"Невидимая" льгота при реализации обращающихся облигаций российских организаций

В пояснительной записке к законопроекту № 46023-7, который впоследствии был принят и официально вступил в силу в качестве Федерального закона № 58-ФЗ от 05.04.2017, указано, что вводимые нормы в главу 23 НК РФ позволят обеспечить выравнивание условий налогообложения процентных доходов физических лиц от инвестиций во вклады в банках и в обращающиеся облигации российских организаций, номинированные в рублях и эмитированные после 01 января 2017 года (далее по тексту – обращающиеся облигации). Кроме того, вводимые нормы значительно повысят инвестиционную привлекательность обращающихся облигаций, что будет способствовать притоку частных инвестиций в экономику РФ.

Суть введенных изменений состоит в следующем:

(1) доходы в виде процента (купона) по обращающимся облигациям облагаются НДФЛ как банковские вклады (п. 1 ст. 214.2 НК РФ);

(2) пунктом 17.2 ст. 217 НК РФ предусмотрено освобождение от налогообложения доходов физических лиц в виде дисконта, получаемых при погашении обращающихся облигаций;

(3) пунктом 7 ст. 214.1 НК РФ установлен особый порядок определения налоговой базы в отношении доходов от реализации (погашения) ценных бумаг, предусматривающий освобождение от налогообложения доходов в виде процента (купона, дисконта), получаемых физическим лицом по обращающимся облигациям.

Если к пункту (1) вопросы касательно порядка налогообложения отсутствуют, то к пунктам (2)-(3) спустя почти год с момента опубликования Федерального закона № 58-ФЗ от 05.04.2017 у участников сделок на вторичном рынке вопросов только прибавилось. И виновником этого, как ни странно (а скорее, наоборот, уже традиционно и ожидаемо), является Министерство финансов РФ, которое своими разъяснениями в очередной раз пытается заставить владельцев обращающихся облигаций платить налоги даже в том случае, когда прямыми нормами НК РФ это явно не предусмотрено.

Вывод об участии Минфина РФ в создании “искусственной” неопределенности при толковании вышеуказанных норм главы 23 НК РФ основан на следующем.

1) В части процентного (купонного) дохода

В прошлом 2017 году Минфин РФ в письме от 31 августа 2017 г. N 03-04-06/55992 указал, что суммы процентного (купонного) дохода, полученные налогоплательщиком при реализации ценных бумаг, включаются в доходы налогоплательщика, а, соответственно, расходы налогоплательщика по приобретению ценных бумаг включают суммы накопленного процентного (купонного) дохода, уплаченные налогоплательщиком продавцу ценных бумаг.

В начале этого года Минфин РФ в письме от 25 января 2018 г. N 03-04-06/4121 делает прямо противоположный вывод и утверждает, что доходы в виде процента (купона, дисконта), полученные по обращающимся облигациям исключаются из определения финансового результата по операциям с ценными бумагами вместе с относимой к ним части расходов, определенной в соответствии с абзацем вторым пункта 12 статьи 214.1 НК РФ.

Исходя из буквального толкования п. 7 ст.214.1 НК РФ следует, что процентный (купонный) доход освобождается от налогообложения при определении налоговой базы от реализации (погашения) ценных бумаг. При этом норма, которая бы устанавливала запрет на отнесение в состав расходов суммы накопленного процентного (купонного) дохода, уплаченного продавцу ценных бумаг, в главе 23 НК РФ отсутствует.

Таким образом, законодателем в главе 23 НК РФ предусмотрена возможность освободить от налогообложения доход в виде процента (купона) при реализации обращающихся облигаций на вторичном рынке и при этом не прекращены/ограничены правила учета в полном объеме фактически понесенных расходов налогоплательщика на приобретение ценных бумаг, что явно не соответствует позиции, изложенной в вышеуказанных письмах Минфина РФ по данному вопросу. И ничего, что такой нормы нет в НК РФ – это, судя по всему, законотворческие «огрехи» законодателя, который, освобождая доходы, «забыл», по всей видимости, исключить возможность учесть расходы (как это зачастую можно наблюдать на примере аналогичных действий в части налога на прибыль в главе 25 НК РФ). Зато теперь у Минфина РФ есть объективная необходимость наверстать упущенное, что происходит не путем инициирования введения необходимых уточнений напрямую в НК РФ через законопроектную деятельность (видимо, слишком долог и труден этот «тернистый путь»), а путем издания разъяснений, искажающих в профискальных целях одни и те же нормы ст. 214.1 НК РФ сначала в одну, а потом в другую сторону.

2) В части дохода в виде дисконта

В недавнем письме Минфина РФ от 30 января 2018 г. N 03-04-06/5033 сделан вывод о том, что доход, полученный при погашении облигации в размере разницы между ценой размещения облигации и ценой ее приобретения налогоплательщиком на вторичном рынке, включается в доход налогоплательщика от реализации ценных бумаг в общем порядке в соответствии с п. 7 ст. 214.1 НК РФ.

Из данного абзаца не представляется возможным однозначно установить, что понимается под фразой “цена размещения облигации…на вторичном рынке”. Имеется виду цена при первоначальном размещении/эмиссии облигации или цена реализации на вторичном рынке?*

В первом случае доход, полученный при погашении облигации в размере разницы между ценой размещения/эмиссии и ценой ее приобретения, по сути представляет собой составную часть расходов налогоплательщика на приобретение обращающихся облигаций, которые сами по себе не могут являться объектом налогообложения.

Во втором случае доход – это разница между ценой продажи и ценой покупки обращающейся облигации, что возвращает нас обратно к тому, с чего начали – неизбежной коллизии (пробелу, неясности) нормы п. 7 ст. 214.1 НК РФ, которая “как бы есть”, но Минфин РФ ее настойчиво игнорирует и сам себе противоречит, когда в отношении процентного (купонного) дохода позволяет ею руководствоваться, а в отношении дисконта – нет.

С другой стороны действия Минфина РФ в данном случае нельзя считать бессмысленными или заведомо непоследовательными. Многие аналитики рынка ценных бумаг советуют инвестировать в длинные бумаги. На горизонте 3-5 лет ставки по банковским вкладам будут гарантированно снижаться, а стоимость таких процентных/дисконтных облигаций – наоборот, расти. К тому же с учетом событий последних нескольких лет в банковском секторе РФ обращающиеся облигации остаются более надежным вложением, чем вклад в любом другом (даже государственном) банке.

И вот тут позиция Минфина РФ “отщипнуть на спекулятивном рынке купли-продажи облигаций соответствующую часть в пользу бюджета” (которая всегда была раньше, и отказываться от которой Минфин не собирается, несмотря на прямую норму в Кодексе) кажется вполне себе разумной и не опрометчивой. Если такая позиция и дальше устоит в последующих разъяснениях, то можно будет говорить о формировании негативной тенденции для налогоплательщиков, осуществляющих торговлю на рынке ценных бумаг, которым в случае несогласия с позицией финансового ведомства необходимо будет учитывать возможные налоговые последствия и риски.

При этом цели, которые изначально декларировалось в пояснительной записке к законопроекту № 46023-7, скорее всего, уже мало кто помнит. Учитывая рассматриваемую ситуацию, представляется маловероятным, что шлифовка законодательной материи с проработкой механизмов освобождения от налогообложения доходов от реализации ценных бумаг будет актуальной инициативой Минфина в ближайшей перспективе (за исключением разве что доработки в части невозможности учесть расходы в виде купона при приобретении облигаций).

* Следует особо подчеркнуть, что на вторичном рынке (а именно, на бирже, так как речь идет об обращающихся облигациях) определить, кто является первым покупателем у эмитента обращающихся облигаций, практически невозможно, так как сделки между участниками могут проходить в режиме онлайн на электронных торгах (без участия эмитента)