Михаил Козырев: Мне нравится смотреть свысока

Это такая мальчишеская страсть: все должны знать, что я приехал. Такой автомобиль, да еще и красного цвета, невозможно не заметить. У меня был Chevrolet Trail Blazer красного цвета, и когда я выбирал Escalade, то тоже выбрал красный.

С Видимо, тут необходимо поместить некий деликатный дикслеймер. Понимаете, есть такое мнение, что огромный и броский внедорожник джентльмены выбирают исключительно по причинам психологической компенсации. И если мы сейчас заведем тут серьезный разговор о технических достоинствах Escalade, кто-то из читателей будет посмеиваться себе под нос: «Ну ладно, говори-говори. » Поэтому придется произнести это вслух: у вас ведь все органы обычного размера?

Каждый раз, когда заводят разговор о том, что автомобиль есть некая компенсация за недостаточный размер, я глубоко задумываюсь: дело в том, что последние лет пятнадцать я езжу на больших автомобилях. Но мне кажется, что вся эта антропометрия — вещь в большой степени субъективная. До сих пор жалоб не возникало. А возможность объективной оценки возникает только в публичных банях, куда я не хожу.

С Будем считать, что мы развеяли все подозрения в лукавстве. В чем тогда, по-вашему, кайф большой машины?

Порабощение дороги. Вообще, в моем восприятии это космический корабль. Если я научусь разбираться во всех его функциях, то смогу справиться с орбитальной станцией, такое там количество всевозможных кнопочек и опций. А главное преимущество в том, что я могу в него втиснуть много людей. У меня две девочки по четыре с половиной года, двойняшки, а кроме того, друзья, няни. Все это хозяйство можно туда запихнуть. В крайнем случае, в багажнике есть дополнительные складные сиденья, которые тоже можно использовать.

С «Порабощение дороги», с которого вы начали, — это самое интересное. Как вы это ощущаете? Что перещелкивает в душе, как меняется цвет ауры, когда вы залезаете в «кадиллак»?

Просто ты на полметра выше на дороге, а мне нравится смотреть свысока. Не в человеческом плане, только в автомобильном. Появляется защищенность. В Escalade есть чувство, что тебя никто не заденет, всегда пропустят.

С Немного побаиваются? На мой вкус, это не очень приятно, нет ощущения слияния с народом.

Я это ощущение особо и не ищу, честно говоря, и никогда не искал. Я никоим образом не хочу обидеть народ, но сливаться с ним не жажду. И еще мне нравится ощущение, чтоты можешь все подстроить под себя: руль, дисплей, все маленькие аспекты сиденья, даже если кто-то захочет водить автомобиль с серьезным сколиозом.

С Кто, по-вашему, кроме людей с серьезным сколиозом, составляет целевую аудиторию таких машин? В истории автомобильного маркетинга в свое время прогремел «Мондео-мэн» Тони Блэйра — модель Ford совершенно точно маркировала целый пласт общества. Известен миру и «Вольво-мэн», большой педант и параноик. А кто такой «Эскалейд-мэн»?

С того момента, как я начал ездить на Escalade, у меня обнаружилось много друзей и знакомых, которые, как оказалось, влюблены в «кадиллак». Часть этих знакомых — девушки, которым просто нравится такая большая байда. Но другая часть — вполне серьезные вдумчивые люди, которые как-то отметили для себя эту машину и относятся к ней с уважением.

Я не готов делать обобщения, но считается, что покупатель Cadillac — это человек self made, не мажор, тот, кто добился всего собственными усилиями. Он проецирует некую надежность, подлинность. От него нельзя ожидать мыльного пузыря, который лопнет.

С У вас в жизни был любимый автомобиль?

Мой первый автомобиль я купил в начале 1990-х, когда приехал в Калифорнию учиться. Это был бежевый, отвратительного цвета Ford Tempo. Я гонял на нем по улицам города Клермонт, пригорода Лос-Анджелеса, будучи на седьмом небе от счастья. Это была первая любовь, запомнившаяся на всю жизнь.

С Я правильно понимаю, что в технике мы с вами полные дилетанты?

С Выражение «блокировка межосевого дифференциала» у вас никакие образы не рождает?

Дяденька, вы с кем сейчас разговариваете?

С Я вот о чем: разные кнопочки в своей машине вы пробовали нажимать?

Я отношусь к людям, которые на дух не переносят инструкции. Последнее, что я буду делать, — это возьму из бардачка этот фолиант размером с «Войну и мир», чтобы найти там, как включается подогрев руля. Функции я осваиваю методом «тыка». Но что касается вашего вопроса: я недавно приехал из Барселоны, выехал на дорогу в гололед, и меня повело. Я думаю: «Полный привод, по идее не должно вести». Я доехал до работы и понял, что включен только задний привод. Переключил, и «кадиллак» стал на дорогу как влитой. Я подумал, что это был полезный эксперимент.

С А какие недостатки вы заметили? Что-нибудь вас раздражает?

Ну, например, мне не очень нравится, как работает дворник заднего стекла. Он асимметричный, и в результате из полного обзора он очищает максимум две трети. Это неудобно, особенно для нашей страны. Но этот недостаток компенсируют огромные боковые зеркала. Дополнительную уверенность дают датчики, они все время предупреждают о наличии помех, даже если я их не сразу заметил. Это мой первый автомобиль, который фиксирует схождение с полосы, если я не включил поворотник, и подает сигнал.

С Вас не бесит это постоянное бибиканье?

Нет. Да сигнала почти и не слышно. Я музыку слушаю. Там же 16 колонок!

С Давайте тогда о музыке и поговорим, это уж точно область вашей экспертизы. Как вам аудиосистема Escalade?

Очень нравится звук. При такой чистоте звука ты чувствуешь качество передатчика каждой радиостанции, чего на предыдущих машинах у меня никогда не было. Я каждый день проезжаю половину Садового кольца на работу и половину с работы — я всегда езжу по часовой стрелке — и уже знаю участки, на которых сигнал чуть-чуть ухудшается. Ты слышал все басы, все колокольчики в песне Coldplay, заехал в тоннель, выехал из тоннеля, и эта восхитительная стереобаза вдруг сжимается до моносигнала, а через 200 метров снова разворачивается.

На каждой радиостанции в обязанности главного инженера входит периодически проехать по городу, замерить сигнал, в зависимости от этого антенну чуть-чуть подвинуть, чуть-чуть развернуть. Так вот, этот автомобиль позволяет выполнить эту работу без специального оборудования.

И еще меня покорила светодиодная проекция на лобовое стекло: в верхней строчке название станции, в нижней название группы и название песни. Ты ее видишь, а больше никто не видит, ни рядом, ни сзади. Ощущение интимного характера: пассажиры спрашивают, что это там играет, а я как будто знаю.

С Вы, как любой нормальный человек, слушаете радио только в машине?

Помимо работы. Дома у меня сейчас дети, и есть набор дисков, которые я обновляю — это для них. Есть Моцарт, есть прекрасная пластинка Ильи Лагутенко, который все свои песни переделал для малышей. Мои дочери абсолютно влюблены в Земфиру, это была первая пластинка, которую они послушали и выучили наизусть. В общем, радио я дома не слушаю.

С Как вы считаете, радио сильно изменилось от того, что нацелилось на автомобильную аудиторию? Все же не всякую музыку вы будете слушать в машине, это довольно маленькая, жестко обособленная, очень специфическая часть жизни.

Радио, безусловно, изменилось. Я это не очень прочувствовал: когда я пришел на радио, мы в ротации уже ориентировались на машину. Вот выходит новая песня у тех же Coldplay. Понятно, что это шлягер. Но чтобы шлягер стал шлягером, чтобы люди познакомились, привыкли к нему и делали громче, тебе нужно, чтобы они его услышали ровно столько раз, чтобы полюбить. Есть утренний прайм-тайм и вечерний прайм-тайм, когда все едут с работы, и ты программируешь частоту появления песни, чтобы за неделю все ее услышали по несколько раз, но при этом у человека не возникло ощущение, что его постоянно ею долбят. Человек, который меня этому учил, был американцем, он долго проработал на американском FM и как раз объяснил мне все эти тонкости. Научил меня ротационным графикам.