В Питере пить? А по музеям ходить?;)
Сижу, разбираю старые папки и отыскались несколько роликов, которые я когда-то намонтировал. Этот покажет Исаакиевский собор, тогда ещё просто музей. Получилось у меня не супер-пупер, но общее представление получить можно.
Что там ещё говорят? А, да - приятного просмотра!
Музыка ваще не в тему!
Исаакиевский собор и Лахта центр
Питер прямо сейчас!
Исаакиевский собор, Санкт-Петербург
В одной из парадных Санкт-Петербурга
Весенний снег в Питере
Слайдовая пленка Fujifilm Provia 100F, Санкт-Петербург, март 2022Фотоаппарат - Praktica MTL 5B, объектив - SMC Takumar F3.5 135mm
Вечерний Исаакиевский собор
Снято и обработано на iPhone 11pro
Лунная секвенция
Логичное продолжение предыдущей фотографии
Санкт-Петербург
Исаакиевский собор на фоне луны
В Петербурге весна
и ярко светит солнце!
О ФАРФОРОВЫХ СПЕКУЛЯЦИЯХ
В большинстве перепевов этой рассказки текст малограмотный, набран капслоком и усеян восклицательными знаками.
Меня как сына, внука и правнука блокадников эксплуатация блокадной темы не оставляет равнодушным, а как выученика Ленинградского Технологического института им. Ленсовета, инженера-технолога и физико-химика, связанного со стеклом и огнеупорами, — занимают фарфор, подглазурные эмали и тому подобное.
Почему-то немногим приходит в голову сопоставить блокадный подвиг ленинградцев — и сервиз, который якобы о нём напоминает. Какая вообще может быть связь между аристократической синей кобальтовой сеткой с золотыми розочками — и полутора миллионами умерших от голода, бомбёжек, обстрелов, бесхозяйственности, репрессий и антисанитарии? "Сетка с золотом изображает заклеенные окна блокадных домов" — это здоровый на головку человек писал? А в городе нашем нет экспозиций Эрмитажа? В других музеях России и мира тоже нет посуды прошлого? И посетители все разом ослепли? И поисковые системы в интернетах уже не выдают никакой информации?
Первым подобным сервизом российских мастеров стал сервиз "Собственный" — шедевральная работа прародителя русского фарфора Дмитрия Ивановича Виноградова. Правда, тёмно-синие краски на основе минералов, содержащих кобальт, он ещё не использовал. Виноградов посвятил свою новинку российской императрице Елизавете Петровне, и было это в середине XVIII века. Ещё почти через столетие появился одноимённый кобальтовый ансамбль, выполненный по заказу Николая Первого.
Прообраз того сервиза, который выдаётся за созданный в 1944 году символ памяти о блокаде, был произведён в середине XVIII века Венской мануфактурой для старшего сына Марии Терезии, австрийского императора Иосифа Второго, и впоследствии достался российской императорской чете — Павлу Петровичу и Марии Фёдоровне.
Аналогичный "Кобальтовый сервиз" немногим раньше произвели во Франции мастера Севрской мануфактуры. Его счастливым обладателем стал датский король Христиан Седьмой, ценивший стиль "рококо" со всеми его атрибутами.
Участие ленинградки Анны Яцкевич состояло в том, что она использовала подглазурный кобальт и сделала свою сеточку более замысловатой и высокопарной. Пик её художественного вкуса — двадцатидвухкаратные золотые звёздочки, венчающие точки пересечения синих линий сетки. Об изобретении речи не идёт, а незначительная модификация сервиза с 200-летней историей на этом закончилась. Получилось помпезно, только на увековечение памяти жертв блокады эта помпезность, по-моему, никак не тянет. И надо разделять художественно-историческую сторону дела с пропагандой 1940-х — 1950-х, в которую художница так неловко вписалась.
Словом, очередной интернет-мусор с пропагандистским душком — такая же откровенная глупость, как и заявления о том, что Дмитрий Менделеев в 1865 году изобрёл водку, а гранёный стакан для неё Вера Мухина изобрела в 1943-м.
При этом плохого слова про художников ЛФЗ не скажу. Большие мастера!
Подглазурная эмаль — в отличие от надглазурной — это рисунок, (1) нанесённый специальными красками на керамическую поверхность, (2) обожжённый при температурах от нескольких сотен до тысячи с лишним градусов и (3) покрытый глазурью, по сути стеклом. Таким образом, краски надёжно защищены, а роспись оказывается практически вечной.
Главную сложность подглазурной техники составляет исправление рисунка. Каждый мазок должен быть удачным с первого раза. У керамики пористая поверхность: в неё намертво впитываются краски — тончайшего помола минеральные пигменты, разведённые на глицерине, сахарном сиропе, скипидаре и т.д. Полностью их удалить уже невозможно, а подчистки и любые исправления оставляют после обжига заметные следы. Поэтому художнику, который занимается подглазурной росписью, необходима такая же уверенная рука, как, например, у гравёра-сталиста.
Ну, а императорский фарфоровый сервиз, придуманный в XVIII веке, продолжает радовать глаз вне зависимости от белиберды, которую ущербные блогеры пишут про него в интернетах.