Екатерина Пирожкова: Для меня работа - это поиск

Екатерина Пирожкова, воспитанница самарской школы художественной гимнастики, была лидером и капитаном сборной области в конце 1990-х - начале 2000-х.

За время тренерской деятельности Пирожкова успела поработать с национальными сборными Казахстана и Бразилии. С января 2017 она является тренером сборной России. В этом качестве сейчас, спустя 14 лет, Екатерина вернулась в родные пенаты и провела сбор для юных самарских гимнасток. Насколько изменилась художественная гимнастика в Самаре за время ее отсутствия? Есть ли разница между российскими гимнастками и бразильскими? Об этом и не только в интервью «СО» рассказывает сама Пирожкова.

- Это далеко не первый сбор, который вы проводите?

- Конечно. Кроме учебно-тренировочных сборов я практикую и тренерские семинары. За последние три года моими слушателями были специалисты из Бразилии, Казахстана, США (Майами).

- Научной деятельностью еще в университете начали заниматься?

- Да. Меня привлекли к деятельности научно-комплексной группы (НКГ) в работе со сборной России по художественной гимнастике. Такие НКГ есть при каждой национальной команде по олимпийскому виду спорта. Задача таких групп - анализ функционального состояния спортсменов, их соревновательной деятельности, восстановления, динамики тренировок, статистики.

- После работы главным тренером сборной Санкт-Петербурга, с которой вы достигли хороших результатов - команда становилась призером Кубка и чемпионата страны, вы отправились в Бразилию…

- Почти так. Но перед этим я успела поработать с командой Казахстана, которую я готовила к чемпионату Азии. Поэтому, пока оформлялись документы и шли переговоры с бразильцами, я работала в Астане.

- Переговоры с Бразилией были не быстрыми?

- Они длились почти год. Я приехала в Аракажу в октябре 2015 года. Наше сотрудничество длилось 11 месяцев.

- И как вам показались новые подопечные?

- Очень слабыми. Когда впервые я увидела свою команду, я сказала, что нужно менять всю систему, делать по примеру сборной России два состава. Впервые я приехала в Бразилию в феврале на короткий срок, поскольку рабочая виза еще не была оформлена. Уезжая, я оставила тренеру рекомендации и план работы. И когда вернулась в октябре - я команду не узнала. Даже те девочки, которые были кандидатками на вылет, настолько изменили свою психологию, что стали претендентками на место лидеров команды.

- На каком языке проводили тренировки?

- На языке жестов. Дело в том, что переводчика не было. Английского они не знали - ни спортсменки, ни тренер. Если кто-то понимал по-английски на уровне школьной программы, то переводил остальным. Я пыталась их обучить их русским словам типа «рука», «нога». Но в основном я показывала. Исправляла элементы руками, интонациями и мимикой давала понять, правильно они делают или неправильно. Со временем они начали меня понимать да и я выучила потихоньку португальский. Даже приехав в Россию, я по инерции начинала тренировки на португальском.

- Вам пришлось перестраиваться в плане того, что отношение к спорту у бразильцев другое, нежели у нас?

- Отчасти - да. Благодаря тому, что тренер работала с ними до моего приезда по оставленному плану, девочки были уже подготовлены к моим требованиям. Нужно помнить, что там очень низкий уровень жизни. А мы начали работу в предолимпийский год, и для гимнасток это был реальный шанс выбиться, «засветиться» и начать зарабатывать деньги спортом. Для них это было хорошей мотивацией. Ведь в команде было много спортсменок из бедных и больших семей по 5-6 человек. Семья жила на стипендию девочки - она была кормилицей.

- Стипендию в сборной?

- Да. Ведь меня пригласили не просто так. Перед Олимпиадой-2016 Федерация художественной гимнастики Бразилии солидно вложилась в подготовку команды. Мы выступали на 18-ти этапах Кубка мира и соревнованиях Гран-при. Это сейчас они никуда не ездят. Новый олимпийский цикл вовсю идет, а бразильянок нигде не видно. У Бразилии нет сборной и, думаю, у них нет денег, чтобы собрать команду.

- То есть этот проект - сборная Бразилии по художественной гимнастике - был создан исключительно для участия в домашней Олимпиаде?

- Да. Несмотря на то, что у них есть и тренеры, и методики. Мы общаемся с девочками до сих пор. Они тренируются в своих клубах, поддерживают себя в форме и хотят попасть в сборную. Но дело в том, что после Олимпиады они остались в минусе, и это касается не только художественной гимнастики.

- Что приходилось учитывать в работе с бразильскими гимнастками? Какие были нюансы?

- Самое трудное - это то, что с их генетикой им очень сложно держать вес. В гимнастике они толстые, а в жизни - худые при одном и том же весе.

- Чтобы заниматься этим видом спорта, им еще нужно сбросить вес, а для бразильцев они уже фактически дистрофики. Потому когда я им говорила, что не надо ужинать, они испытывали шок: как это - ограничить себя в еде! Мы взвешивали их два раза в день, с ними работали специалисты, высчитывавшие меню на каждый день, чтобы планомерно прийти к идеальным формам. И нужно сказать, за время нашей работы им это удалось.

- В основном Бразилия ассоциируется с футболом. Какое место занимает там художественная гимнастика?

- Она не популярна. Там есть футбол и все остальные виды спорта. Родители не готовы вести детей в художественную гимнастику, мириться с тем, что дети пропускают школу, платить за поездки на соревнования. Потому что это дорогое удовольствие. Они не болеют гимнастикой, она для них просто хобби.

- Какие задачи были поставлены перед вами и сборной?

- Конкретных целей не было. Конечно, в глубине души они хотели быть в призах. Мы стали девятыми, опередив таких сильных соперников, как Китай, Германия, США, Узбекистан, Греция.

- Это действительно лучший результат за все историю бразильской художественной гимнастики?

- Если говорить о выступлении на Олимпиадах, то мне сказали, что да.

- Есть ли разница в работе тренера в России и за рубежом?

- Я не так много еще ездила, но, конечно, бросается в глаза то, что по закону (например, в США или Бразилии) нельзя дотрагиваться до ребенка даже пальцем - за это можно сесть в тюрьму. Нельзя не то что оскорбить, а сказать так, что он воспримет твои слова как оскорбление. Например, скажу ему: «Когда ты делаешь это движение, вытянись в струнку - ты невысокий, и если ты так сделаешь, то зрительно будешь казаться на площадке длиннее». А девочка может подумать, что ее оскорбили, назвали коротышкой. Пришла расстроенная, родитель подал в суд. Все. Вы улыбаетесь, но это так. У нас пока действует старая жесткая методика, которая дает результат. Да, к сожалению, дети, исполняя элемент или бросок, стремятся это сделать хорошо, потому что боятся, что их отругают. Лично мое мнение - тренер должен найти золотую середину, дисциплина должна быть, ибо без нее не будет результата.

- Насколько изменилась художественная гимнастика в Самаре за время вашего отсутствия?

- Однозначно улучшились условия тренировок. Мы тренировались раз в день в залах спортшкол. Сейчас у детей есть возможность тренироваться два раза в день и появились хорошие залы. Нам не нужно было так растягиваться, как им сейчас. У нас если гимнастка садилась под прямым углом на шпагат, это было нечто сверхвыходящее из нормы, а сейчас почти каждая маленькая девочка имеет такую растяжку и это нормально. Динамичная координация в работе с предметами: нам было достаточно пары движений, а эти дети должны с юных лет хорошо владеть предметом. Художественная гимнастика, в принципе, стала зрелищней для зрителей. Гимнастки могут показать всю ее красоту. Стало больше бросков и акробатики, которую мы не могли делать. Но, к примеру, элементов стало меньше: у нас 20-30 элементов в 1,5 минуты, а сейчас достаточно сделать девять. Зато три танцевальные дорожки по 8 секунд каждая с бросками приводит зрителя в восторг.

- Изменился статус групповых упражнений…

- Да, поначалу быть «групповичкой» считалось непристижным. До какого-то времени, пока все не увидели, что это красиво, зрелищно, эффектно. Для гимнасток это возможность выполнить спортивный разряд, а главное - ребенок, которому не удается реализовать себя в личном зачете, может достичь многого в группе. Здесь достаточно желания и дисциплинированности. Ведь за счет чего группа поднялась в статусе? За счет того, что результат здесь предсказать невозможно. Конечно, есть команды-фавориты, но это команда, и может случиться все что угодно, к примеру, кто-то уронит предмет, и тогда другая команда, которая прошла без потерь, станет медалистом. Шанс оказаться на пьедестале есть абсолютно у каждой команды. Вот спортсменки из Казахстана поехала на чемпионат Азии. Девочки были все кандидатки в мастера спорта. Соперники у них были сильные - Япония, Китай, Узбекистан. Но они в финале стали бронзовыми призерами - для Казахстана это большой успех. Когда они вернулись домой, им сразу «международников» присвоили.

- Что поддерживает вас в тонусе в вашей работе?

- Для меня работа - это поиск. Методик, упражнений, всего, что способно дать наилучший результат. Я даже когда смотрю другой вид спорта, обращаю внимание, что можно оттуда взять. Если это командный вид спорта - смотрю, как команда взаимодействует между собой - хаотичные это передвижения или социальные перестроения. Так получилось, что я постоянно иду к какой-то цели, с какой-то командой или командами. Или, как сейчас, я провожу учебно-тренировочные сборы. И это переключение от одного к другому не дает мне впасть в апатию и расслабиться.