Олдскульно. Супер. Джузеппе Квинтарелли

1924 — Сильвио Квинтарелли переезжает в город Неграр, Вальполичелла и начинает заниматься виноделием 1950-е — Джузеппе, младший сын в семье, постепенно берет на себя управление хозяйством 1960-е — эксперименты с речото, начало производства амароне 1970-е — успех на американском рынке 1980-е — поиск новых виноградников и эксперименты с неббиоло, кроатиной, санджовезе, каберне совиньоном 1982 — рождение принципиально нового вина Alzero 1998 — Quintarelli Amarone 1995 появляется в списке фьючерсов среди топовых вин Бордо 2007 — хозяйство выкупило все свои виноградники 2010 — в возрасте 82 лет Джузеппе передает управление старшей дочери Фьоренце

]Производство: около 60 тысяч бутылок в год Площадь виноградников: около 11 га, четыре участка на склонах в разных частях региона Средняя высота над уровнем моря: 240 м Владельцы: Франка Квинтарелли и семья Григоли Главные вина: красные Amarone della Valpolicella, Alzero, Valpolicella Classico Superiore, Rosso del Bepi, Recioto, белое Bianco Secco

Со стороны великое наследие Джузеппе Квинтарелли выглядит скромно: 11 га виноградников на холмах в четырех разных районах Вальполичеллы. К дому и винодельне в Неграре непосредственно примыкает участок в три гектара, остальные, найденные Джузеппе в 80-х и выкупленные лишь 7 лет назад, разбросаны в пределах пары десятков километров. Видимость простоты в этом случае обманчива. Больше ста лет назад вина семьи Квинтарелли начали завоевывать мировой (читай американский) рынок. Тогда еще не было контроля урожайности, высадок на холмах, рукописных этикеток и не самой категрии Amarone. Вина, которые делал отец Джузеппе, Сильвио — вместе с многочисленной родней (говорят, их было не менее двадцати пяти человек) — отправлялись за океан в 50-литровых бочках. Часть урожая шла владельцам земли — Сильвио работал по распространенной в Европе системе издольщины. Имя Квинтарелли было одним из многих.

В 1950-м, когда Джузеппе еще носился двадцатилетним юношей по холмам Вальполичеллы, Хемингуэй вложил в уста полковника Ричарда Кантвелла правдивые на тот момент слова: «А знаете, это вино лучше, когда оно не слишком выдержанное. Вальполичелла — не grand vin, когда его разливают в бутылки и держат годами, оно только дает осадок». В середине XX века никто не представлял, что красные из Венето могут быть чем-то большим, чем жидкость для запивания еды. Что бы сказал писатель о винах Квинтарелли сегодня? Вероятно, они были бы способны излечить от травм прошлого — как сердечных, так и физических.

«Он легко мог бы стать Папой Римским»

О Джузеппе Квинтарелли тяжело писать в прошедшем времени. Для всех, кто его знал, он все еще жив, а те топовые вина, которые он бутилировал еще до начала болезни, в 2010-м, смогут увидеть бокал только через пару лет, году в 2017-м.

Интересующиеся знали: у Джузеппе был непростой характер. Однако ту самую прямолинейность, граничащую с нетерпимостью, он сочетал с альтруизмом и щедростью к тем, кто по-настоящему понимал его вина. Заслуги Бепи перед Венето, мягко говоря, огромны. На сложнейшем пути его поддерживал ряд влиятельных фигур итальянской журналистики и международного винного бизнеса включая «бойца агрономического фронта» Луиджи Веронелли. В конце 1950-х он, как любят говорит иностранные авторы, «нанёс Вальполичеллу на карту Италии». «Последний из могикан», «Крестный отец амароне» — как только ни называли фанаты этого человека, который, сам того не желая, создал в мире культ имени себя. Как однажды метко заметил американский импортер его вин Роберт Чеддертон, «он легко мог бы стать Папой Римским».

Виноделы любят повторять: вино рождается на винограднике, максимум – на винодельне. В случае с Квинтарелли не верно ни то, ни другое: его вина рождались в его голове и в его сердце.

Отсутствие энологического образования Джузеппе компенсировал опытом, интуицией и верой. В его словаре не было таких слов, как «терруар» или «крю». Он никогда не называл свои вина великими. Скромность к скромности. Давайте так: его вина просто соответствовали его характеру. «Мой секрет? Я не гоняюсь за модой, я придерживаюсь правил. Да, нужно совершенствоваться, но не отходя от традиций». После ухода Маэстро самый острый вопрос, который волнует всех, — будет ли сохранен стиль хозяйства? Семья бросила все силы на это. Управлением и производством занимаются жена Джузеппе — Франка, старшая из четырех дочерей — Фьоренца, ее муж Джампаоло Григоли и их сыновья Франческо и Лоренцо Григоли. Последний учится на энолога. Хозяйство и по сей день не рекламирует себя: нет ни сайта, ни завлекающих надписей по дороге к винодельне. Не участвуют они и в винных выставках, а письма с электронной почты приходят за именем самого Джузеппе.

«Скажите, когда вам хватит»

Джузеппе мало интересовало, что и как делают другие. Его внук Франческо рассказывает, что в доме почти никогда не пили не свое вино: на ужин ставилось принесенное из погреба, а по выходным открывались старые бутылки с осадком, — деда Бепи часто можно было увидеть переливающим вино при свече.

Да и сегодня не стоит приезжать неподготовленным в гости к Квинтарелли: вас ждет немая сцена, молчаливый нейтралитет или даже порицание. Внуки Джузеппе пока еще не отказывают королям, как однажды поступил их дед с голландской королевой Беатрикс (ее водитель, приехавший за вином на машине без кондиционера, был отправлен восвояси), — но дайте им подрасти. Зато Джузеппе могли впечатлить искренний интерес, основательность и знание мелочей. Когда один из «навязавшихся» к нему журналистов сообщил, что узнаёт на рукописных этикетках Quintarelli почерк веронского шеф-повара Джорджио Джоко, Бепи растаял. После этого они спустились в подвал и провели три часа за дегустацией и разговорами.

Чудачествам Джузеппе не было счета: он запрещал выплевывать свое вино во время дегустаций и всегда проводил эти мероприятия лично, особенно если речь шла об экспорте — ему было важно видеть непосредственную реакцию людей, в чьи руки предстояло передать свои вина. Внук Франческо не мог не перенять манеры деда: «Скажите, когда вам хватит — я перелью остаток обратно в бутылку».

Вроде бы мир очень изменился с 1900-х годов, когда Сильвио Квинтарелли требовалось пять дней и две лошади, чтобы отправить несколько бочек в США из генуэзского порта. А глядя на то, как создаются вина Квинтарелли сегодня — кажется, что изменился он не так уж сильно. «Я все делаю так, как делал мой отец. Что бог даст, то и будет», — повторял журналистам Джузеппе.

«Quintarelli — полноразмерный космический корабль»

За столом рядом с камином Джузеппе Квинтарелли вручную переливает готовое вино из стеклянного демижона в бутылки, затем осторожно наклеивает этикетку, на которой витиевато выведено название вина. Эту сцену из детства часто вспоминает Франческо Григоли, который сегодня активно участвует в делах по-настоящему семейного хозяйства. Автоматизированная линия для розлива появилась на винодельне лишь 20 лет назад. Григоли находит повод посетовать на нее: «Вместе с ручным бутилированием пропало что-то еще. Раньше у деда была некоторая разница в каждой бутылке, и это один из «пунктиков», которые так ценят самые ярые поклонники нашего хозяйства».

Пусть липкий стикер «традиционалист» не вводит никого в заблуждение — за свою жизнь Джузеппе сделал больше нового, чем многие «модернисты» вместе взятые. Когда он озаботился контролем урожайности, выбрасывать грозди на землю считалось вредительством. Урожай у Квинтарелли — процесс такой же трудоемкий, как и выдержка вин: виноград с каждого участка собирают минимум в три прохода.

Взяв на вооружение технологию древних римлян — подвяливание собранных гроздей перед ферментацией — виноделы Венето приобрели как новые возможности, так и новые проблемы. С одной стороны — неповторимые речото, амароне и ripasso, с другой — стиль винодела вместо стиля терруара. С одной — маркетинговые дивиденды, с другой — множество вин с зашкаливающим уровнем алкоголя, не отличающихся изяществом и балансом. В 90-х производство амароне за декаду выросло почти на четверть, это ли не лучший показатель того, куда направлен вектор? Борьба Консорциума с количеством дала свои результаты, но посредственных вин все еще немало, а лучшие хозяйства региона знатоки перечисляют на пальцах одной руки.

Противостоять коммерческому давлению рынка для Джузеппе не было сознательным выбором, скорее, естественным движением. Никто не знает, как сложно давались семье решения с частицей «не»: не расширять виноградники, не уменьшать выдержку, не делать амароне в годы, которые кажутся невзрачными.

Строжайший винный протокол, которому Джузеппе подчинил себя сам, принес яркий результат, когда в 1998-м его Amarone Riserva ’95 попало в список фьючерсов наравне с бордоскими гран крю. Выдающиеся винтажи для амароне включают ’83, ’88, ’90, ’97, ‘98 и 2000-й. Кроме традиционных составляющих ассамбляжа —корвины, корвиноне и рондинеллы, — Джузеппе впрыснул в бутылки каберне совиньон, неббиоло, кроатину и санджовезе — классическое сочетание для красных вин Quintarelli, кроме, конечно, Alzero и Primofiore.

Лучше всего описывает олдскульное Amarone Квинтарелли Серхио Эспосито в книге «Страсть на винограднике: воспоминания о еде, вине и семье в сердце Италии». Это было Амароне 1980, которое Серхио попробовал в 1992-м. «Сделав глоток, я некоторое время не двигался. Думаю, довольно долго». И далее: «Если обычное вино — это бумажный самолетик, то вино Quintarelli — полноразмерный космический корабль. Все его качества преувеличены — сладость, кислота, танины, текстура, ароматика — и, в то же время, все они сливаются воедино. Это упражнение в совмещении несовместимого. Вопрос который я себе задаю: как в подобном невероятно мощном взрыве противоположных сил могут рождаться гармония и равновесие?». «Пить Amarone Riserva от Quintarelli — это как говорить со старой легендой рок-н-ролла», — добавляет он.

Не удовлетворившись однажды качеством созревающего амароне-94, Бепи решил понизить его класс и выпустить его как IGT. Вино, получившее название Rosso del Bepi, оказалось чуть ли не более популярным, чем его «амаронистая» версия: по существу это то же самое амароне, только вдвое дешевле, — жаль что «неудачные» годы случаются редко. Появление ботритиса на гроздях в ноябре-декабре в Quintarelli никого не смущает: в отличие от некоторых других виноделов Вальполичеллы, здесь считают, что благородная плесень только усложняет аромат и вкус.

Когда дело касалось вина, Бепи искренне и твердо верил в невмешательство в дела природы: это особенно относится к длящемуся несколько месяцев процессу сушки винограда. Только при экстремально высокой влажности производится вмешательство в естественный ход процесса — винограду «помогают» оставаться сухим с помощью нескольких вентиляторов. Все остальное, по идее Мастер, обеспечивает вину Бог.

«Его никто ничему не учил»

В конце 1970-х Нью-Йорк уже распробовал амароне. В 1982-м Роберт Чеддертон, американский импортер Квинтарелли, попросил его сделать вино по технологии appassimento, но из международных сортов — каберне фран и каберне совиньона, в высадке которых Бепи считается первопроходцем в регионе. Необычно для себя, он применил французские баррики для выдержки части ассамбляжа (однако после четырех лет вино все же отправляется для «успокоения» в привычные ботти из славонского дуба). Получившееся вино стало знаковым для Италии и Вальполичеллы — Alzero демонстрирует невероятные глубину и сложность, слой за слоем раскрываются экзотика, специи, черные фрукты: коллекционеры получили еще один фетиш для закладки в погреб.

В отличие от амароне, с Alzero не пропускают годы урожая, считая, что сочетание технологии и терруара позволяет сохранять стабильно великолепное качество. Красноречивое прозвище «Cheval Blanc на стероидах» получило это вино от американских импортеров.

Бепи почти не путешествовал. Его немногочисленные поездки в основном носили характер паломничества — он был католиком и глубоко верующим человеком, некоторые его ботти «охраняет» выгравированное распятие. Рассказывая о своем посещении Франции в конце 1980-х, он отмечал, что не нашел там для своей винодельни ничего такого, что мог бы взять на вооружение. Некоторые источники утверждают, что Джузеппе нашел сходство почв Бургундии и Вальполичеллы, но Франческо ничего такого не припоминает. Известняково-базальтовые почвы под виноградниками Квинтарелли если и не делают их идентичными киммериджским, то, по меньшей мере, дают основания проводить с ними весьма значимые параллели. Исключительная высадка на холмах добавляет виноградникам экспозиции и дренажа.

Стремление к совершенству не отпускало Джузеппе и вне виноградников. Особый упор он делал на качество пробки, не скупясь на самые дорогие, удлиненные варианты из Португалии.

В исполнении Quintarelli слово «терпение» приобретает особый вес. «Фундаментальная проблема сегодняшнего виноделия — это то, что производители торопятся делать вино: они поджимают ягоды на винограднике, они торопят винификацию, спешат загнать вино в бутылку, стремятся поскорее его продать, не давая времени на выдержку. Терпение — в виноделии это самое главное», — так говорил Джузеппе. Долготерпение и силу воли Квинтарелли справедливо конвертировал в цены. Его вина — одни из самых дорогих в Италии. Впрочем, ценителей харизмы Бепи это редко останавливало.

Несмотря на ярлык отшельника, Квинтарелли любил делиться знаниями: виноделие не было для него чем-то секретным. Люке Федринго, виноделу и совладельцу хозяйства L’Arco на северо-востоке Вальполичеллы, посчастливилось провести с Джузеппе 10 лет, с 92-го по 2002-й. «Его никто ничему не учил, а он научил меня всему, что я умею сейчас. Он постоянно экспериментировал на винодельне, чтобы сделать вина еще лучше». Спросите еще одного его ученика — Романо Даль Форно, который теперь сам воспитывает своих последователей. Он вам уж точно расскажет.

19 марта 2015-го года Джузеппе Квинтарелли исполнилось бы 88 лет. С известной фотографии, сделанной Гербертом Леманом, смотрит человек, который находится в гармонии с собой. В 2012-м он ушел так же тихо, как и жил. Но сразу после смерти Джузеппе ведущие издания мира откликнулись словами признания. Среди них New York Times, Guardian и, конечно, Wine Spectator и Decanter. На бочках из словенского дуба все еще выгравирован крест, лозы дают отличный виноград: вера и природа продолжают делать свое дело. Сила воли и выдержка — за семьей.

Вина Квинтарелли

Микс белых сортов: гарганега, треббьяно тоскано, совиньон блан, шардоне, сорен. Золотисто-лимонный цвет, ароматы абрикоса, яблока, белых цветов и мяты, легкие минеральные нотки. Щедрое, сочное и прекрасно структурированное, с мягкой текстурой и длительным послевкусием. Короткая выдержка в нейтральных емкостях.

Грозди завершают созревание уже в деревянных ящиках, что делает вино более полнотелым. Оригинальная технология добавления сока первого отжима ягод, которые потом идут в амароне. Богатый аромат черной смородины, вишни, специй и оливы. Минимум два года в бочках из славонского дуба. Корвина, корвиноне, каберне совиньон, каберне фран.

Вино производится по технологии ripasso со вторичной ферментацией на мезге от амароне через шесть месяцев. Вино выдерживается минимум 6 лет в бочках из словенского дуба, и 6 месяцев в бутылке: дольше, чем многие производители выдерживают свои Amarone. Красные ягоды, специи и вишня доминируют в аромате.

Технология appassimento, примененная к международным сортам каберне совиньон, каберне фран и мерло дает оригинальное насыщенное многослойное вино с ароматами сухофруктов, трюфеля, кофейных зерен, ежевики и диких трав. Выпускается без пропуска винтажей. Текущий урожай: 2005.

Это мини-amarone производится в годы, которые в хозяйстве считают недостаточно хорошими для амароне большого. Корвина, рондинелла, молинара и другие сорта. Минимум 8 лет в славонском дубе. Свежее, сбалансированное, богатое, с тонами красных фруктов, трав и цветов. Стилистика этого вина часто предполагает чуть большую свежесть, чем у классического амароне Квинтарелли. Выпущенные винтажи 1994, 1996, 1999, 2002.

Флагманское вино Квинтарелли, Amarone создается путем ферментации высушенных гроздей винограда, собранных после тщательной селекции. 8 лет выдержки в ботти из славонского дуба. Богатейшая ароматика и вкус: кожа, орех, вишня.

Только в самые выдающиеся годы Квинтарелли выпускают Amarone Riserva, которое провело в бочках из славонского дуба более 8 лет. По сложности и потенциалу выдержки эти вина стоят на одной планке с первыми замками Бордо. Корвина, корвиноне, рондинелла, каберне совиньон и другие сорта. Текущий винтаж: 2003

Сладкое вино по древней выдерживается 5-6 лет в славонском дубе — и еще полгода в бутылках. Особенное внимание здесь уделяется идеальному расположению гроздей в процессе сушки. Ферментация останавливается на полпути, препятствуя трансформации сахара в алкоголь. Сладкие специи, нежная терпкость, черешня, лакрица. Сорта: корвина, корвиноне. Один из самых длительных потенциалов выдержки.