Оксана Елоева: никогда не строила из себя эстета и знатока

Нестандартных людей видно как-то сразу. По нескольким фразам, или по той работе, в которой они проявляются. Для меня Оксана Елоева стала открытием еще несколько лет назад, когда делала новостные сюжеты для ГТРК-Алания. В них была оригинальность, интересный умный текст, хотя цель проявить нестандартность в обычном новостном сюжете, у которого есть свои строгие законы формы и содержания, — уже оригинальна и смела. А потом Оксана Елоева стала ведущей программы "Культура" там же на ГТРК, и в этом новом качестве Оксана раскрылась еще глубже и смотрится очень органично. Самое важное, что в ней есть — это искренний интерес к собеседнику и теме, а также умение задать вопрос и умение импровизировать. 

В интервью Sputnik Оксана оказалась в непривычной для себя роли — роли героини. И очень искренне и тепло ответила на все мои вопросы.

Анна Кабисова

— Мои родители — неискушенные ни в кино, ни в литературе, ни в музыке, поэтому формирование моего вкуса шло замедленными темпами. И только когда я стала студенткой, я начала слушать хорошую музыку и смотреть хорошее кино. Но при этом я всегда понимала, что человек сам должен над собой работать и развиваться.

— У моей мамы современные взгляды на жизнь, у нее нет "агъдау головного мозга", прости, Господи. Мама села за руль в середине 90-х и в нашем дворе все были в шоке. Также, мама одна из первых одела джинсы и не обращала внимания на все "косые" взгляды. Она меня никогда ни в чем не ограничивала, у меня всегда было ощущение, что я свободна делать то, что хочу, и вот эта свобода как раз меня и сдерживала. А папа тоже очень своеобразный — строгий, но, в каких-то вещах, не свойственных осетинским мужчинам, очень современный. Например, я могла папе плакаться в плечо и рассказывать, что меня бросил парень. А он меня успокаивал как мог, и давал советы. Папа всегда мне и брату говорил и объяснял, что такое "хорошо" и что такое "плохо". Он никогда ни про кого не говорил плохо, не вмешивался ни в чью жизнь, никого не судил и не осуждал. Он воспитывал меня и брата на примере того, как жил сам.

— В 20 лет я была не только впечатлительная, но и депрессивная. В моем дневнике, который я вела с восьмого класса, я писала, что мне здесь душно, что я задыхаюсь в этом городе, не нахожу здесь места и что мне надо обязательно уехать. Эти настроения, конечно, сложились во многом из-за того, что в тот момент мои родители разводились и это было очень тяжело для всех. Я всегда была исключительно папиной дочкой. Родители начали развод, когда мне было 16 лет, я осталась с мамой и мне было сложно донести до папы, что его я тоже люблю. Иногда я думаю, что если бы мои родители не развелись, моя жизнь сложилась бы по-другому. Это сейчас 16-летние — продвинутые, а я еще в этом возрасте играла на улице в мяч, а когда родители начали разводиться, то резко повзрослела.

— В детстве папа приносил мне журналы по географии, я собирала их и мне всегда хотелось увидеть все эти страны. А потом мне попалась газета "Иностранец" и в ней рассказывалась история школьника из России, который поехал в Швейцарию. Тогда я училась в школе и подумала, что мне тоже надо выучить язык и уехать повидать мир. И когда в будущем мне удалось уехать, а потом вернуться, то я поняла, что надо внутри поменяться и тогда будет комфортно в любом месте на земле.

— Отправить меня в Европу было маминой инициативой — она сказала, что я должна увидеть мир, а мне было безумно страшно. Мне хотелось поехать, но как только я представляла себе, что буду без мамы целый год, то мне становилось очень тяжело. В итоге я ни разу не плакала и не скучала по маме, а когда скучала по Осетии, то смотрела КВН с командой "Пирамида" и мне становилось легче.

— Папа провожал меня в Хельсинки — доехал со мной до Петербурга, посадил в автобус и сказал, что если бы не развелся, то я бы никуда не уехала. Но зато в этом противостоянии, я научилась отстаивать свое.

— Хельсинки я не выбирала, это Хельсинки выбрал меня. Конечно, я мечтала о Франции, но фирма, которая подбирала мне страну по программе AuPair, посоветовала, что подходящий вариант легче найти в Скандинавии. В итоге мой выбор остановился на Финляндии и семье, которая мне подходила — разведенная женщина с маленькими детьми. В мои обязанности входили уборка, готовка, проводы детей в сад и посещение курсов финского языка. В свободное время и выходные я общалась с девочками из Осетии, которые приехали по аналогичной программе, и они рассказывали о своих семьях, которые, в отличие от моей, были не такие комфортные. С моей "хозяйкой" мы вышли на одну волну и у меня не было с ней конфликтов. А все эти девочки приехали с целью закрепиться — поработать "нянями", а потом поступить в вуз, а для этого нужна была поддержка семьи, в которой ты живешь, которая заключалась в том, чтобы при поступлении показать счет с деньгами, тем самым доказав, что ты можешь себя содержать. У меня таких планов не было, но однажды моя хозяйка сама мне сказала, чтобы я подыскала себе учебное заведение, потому что хотела, чтобы я с ней осталась больше, чем на год. Я посоветовалась с папой, а он всегда был за то, чтобы я училась и развивалась, и я решила попробовать поступить. В итоге ничего не получилось, потому что я "завалила" математику. Я не сильно расстроилась, значит так и надо было.

— Не могу судить обо всей стране, но мне показалось, что в Финляндии в семье управляет и командует в доме женщина — так безропотно иногда слушали мужчины своих жен.

— С другой стороны, неважно, кто рулит, главное, чтобы людям было комфортно вместе. На примере себя могу сказать, что я не хочу быть тягловой лошадью, локомотивом. Я считаю, что мужчина должен быть мужчиной.

— Был интересный случай, когда моя хозяйка предложила мне поехать к ее подруге, которая наняла девочку из Петрозаводска, чтобы я помогла ей освоиться, да и просто повидаться с человеком из России. Мы приезжаем, а девочка из Петрозаводска такая вся раскрепощенная, в коротких шортах и это при наличии мужчины в доме. И тут я слышу краем уха, как две хозяйки говорят между собой, а я уже понимала финский язык: "поэтому я и позвала девочку с Кавказа". То есть она знала, что на Кавказе другие нравы и ей не нужна была девушка в условно коротких шортах.

— После возвращения в Осетию я стала другим человеком.

— В сентябре 2010 года я поехала в Москву на концерт своей тогда еще любимой группы Placebo. А изменилось то, что я сказала: "папа, я еду на концерт". А не: "папа, можно я поеду на концерт?". Ему идея не понравилась и всегда, когда я куда-то собираюсь, то он говорит: "долго ты еще так будешь жить?", имея ввиду мои путешествия.

— Идея проекта "Ночь кино" (Оксана — организатор показов фильмов в рамках проекта "Ночь кино", которые прошли во Владикавказе в 2012-2013 годах — ред.) принадлежит моему другу, но, так получилось, что все организационные моменты пали на мои плечи и тогда я сказала, что в таком случае, все будет согласно моей концепции.

— Мне хотелось показывать малоизвестное кино, чтобы зритель вынес что-то для себя, а не фильмы, которые и так можно посмотреть на канале "СТС". Первые две "ночи" мы организовали в кинотеатре "Комсомолец" — смотрели фильмы Вуди Аллена и Эмира Кустурицы. В первую ночь зрителей было много, мы действительно начали показ в полночь и все прошло хорошо, а на вторую ночь аншлага уже не было и директор кинотеатра отказался сотрудничать дальше.

— Затея с показом хорошего кино возникла потому что у нас в кинотеатрах его просто-напросто нет. Одно исключение — три года назад в кинотеатре "Дружба" показали фильм Джармуша "Выживут только любовники" и то только потому, что мой знакомый, который там работал, очень попросил об этом. Сейчас появился кинотеатр "Столичный" и счастье, что там показывают фестивальное кино.

— В этом отношении не могу не вспомнить Альберта Михайловича Дзандарова, у которого я учила французский язык. На его занятиях формирование хорошего вкуса шло усиленными темпами. А интерес к французскому языку у меня появился, когда я стала слушать французского певца Грегори Лемаршаля, которого не стало очень рано. У него был муковисцидоз — с такой болезнью не поют, а он пел и очень красиво. Наверно, меня впечатлило то, что несмотря ни на что, он боролся за жизнь и шел за своей мечтой. Мне было 20 лет, я была впечатлительная, начала писать рассказы, и у меня появилась мечта поехать во Францию и возложить цветы на его могилу. До Франции я так и не доехала, с тех пор прошло уже десять лет, но когда-нибудь я обязательно туда попаду.

— Я слушаю разную музыку. Никогда не строила из себя эстета и знатока, хотя, признаюсь, что иногда проскальзывает. Когда я работала в журнале "Famous", то главный редактор Ада Кайтукова мне говорила: "Оксана, какой ты жуткий сноб".

— Когда я вернулась из Финляндии, то решила доучиться в пединституте (СОГПИ — ред.), мне оставался один курс. Потом какое-то время я работала преподавателем английского языка.

— Однажды, у нас в гостях была мамина подруга и она сказала: "Оксана, ты же всегда хотела стать журналистом, может ты заочно поступишь?" А я как раз заканчивала пединститут и как подумала, что еще на пять лет буду скована…

— Но, в итоге, решилась и подала документы на заочное отделение. А потом мне позвонили с "журфака" и говорят: "либо очно, либо никак, потому что в университете открыли бакалавриат и закрыли специалитет". Передо мной стоял выбор — либо я учусь очно, либо не учусь совсем. А тогда я была жутко влюблена и мне хотелось впечатлить своего молодого человека, хотелось, чтобы он мной гордился и я решила поступить.

— Первый педагог, который смог меня "зажечь" — это Залина Татраева.

— Я всегда любила литературу и философию. Еще в Пединституте философию у нас преподавал Заур Умарович Цораев, он вел философию и на "журфаке", и я сидела и ловила каждое слово.

— В юности мне была очень близка философия экзистенциализма, сейчас интересуюсь средневековой схоластикой — историей католических орденов, раннехристианской ереси. У меня есть книга "История западной философии" Бертрана Рассела. Иду я по ней очень медленно, вдумчиво, записываю для себя историю разных орденов — бенедиктинцев, францисканцев. Во Францию я мечтала поехать в том числе и потому, что во Франции были еретики-катары и есть версия, что слово "катарсис" произошло от них, хотя само слово греческое. Катаров называли добрыми людьми и Святой Доминик перенял их быт и устав. Мне хочется посетить Тулузу, катары базировались там, и по легенде, чаша Грааля спрятана там. В результате крестовых походов их истребили, — последнего катара убили в 1321 году.

— Я не настолько знаю философию, чтобы судить, кто из философов наиболее приблизился к пониманию мира и человека. Если взять, к примеру, Платона — это же практически фашистский мир, который основывался на укладе Спарты, а все знают, что в Спарте контролировалась половая активность и со скалы сбрасывались больные дети.

— Может, экзистенциалисты и правы: мы действительно все сизифы.

Сейчас они мне не близки, но иногда и сегодня мне кажется, что в мире все абсурдно. Чем больше размышляешь, тем больше грустишь.

— Параллельно с первым курсом "журфака" я начала работать в журнале "Famous" и эта работа была как первая любовь. Первое мое задание — опрос на улицах города о радио "Город". Позже мне стали доверять более серьезные темы. Любимый материал за все время работы в журнале — интервью с Ирланом Хугаевым. Сначала интервью с Ирланом Хугаевым мне не доверили, — хотели, чтобы его сделала одна из его учениц, а я тогда как раз была под впечатлением от фильма "Ласточки прилетели" и когда зашла речь о том, что с ним хотят сделать интервью, я проявила настойчивость и решительность и сказала, что это сделаю я и никто другой. Я распечатала все рассказы, которые нашла в интернете, все прочла и жутко волновалась перед встречей, потому что понимала, какой я крошечный человек по сравнению с этой глыбой. Но Ирлан оказался очень тактичным, деликатным и сделал так, что я не чувствовала себя какой-то незначительной рядом с ним.

Помню, что задала вопрос по поводу одного из рассказов, в котором священник говорил герою, чтобы он свел счеты с жизнью. Я спросила, почему он вложил в уста священника такие слова. Ирлан ответил: "Не по-христиански, да? Думаю, отец Варсонафий не к самоубийству его призывал, а к пробуждению — по-своему, сурово, гневно призывал его к пробуждению, не к самоубийству, а к жизни. Батюшка ведь специфический был, не книжник, а настоящий пастырь" (повесть "Фарт" — ред.).

— После работы в журнале "Famous" меня позвала на ГТРК-Алания Ирина Газаева. Пару раз я делала сюжеты для ее авторской программы "Культура". Она сказала, что есть вакансия редактора сайта телеканала.

Я согласилась и проработала на этой должности месяцев восемь. Конечно, в душе я мечтала заняться журналистикой, а не сидеть вычитывать чужие тексты и выкладывать их на сайт. И эта возможность появилась благодаря начальнику моего отдела Ассиру Хамоеву. Он мне давал возможность что-то делать и я начала потихоньку снимать.

— Вообще, я люблю "социалку". Когда я забегала к продюсеру, чтобы узнать какие темы есть и мне, например, говорили о змеях, крысах и блохах в подвале дома в Алагире, то я брала эту тему, потому что мне всегда нравился жанр журналистского расследования.

— С первого курса я начала писать исследовательские работы, посвященные книге Анны Политковской, а потом и дипломную работу.

В каком страшном мире мы живем, я поняла, когда читала со слезами на глазах эту книгу. Мой диплом был посвящен стилистическому анализу текстов Политковской. Известно, что она писала достаточно агрессивно и в мои задачи входило исследовать, почему она использовала такие средства и понять реакцию общества на ее публикации. На защите диплома не последовало никакой реакции, кроме поверхностного вопроса тогдашнего заместителя главного редактора газеты "Северная Осетия" Александра Торина о том, каково мое личное отношение к Анне Политковской. Мне казалось, что работа заслуживает более интересных вопросов и не заслуживает оценку всего лишь "хорошо".

Еще в процессе работы над дипломом, я спорила с моим научным руководителем, которая также считала, что Политковская пишет слишком агрессивно. И тогда я провела эксперимент: поспрашивала друзей о том, какие у них возникают ассоциации от слова "пытка". Кто-то говорил "испанский сапог", кто-то о сексуальных пытках, а вот те реальные пытки, которым подвергались люди в Чечне, даже в голову не приходят, что в принципе нормально для здорового человека. Мы живем и не понимаем, что где-то так мучают людей. И поэтому совершенно оправданно, что Политковская писала так жестко. Это то же самое, как в примере с Диогеном, который ходил среди белого дня с фонарем и искал человека, чтобы до него достучаться.

— Когда меня из редактора сайта перевели в "тематику", то я стала делать сюжеты для программы "Культура". Все новички проходят через это и мой первый сюжет был про фестиваль "Цейский вальс", а потом про гастроли "вахтанговцев" во Владикавказе. Вот тогда я поняла, как много я не знаю. И поставила перед собой цель — работать над собой очень капитально. Я всегда очень тщательно готовлюсь к своим интервью. Если речь идет о спектакле, то я обязательно читаю пьесу, чтобы не спрашивать у актеров: "а как вы оцениваете то, как вы сыграли". Я люблю задавать конкретные вопросы со знанием темы. Не знаю, насколько у меня это получается, но я стремлюсь.

— Потом Ирина Газаева ушла в отпуск и меня попросили на время ее отсутствия провести три программы. Первая была посвящена постановке "Фатимы" в Осетинском театре и я позвала Александра Битарова. Подготовиться основательно мне не удалось, потому что по времени это совпало с моей командировкой в Иерусалим, когда мне поручили снять сюжет о том, как наши паломники везут Благодатный огонь в Осетию. Потом в эфире была директор Национальной научной библиотеки Ирина Александровна Хайманова.

Последний эфир я решила "по-рок-н-роллить" и позвала актера Алана Цаллаева. И подумала тогда, что если мне еще когда-нибудь доведется быть ведущей этой программы, то я обязательно приглашу Ирлана Хугаева. А потом Ирина Газаева ушла на телеканал "Осетия-Ирыстон" и я стала постоянной ведущей программы "Культура". И пригласила-таки Ирлана Хугаева стать героем программы "Культура". С момента моего первого интервью с ним прошло четыре года. И в этот раз я очень волновалась, хоть и немного прибавила в знаниях, да и в возрасте. Я боялась того, что знаю, боялась, что если скажу что-то не то — разочарую его мгновенно. Но, Ирлан — бездонный колодец, я словно дайвингом занимаюсь, когда с ним беседую. Новые уроки, новые знания — спасибо, Ирлану.

— В программу "Культура" мне хочется звать тех, кто не примелькался на телевидении, уделять внимание тем, кого незаслуженно забыли. А также тех, кого еще совсем не знают — талантливую молодежь.

— Главная линия, которая проходит через все мои интервью — это отношение героев к жизни и то, что является для них самым важным. И, конечно же, тема любви, если об этом бывает уместно спрашивать.

— Все герои передачи "Культура" меня обогащают, я столько нового узнаю благодаря им.