Елена Прекрасная. Хелен Миррен: «Семейной жизни нужно дать созреть».

В одном интервью она сказала: «Актрисы не могут быть обычными людьми». И правда, назвать Хелен обычной язык не повернется. Она одна из троих детей русского аристократа-эмигранта и англичанки из лондонского Ист-Энда, а ее настоящее имя - Елена-Лидия Миронова. Послевоенный Лондон, Мироновы бедствуют: ни холодильника, ни телевизора, ни центрального отопления. Хелен помнит, как зимой окна ванной изнутри покрывались льдом.

Но она очень талантлива и трудолюбива: 20-летняя Хелен поступает Королевский шекспировский театр и играет перед полными залами. В 1969 году она снимается в первом большом фильме под названием «Возраст согласия», в 1973-м - в картине «О, счастливчик!» с Малкольмом Макдауэлом. А потом - шокирует родных и друзей, отправившись в турне по Африке и юго-западу США с экспериментальным театром: ночевки под открытым небом, импровизированные пьесы (ни сценария, ни реплик), выступления экспромтом перед изумленными туземцами: «Нашу аудиторию могли составить двое пастухов и коза или пара тысяч туарегов на верблюдах».

В молодости Миррен вообще много экспериментировала. Довелось ей сниматься и в откровенных сценах - например, все с тем же Макдауэлом в скандальном фильме Тинто Брасса «Калигула».

«Я никогда не хотела быть этакой пуританкой, не дающей поцелуя без любви, - комментирует Хелен этот факт своей биографии. - Мне не нравились заявления людей вроде Хью Хефнера о том, что, раздевая женщину, скажем, для «Плейбоя», они ее освобождают. Нет, я и тогда знала: нам просто навязывают еще одну придуманную мужчинами роль. Это тоже было лицемерие - на сей раз под маской свободы. Но в то же время я предпочитаю открытую сексуальность вульгарной похотливости. Уж лучше полная «обнаженка», чем пошлость с рюшками в духе 50-х… А мне нужно было войти в профессию и, черт возьми, хоть что-то зарабатывать!»

Чары феи

В 1981 году на съемках фильма «Экскалибур», где Миррен играла обольстительную фею Моргану, она познакомилась с начинающим ирландским актером Лиамом Нисоном. Если даже в 72 года она выглядит сногсшибательно, можете себе представить, что творилось почти 40 лет назад? Лиам без памяти влюбился в свою экранную партнершу, которая была опытнее во всех смыслах: старше на 7 лет и к моменту их знакомства уже состоявшаяся звезда. Но актера поначалу мало волновала такая, казалось бы, значительная разница в возрасте и положении.

После окончания съемок пара уехала в Лондон. Лиам поселился в квартире Хелен, она познакомила его со своим агентом. Актерская карьера Нисона стала стремительно развиваться, но он и Хелен больше не снимались вместе. Съемочные графики влюбленных не совпадали: часто они месяцами не виделись, стали реже звонить друг другу. Как-то раз, вернувшись со съемок, Лиам нашел на столе прощальное письмо от Миррен: «Мне больно говорить об этом, но нам пора расстаться. Мы оба знаем, что ты повзрослел. Пришло время начать самостоятельную жизнь. Я сняла для тебя номер в отеле «Эсквайр», сегодня ты должен туда переехать».

Несмотря на то что роман не сложился, Лиам тепло вспоминает о своей первой любви: «Хелен - великая женщина! Она помогла мне преодолеть страхи и перебраться из родной Ирландии в Лондон. Мне тогда этот город представлялся устрашающим. Она присматривала за мной, опекала, ободряла. Я благодарен ей за все чувства, что мы пережили. Просто мы были слишком разными».

Нет сантиментам!

Актриса утверждает, что долгое время ей не везло в любви. В какой-то момент она даже решила, что никогда не выйдет замуж, хотя, конечно, романы у нее были. Все изменил фильм об артисте балета, эмигрировавшем из СССР, но однажды вернувшемся на родину, - «Белые ночи». Главную роль в драме (по сути, самого себя - оставшегося на Западе танцовщика) играл знаменитый Михаил Барышников. Но Хелен увлеклась вовсе не им, а режиссером картины Тэйлором Хэкфордом. Отношения, правда, поначалу не заладились: Хелен пробовалась на одну из ролей в «Белых ночах», и Тэйлор заставил актрису прождать за дверью целую вечность. К началу прослушивания она буквально кипела от злости. «Мой будущий муж опоздал на первое свидание. Если бы не мое женское терпение - я готова была уйти, но передумала, - мы никогда не были бы вместе», - шутит Миррен.

Супруги, впрочем, не завели привычку обмениваться приторными открытками на День всех влюбленных и частенько забывают поздравить друг друга не только с годовщиной свадьбы, но даже и с днем рождения. «Я была бы в ужасе, если бы Тэйлор подарил мне валентинку, - смеется Хелен. - Это совершенно не наш способ общения. Мы совсем не романтики и ценим подобный подход в других людях».

Они могут часами разговаривать обо всем на свете. Тэйлор присылает Хелен ее любимые желтые розы перед премьерой спектакля, чтобы она немного успокоилась. А Миррен благодарна мужу за то, что он так трепетно относится к своим старшим сыновьям от предыдущих браков и никогда не настаивал на том, чтобы они с Хелен завели еще детей.

«Вообще-то я никогда не имела ничего против семейной жизни, просто она была мне не по вкусу, как турнепс, - размышляет актриса. - Прошло довольно много времени, прежде чем я ее оценила. Все дело было в том, чтобы попался правильный турнепс».