Формальные и неформальные методы использования власти в Азербайджане

Будучи достаточно широким, понятие власти включает в себя формальную силу в правительственных и неправительственных структурах и неформальную, индивидуальную “силу воли” в семейных отношениях, взаимосвязях между людьми, деловых отношениях в организациях, компаниях и, наконец, в политической сфере.

В работе я рассматриваю власть не только в ее формальном и неформальном понятии, но и в более широком аспекте, в который включены все вышеупомянутые факторы. Моя цель – показать читателям, насколько эти понятия переплетены между собой и как они влияют на социальную, экономическую и политическую жизнь людей.

Первая часть: Сила и власть

Понятие силы

В один из дождливых майских дней я возвращалась с работы. Это был мой последний рабочий день. Я ушла с работы и чувствовала себя отвратительно. Мне казалось, что наступил конец всему и никогда не удастся снова встать на ноги. Хотелось все начать сначала и суметь взглянуть на вещи по–другому. Все казалось потерянным и не имеющим значения. Я торопилась домой и почти бежала. Бежала, чтобы убежать от волнующих меня вопросов. В беге было мое спасение. Словно бег был решением каких–то вопросов, которые мешали мне жить, вопросов, зародивших в моей душе смуту, дискомфорт и хаос. Придя домой, я долго думала, и чтобы как–то отвлечься, решила поесть и почитать что–нибудь. Закончив чтение, я посмотрела в окно: дождь прекратился. Чтобы уйти от самой себя, я решила прогуляться по магазинам. Но еще подумала о том, что неподвижность – лучший способ бегства, если больше некуда бежать. И тогда я заставила себя подняться, твердо зная, что я уже нашла в себе силы начать все сначала.

На свете существует очень много примеров, когда человек использует свою внутреннюю силу для того, чтобы продолжать жить. Именно эту силу я и назвала бы силой воли. Чтобы понять концепцию силы, нужно посмотреть на ее истоки, как они формируют понятие о силе и источнике внутренней силы индивидума.

С точки зрения человеческой природы, есть несколько факторов, формирующих силу воли: личность, семейные ценности и гены. Затем силу можно охарактеризовать на ее следующей ступени, то есть при ее использовании в семье, среди друзей, сотрудников и в политике. Следующая ступень – сила доминирующая, где она используется как средство подчинения других своей воле, или же, сказав иначе, сила власти, которая позволяет формировать силу воли других. Последняя форма силы чаще наблюдается в политике и характеризуется как власть.

Конечно же, кроме внутренних факторов, формирующих понятие власти, есть и внешняя среда, которая прямо или косвенно влияет на власть и ее применение.

Сила может быть достаточно подчиняющей и ослепляющей, чтобы вести за собой массы, убеждая людей в том, что их спасение – в следовании и безупречном подчинении своему лидеру. Пример тому – стереотип поведения советских руководителей.

Различие между силой и властью

“Простым определением силы может служить умение требовать от других сделать что–то и сказать, как это должно быть сделано. Власть же имеет место там, где сила дана по согласию, и когда индивидум или какое–то объединение рассматривается как имеющее власть, причиной, оправдывающей эту власть, является легитимность”.[1]

Даже социологи, особенно в постсоветских странах, зачастую путают понятия силы и власти. Данный факт оправдывает себя тем, что оба концепта были сплетены воедино в государственном устройстве этих стран. Времена сталинских репрессий определили свое понятие власти, которое стало синонимом понятия силы, и власть использовалась исключительно в ее силовом значении. Сила толпы или одного человека заменяла легитимную власть. Поэтому для нас, детей такого “сильного” прошлого, существовала одна власть – власть силы.

Типы власти могут различаться в соответствии с государственными устройствами. Согласно Стивену Люку, “примером организации, в которой существует сила, но не обязательно власть, может быть мафия, которая использует силу, иногда применяя жестокость, деньги, статус, образование или секс”.[2]

Власть можно определить как легитимную силу, то есть силу, которая применяется на людях и принимается ими как “справедливая” (я не говорю "легитимная сила”, поскольку это считается как нормативное или de jure заявление). Легитимированная сила требует веры в то, что она правильная со стороны тех, кто подвластен ей. Это можно назвать de facto легитимностью. Влияние – это лучшее средство для власти. Я в силе повлиять на тебя, если ты веришь, что я умный или что мое мнение учитывается.[3]

В Азербайджане, как и во многих других странах постсоветского пространства, концепция силы и власти подверглась многим изменениям. Переходный период повлиял на мнение людей об этих двух понятиях, которое в итоге привело к отклонениям в распределении власти среди элит, тем самым оставив понятие о силе лишь в его физическом, или нелегитимном смысле.

Анализируя исследование, проведенное с целью дать современную характеристику силы и власти, можно заметить, как советское прошлое и современное настоящее сплетаются в понимании респондентов. Опрос был проведен летом 2004 года в Азербайджане, в период, когда страна переживала перемены, сталкиваясь зачастую с трудностями при распределении силовой структуры, как в социальном отношении, так и в политике. Ниже мы рассмотрим результаты опроса среди 200 респондентов Баку (100) и Гянджи (100) с целью выявить, как определили респонденты понятие силы и власти.

Таблица 1: Определение силы

Лишь физическая сила

Средство для подчинения других своей воле

Другое (демократия, свободные выборы, сила и власть – это то же самое)

Как видно из таблицы 1, 121 респондент из 200 понимает силу как физическую стойкость и моральную силу для достижения цели. 47 респондентов считают, что сила существует для подчинения других своей воле и лишь небольшая часть респондентов полагает, что сила может быть лишь физической. В таблице 2 респонденты охарактеризовали власть следующим образом:

Taблица 2: Определение власти

Сила сильных над слабыми

Метод, способствующий поощрению силы других

Метод борьбы против самоуправства

Сила законной власти

Следы советского прошлого можно также проследить в мнениях респондентов, большинство которых разделилось на понятие власти как средства доминирования и порабощения других и понятие власти как законной силы. Хотя 77 из 200 респондентов посчитали первый вариант ответа правильным. К другим ответам относятся следующие: умение вести за собой народ, структура, служащая народу, чувство страха, рожденное силой денег, средство управления страной.

Если обратиться к современной истории страны, можно проследить аналогичное распределение силы, которое было применено с начала 1991 года. Развал Советского Союза повлек за собой ряд изменений в политической структуре новообразовавшихся стран и в сознании людей. Переходный период повлиял на то, как люди стали относиться к власти в целом. Идеология прошлого, не изжившая себя, стала перемещаться в современное настоящее, и трансформация остается пока лишь формальной, а потому вопрос, существует ли демократия в стране, пока остается без ответа.

“На национальном уровне президентское правление остается главным. Парламенту дана лишь небольшая часть власти, а судебная сила поставлена в зависимость от президента. Президент напрямую контролирует два отдельных бюджета, национальный и схожий по масштабу Государственный нефтяной фонд”.[4]

Согласно статье, “Власть парламента очень узко продифференцирована в Конституции, хотя границы власти президента указаны как не имеющие четких рамок”.[5]

В статье говорится, что ни парламент, ни народ в целом не контролируют финансы и не имеют доступа к участию в создании и обсуждении поправок к годовому бюджету, тем самым роль парламента ограничена лишь правом подтверждения или отклонения бюджета.

. ”Абсолютный контроль на национальном уровне применяется во всех силовых структурах на местном уровне”, чиновники подобных структур назначены и подчинены самому президенту. До сегодняшнего времени Азербайджан не выполнил свои обязательства перед Европейским Союзом по реформам этих структур. На уровне районов и деревень местные органы исполнительного комитета имеют намного больше власти, чем муниципальные структуры”.[6]

Концепция лидерства, которую я рассматриваю в следующей главе, одна из основополагающих элементов распределения силы. Эта концепция включает в себя как формальные, так и неформальные средства использования силы и власти, сконцентрированной в руках власть имущих.

В работе Давида Боже “Theatrics of Leadership”[7] автор исследует типы лидерства и средства, с помощью которых сила используется в разных ситуациях. В работе Д. Боже говорит о теориях лидерства, которые разработали Макс Вебер, Бернс, Макиавелли и Ницше. Автор представляет их работы с помощью модели, которая охватывает такие элементы, как: база (ресурсы, данные для руководства), время (история и ситуация), место (социальный и экономический контекст), зрители (аудиенция), характеры (актеры и взаимоотношения), персонажи (эротический, трагический, сатирический). Роль лидера рассматривается с точки зрения принадлежности к различным характеристикам (бюрократическая, демократическая, героическая и т.п.), представленным в модели автора. Автор рассматривает типы лидерства прошлого и настоящего, находит схожие и различные черты, прослеживает влияние технологических преобразований и их влияние на современное понятие о лидерстве. Говоря о лидерстве, Боже делает сравнение между произведением Ницше “Воля к власти” и современными социальными преобразованиями, приведшими к новой концепции лидерства. Автор описывает новый тип лидера, который боится “мнения масс” и честно признает свой не героический имидж. Бюрократическая система унесла с собой ту силу, с помощью которой человек способен вести себя героически, и внедрила в общество правила перечня различных комитетов, указывающих как себя вести в той или иной ситуации.

Следующий тип лидера, который автор описывает в своей работе, это лидер–принц. Концепция принца–лидера представленная в работе Макиавелли, сравнивается в работе Боже с современным типом лидера, снаряженного технологическими достижениями для того, чтобы создать свой имидж и сформировать мнения людей. По мнению автора, лидеры современного периода не относятся к политическим, а, скорее, к представителям спорта и кинозвездам, таким образом, автор представляет их имидж как влиятелный лишь для примитивных умов, но надеется, что массы не так уж наивны.

Следующий тип лидера, описанный в работе автора, это героический. Автор представляет героического лидера в центре сцены, который всегда с народом. Автор связывает этот тип с типом харизматического лидера, представленного в работе М. Вебера. По мнению автора, современный тип лидера пришел на смену героическому, который готов на самопожертвование во имя поставленной цели.

Последний тип лидера – это супермен или супервумен. Смысл лидерства заключается в умении быть и поступать по–другому, не по причине той слабости, которую можно увидеть в погоне за силой, а вследствие силы, рожденной долгом и обязанностями особенного типа лидера. Индивидум, который является точкой соприкосновения с будущим и создает новые ценности и цели, может называться суперчеловеком, его также можно назвать свободным человеком”.[8]

В таблице 3, приведенной ниже, можно проследить результаты опроса респондентов на эту тему.