Вахту на иркутских речных трамвайчиках несут женщины-капитаны

В городе осталось два таких экскурсионных теплохода — «Лебедь» и «Сокол», сегодня это самые старые суда такого класса. Наряду с ними достопримечательностью Иркутска считаются и женщины, которые ими управляют. О специфике непростого ремесла, о женском выборе мы поговорили с одной из отважных представительниц речфлота — Еленой Серебренниковой, капитаном теплохода «Сокол».

— Я очень люблю свою работу, — улыбается мне Елена. — Смотрите, какая красотища: свежий воздух, вода, солнце…

«Сокол» только что завершил свой очередной рейс, встал на причале напротив Московских ворот, высадил пассажиров. Капитан Елена Серебренникова позволяет себе отойти от штурвала и встречает меня на палубе: до очередного отправления еще два часа, и у нас есть время, чтобы пообщаться.

На улице солнечно и тихо, в пасмурные дни речные трамвайчики просто не курсируют, так что команда «Сокола» работает исключительно в погожие дни. И тут как посмотреть. С одной стороны — все лето у них не получается толком отдохнуть, ведь в те дождливые выходные, которые выпадают, никуда особо не поедешь. С другой — а нужен ли отдых, когда есть такая работа? Освежающая прохлада речного ветра, ослепительные блики на воде, проплывающие перед глазами берега.

— На работу ходим как на праздник, — словно заканчивая мою мысль, говорит Елена. — Мы ведь не просто по реке ходим — мы людей радуем. Иркутску в этом плане повезло: город-то красивый, у нас есть на что посмотреть, а с реки открывается особенный вид! «Сокол», несмотря на почтенный возраст (в этом году речники отпраздновали 60-летие со дня выпуска), третий год прокладывает новую городскую экскурсионную линию. «Лебедь» трудится на верхнем участке Ангары, «Сокол» осваивает нижнюю. От Московских ворот поднимается до бульвара Гагарина, потом — до нового моста и снова в Марата. Здесь доходит до собора и разворачивается к пристани. Пока здесь еще не такой большой пассажиропоток — за день на палубу поднимается не более ста человек. Однако капитан не сомневается, что очень скоро маршрут приобретет популярность.

— Мне нравится наблюдать за пассажирами, — признается Елена, — особенно за детьми, пожилыми людьми — они так радуются новым впечатлениям! Речные «птицы»

В речном пароходстве Елена Серебренникова уже 25 лет, из них три года занимает пост капитана. До этого была и кассиром, и штурманом, и мотористом. В свое время, после окончания иркутской школы № 32, не сразу смогла определиться с выбором профессии — поступила в Иркутское педучилище, на воспитателя детского сада, а параллельно в Красноярское речное училище, на техника-судоводителя. Впрочем, несмотря на то, что педучилище она окончила с отличием, по этой специальности не проработала ни дня. Сразу же после получения красного диплома на лето устроилась в Восточно-Сибирское речное пароходство мотористом, а осенью поступила в Новосибирскую академию водного транспорта, на факультет организации перевозок.

— Почему такие странные метания? — недоумеваю я. — Многие девочки мечтают стать воспитателем или учителем, но откуда взялось желание стать речником?

— Вы сейчас удивитесь, но я, можно сказать, выросла на «Соколе», — отвечает Елена. — У меня даже фотография есть, где я, маленькая, с шариками сижу на этой самой палубе. Дело в том, что в свое время здесь работала кассиром моя бабушка, потом моя мама. И я все время с ними тут крутилась — все на воде да на воде. А капитаном здесь был старенький (хотя, может, мне это казалось тогда) дедушка. Мне он говорил: «Учись, Ленка, рулить». Я и пробовала. Все это казалось таким интересным, необычным. Так что, хотя и мечтала я в детстве быть учительницей (смеется), моя судьба, наверное, была предрешена заранее.

Правда, на «Сокол» Елена попала не сразу. Довелось ей поработать на таких речных судах, как «Ястреб», «Москва» и «Ласточка». На последнем, кстати, познакомилась с Юлей Бессаловой, которая тогда была мотористом, а ныне командует «Лебедем». Вместе они отучились в Красноярске, потом в Новосибирске. Любопытно, что той же «Ласточкой» командовала именно женщина — первая в Приангарье женщина-капитан, Лидия Васильевна Давыдова.

— У нас тогда вообще была женская команда, — вспоминает Елена. — И я помню, как Лидия Васильевна нам говорила: «Из вас получатся хорошие капитаны». Получается — угадала!

Когда-то по Ангаре курсировало с десяток теплоходов с птичьими (как говорят сами речники) названиями — «Буревестник», «Чайка», «Ястреб», «Орел», «Ласточка», «Лебедь» и «Сокол». Уцелели только два последних, во многом благодаря заботе капитанов. Так, весной, перед началом навигации, женщины засучив рукава приступают к обновлению любимых «птичек» — красят их сверху донизу, и 1 мая теплоходы выходят такие красивые, что глаз не оторвать.

— А поломки на реке случаются, и кто ремонтом занимается, тоже вы? — задаю вопрос, который не дает мне покоя.

— Ой, не дай Бог! — смеется Елена. — Подобные проблемы решает наш судомеханик. Протяженность маршрута у нас хоть и невелика, всего 10 километров, но если что случается в пути — мало не покажется! Как-то давно у меня был случай — заглох двигатель. Хорошо, что мы к этому времени уже высадили пассажиров и шли на стоянку в Затон. Ох и страху же я натерпелась! Мы просто чудом тогда прошли под мостом — и то едва ли не ногой от его быков отталкивались, а потом Юля на буксир меня взяла.

— Сложно управлять теплоходом?

— А вы попробуйте, покрутите штурвал! — в ответ озорно предлагает мне Елена. — Даже на стоянке вам придется туго — все ведь вручную. А когда винт работает да струя бьет! Я на работе такие бицепсы накачала, что ого-го! Чего хочет женщина

— То есть все-таки не женская это работа? — не могу удержаться я.

— Работа капитана заключается прежде всего в том, чтобы как свои пять пальцев знать реку и судовой ход, чтобы даже ночью понимать, где находишься, знать возможности судна и правила навигации. А с этим вполне может управиться и женщина. Однако нервы при этом надо иметь железные. Когда ты за штурвалом — чувствуешь груз ответственности за каждого человека. Тут уж поскорее бы из рейса вернуться. Хорошо хоть, что теперь рыбаки не досаждают. Раньше, бывало, подаешь гудок, а им все равно — рыба дороже жизни. Хотя ведь теплоход идет вниз по течению и обрулить препятствие не так-то просто. Впрочем, за последние пять лет, после того как с ними поработали инспектора ГИМС, стали как дрессированные: если видят, что мы едем, удочки сматывают и отплывают.

— Непредвиденные ситуации бывают часто?

— Конечно, ведь у Ангары суровый характер, здесь не заскучаешь — течение, крутые повороты. А в этом году нас поймал шторм на реке. Резко поднялся ветер, начался ливень, волны стали темно-зелеными. Пароход совсем не слушался, а я ведь из рейса шла, с людьми на борту. У меня за десять минут вся жизнь перед глазами промелькнула, так страшно было!

— Елена, а вы автомобиль водите?

— Знаете, чем река хороша? — задает встречный вопрос моя собеседница. И сама отвечает. — Тем, что здесь никто не толкается, не сигналит. А в городе такое движение, что меня при проезде по одному только Маратовскому кольцу в дрожь бросает… Нет, не хочу. Мне здесь хорошо.

Наша беседа бежит незаметно, и вот уже подходит время «Соколу» вновь отправляться в рейс. Я смотрю, как вспенивает волны небольшой речной трамвайчик, и понимаю, что в профессии речного капитана есть и красота, и романтика. И вовсе не удивительно, что Елена Серебренникова сделала такой выбор. Ведь пассажиры если и разглядывают ее в рубке, то чаще лишь для того, чтобы отпустить ей комплимент. А это именно то, что нужно каждой женщине. Даже если она отважный капитан.