Законодательство о банкротстве относит управляющую компанию к числу контролирующих лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника. Однако судебная практика свидетельствует о том, что даже немногочисленные заявления о привлечении к субсидиарной ответственности управляющих компаний подаются с ошибками.

Так, например, по обстоятельствам дела № А27-19619/2012 конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности директора управляющей компании (ООО "Итекс"), на которую были возложены функции единоличного исполнительного органа ООО "Стройинвест-КМК", впоследствии реорганизованного путем присоединения к ООО "Бумага Плюс".

Основанием для предъявления требования к директору управляющей компании послужило заключение им от имени ООО "Стройинвест-КМК" договора купли-продажи земельного участка, который впоследствии был признан судом недействительным. Рассматривая спор о недействительности договора, суд сделал вывод о недобросовестности продавца и покупателя, выразившейся в том, что цена проданного участка была существенно занижена (статьи 10, 168 ГК РФ).

Юридическое лицо, выступившее покупателем участка (ООО "Бизнес"), было реорганизовано путем присоединения к другому юридическому лицу (ООО "Техсервис"), в отношении которого, в свою очередь, была введена процедура наблюдения.

Требования ООО "Бумага Плюс" как правопреемника продавца участка (ООО "Стройинвест-КМК") были включены в третью очередь реестра требований кредиторов покупателя (ООО "Техсервис"), однако производство по делу о его банкротстве было прекращено судом в связи с недостаточностью имущества должника для покрытия судебных расходов по делу о банкротстве и выплате вознаграждения арбитражному управляющему.

Управляющая компания (ООО "Итекс"), директор которой подписал от имени должника договор купли-продажи участка в качестве продавца, также была реорганизована путем присоединения к ООО "Бумага плюс".

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные кредитором требования, взыскав с директора управляющей компании 3,3 млн. руб., однако кассационный суд с этим не согласился, отменив принятые по делу судебные акты и отказав в удовлетворении иска.

Суд кассационной инстанции, в частности, указал, что директор управляющей компании являлся контролирующим лицом по отношению к самой управляющей компании, которая в свою очередь осуществляла функции единоличного исполнительного органа в отношении должника. Между тем при передаче полномочий исполнительного органа управляющему ответственность за вред, причиненный управляющим, в том числе и субсидиарную ответственность, несет управляющий, а не исполнительный орган самого управляющего. При таких обстоятельствах у судов не имелось оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с заключением им как директором управляющей должником компании сделки по отчуждению имущества правопредшественника (Постановление АС Западно-Сибирского округа от 21.08.2015 по делу № А27-19619/2012).

По аналогичным основаниям в удовлетворении требований о привлечении директора управляющей компании было отказано судебными актами, принятыми по делу № А21-11702/2012. Конкурсный кредитор ссылался на то, что по состоянию на дату назначения ответчика на должность единоличного исполнительного органа управляющей компании должника у должника имелись не исполненные в течение более трех месяцев обязательства на сумму более 14 млн. руб., в связи с чем он был обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Заявитель утверждал, что управляющая компания сама по себе является "абстрактным образованием", а контролирующим должника лицом должен считаться директор управляющей компании. Суды, однако, с таким доводом не согласились и отказали в иске ввиду того, что он был предъявлен к ненадлежащему ответчику (Постановление АС Северо-Западного округа от 07.08.2015 по делу № А21-11702/2012).

Ранее в рамках того же дела № А21-11702/2012 другой конкурсный кредитор просил привлечь к субсидиарной ответственности непосредственно управляющую компанию, ссылаясь на неисполнение ею обязанности подать в арбитражный суд заявление о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности. В удовлетворении этого требования суды отказали, отметив, что по состоянию на спорную дату размер активов должника превышал размер его задолженности перед кредиторами, а наличие у должника задолженности перед отдельным кредитором само по себе не свидетельствует о наличии у него признаков неплатежеспособности (Постановление АС Северо-Западного округа от 16.06.2015 по делу № А21-11702/2012).

Схожие обстоятельства стали предметом рассмотрения арбитражных судов в рамках дела № А56-70643/2011.

Конкурсный кредитор требовал привлечь к субсидиарной ответственность бывшую управляющую компанию должника, мотивируя это тем, что в период, когда на ответчика были возложены функции единоличного исполнительного органа должника, тот уже обладал признаками неплатежеспособности, вследствие чего управляющая компания должна была обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.05.2015, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2015 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.01.2016, в удовлетворении требований было отказано в связи с недоказанностью оснований для привлечения управляющей компании к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суды, в частности, установили, что в период, когда управляющая компания выполняла функции единоличного исполнительного органа должника, задолженность, взысканная с должника вступившими в законную силу судебными актами, могла быть погашена за счет активов должника, балансовая стоимость которых многократно превышала сумму долга, а также за счет денежных средств, которые впоследствии поступили на счет должника (Постановление АС Северо-Западного округа от 26.01.2016 по делу № А56-70643/2011).

По обстоятельствам дела № А21-9651/2012 конкурсный управляющий также просил привлечь к субсидиарной ответственности управляющую компанию должника, мотивируя это тем, что по результатам анализа бухгалтерского баланса должника на 30.09.2009 было выявлено превышение кредиторской задолженности над его активами, в связи с чем не позднее 31.10.2009 руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о его банкротстве.

Суды трех инстанций отказали в удовлетворении заявленных требований, посчитав наличие у должника по состоянию на указанную дату признаков банкротства недоказанным, и сославшись на то, что отдельные показатели бухгалтерского баланса не являются надлежащим подтверждением наличия у должника таких признаков. Кроме того, суды указали на отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями (бездействием) управляющей компании и банкротством должника (постановление АС Северо-Западного округа от 11.08.2014 по делу № А21-9651/2012).