Профессиональные права и обязанности адвоката. Гарантии адвокатской деятельности

Предыдущий раздел учебника формально и несколько условно очертил круг адвокатской деятельности. Условный радиус этого круга расширяет границы деятельности адвокатов к беспредельности и охватывает едва ли не все сферы человеческого и общественного бытия.

Для того, чтобы адвокат мог уверенно и эффективно действовать в пределах своих конституционных полномочий, Закон наделяет его правами, соответствующими его функции.

Этой теме в Законе посвящена ст. 20 "Профессиональные права адвоката". В частности:

1. Во время осуществления адвокатской деятельности адвокат имеет право совершать любые действия, не запрещенные законом, правилами адвокатской этики и договором об оказании правовой помощи, необходимые для надлежащего исполнения договора об оказании правовой помощи, а именно:

1) обращаться с адвокатскими запросами, в том числе относительно получения копий документов, в органы государственной власти, органов местного самоуправления, их должностных и служебных лиц, предприятий, учреждений, организаций, общественных объединений, а также физических лиц (по согласию таких физических лиц);

2) представлять и защищать права, свободы и интересы физических лиц, права и интересы юридических лиц в суде, органах государственной власти и органах местного самоуправления, на предприятиях, в учреждениях, организациях независимо от формы собственности, в общественных объединениях, перед гражданами, должностными и служебными лицами, к полномочиям которых относится решение соответствующих вопросов в Украине и за ее пределами;

3) знакомиться на предприятиях, в учреждениях и организациях с необходимыми для адвокатской деятельности документами и материалами, кроме тех, которые содержат информацию с ограниченным доступом;

4) составлять заявления, жалобы, ходатайства, другие правовые документы и подавать их в установленном законом порядке;

5) докладывать ходатайства и жалобы на приеме у должностных лиц и соответственно закону получать от них письменные мотивированные ответы на эти ходатайства и жалобы;

6) присутствовать при рассмотрении своих ходатайств и жалоб на заседаниях коллегиальных органов и давать объяснения относительно сути ходатайств и жалоб;

7) собирать сведения о фактах, которые могут быть использованы как доказательства, в установленном законом порядке запрашивать, получать и изымать вещи, документы, их копии, знакомиться с ними и опрашивать лиц с их согласия;

8) применять технические средства, в том числе для копирования материалов дела, в котором адвокат осуществляет защиту, представительство или предоставляет другие виды правовой помощи, фиксировать процессуальные действия, в которых он участвует, а также ход судебного заседания в порядке, предусмотренном законом;

9) заверять копии документов в делах, которые он ведет, кроме случаев, когда законом установлен другой обязательный способ удостоверения копий документов;

10) получать письменные заключения специалистов, экспертов по вопросам, требующим специальных знаний;

11) пользоваться другими правами, предусмотренными настоящим Законом и другими законами.

Профессиональные права - это профессиональный инструментарий адвоката, его главное оружие в повседневной борьбе на правовом фронте. Такая несколько милитаризованная риторика является абсолютно оправданной, потому что адвокат всегда находится на линии соприкосновения интересов сторон, чьи позиции противостояния бывают не только несовместимые, но и взаимоисключающие. Для адвоката это всегда "борьба" в отстаивании законных интересов или нарушенных прав своих клиентов физических и юридических лиц.

Несмотря на то, что Закон "Об адвокатуре" декларировал достаточно объемный перечень адвокатских прав, адвокат далеко не всегда мог эффективно воспользоваться ими в интересах дела. Речь идет о праве адвоката на запрос или истребование справки или другого документа, необходимого для эффективной защиты интересов клиента. Статья 6 "Профессиональные права адвоката" Закона "Об адвокатуре" декларировала: "При осуществлении профессиональной деятельности адвокат вправе: собирать сведения о фактах, которые могут быть использованы как доказательства в гражданских, хозяйственных, уголовных делах и делах об административных правонарушениях, в частности запрашивать и получать документы или их копии от предприятий, учреждений, организаций, объединений, а от граждан - по их согласию".

Но общая практика сложилась таким образом, что адвокату в этой борьбе нередко приходилось отстаивать и постоянно доказывать свои права перед произволом чиновников и упорными бюрократами. На запрос адвоката смотрели преимущественно как на детскую прихоть, что отвлекает от более важных дел. Логика на то время была проста: адвокат защищает преступника, а у нас невиновных не сажают.

Важным достижением действующего Закона является твердая решимость до безусловного прекращения такой саботажної практики. Первым среди прав адвоката статья 20 Закона называет право "обращаться с адвокатскими запросами, в том числе относительно получения копий документов, в органы государственной власти, органов местного самоуправления, их должностных и служебных лиц, предприятий, учреждений, организаций, общественных объединений, а также физических лиц (по согласию таких физических лиц".

Адвокатскому запросу полностью посвящается отдельная ст. 24 Закона "Адвокатский запрос". Попутно к теме приведем текст этой нормы Закона: "адвокатский запрос - письменное обращение адвоката в орган государственной власти, орган местного самоуправления, их должностных и служебных лиц, предприятий, учреждений и организаций независимо от формы собственности и подчинения, общественных объединений о предоставлении информации, копий документов, необходимых адвокату для оказания правовой помощи клиенту".

Комментируя этот пункт, следует сориентировать внимание адвоката на заблаговременность запроса учитывая затраты времени на его выполнение, на ясность и аргументированность.

К адвокатского запроса обязательно прилагаются заверенные адвокатом копии свидетельства о праве на занятие адвокатской деятельностью, ордер или поручение органа (учреждения), уполномоченного законом на предоставление бесплатной правовой помощи. Требовать от адвоката представления вместе с адвокатским запросом иных документов запрещается.

Адвокатский запрос не может касаться предоставления консультаций и разъяснений положений законодательства.

Предоставление адвокату информации и копий документов, полученных во время осуществления уголовного производства, осуществляется в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом.

Запрос адвокат направляет лишь после ознакомления с его содержанием непосредственно доверителя, если такой есть, и обязательно с согласия подзащитного после детального обсуждения с последним всех реальных и возможных нюансов, которые может иметь такое действие.

Орган государственной власти, орган местного самоуправления, их должностные и служебные лица, руководители предприятий, учреждений, организаций, общественных объединений, которым направлен адвокатский запрос, - говорится в п. 2 этой же нормы, - обязаны не позднее пяти рабочих дней со дня получения запроса предоставить адвокату соответствующую информацию, копии документов, кроме информации с ограниченным доступом и копий документов, в которых содержится информация с ограниченным доступом.

Не хотелось бы расценивать отдельные демарши этой нормы Закона как сознательное резервирование возможности затягивания исполнения адвокатского запроса. Речь идет о следующем: "В случае если адвокатский запрос касается предоставления большого объема информации или требует поиска информации среди значительного количества данных, срок рассмотрения адвокатского запроса может быть продлен до двадцати рабочих дней с обоснованием причин такого продления, о чем адвокату письменно уведомляется не позднее пяти рабочих дней со дня получения адвокатского запроса".

Адвокат использует свое право на запрос в интересах правосудия. Судебный процесс - это жестко регламентированная законом процедура. Адвокат, пользуясь правом на запрос, учитывает требования судебной процедуры, поэтому каждый случай затягивания исполнения адвокатского запроса должен рассматриваться как событие, способное нарушить ход судебного процесса, как препятствие деятельности Судебной власти.

В случае, если удовлетворение адвокатского запроса предусматривает изготовление копий документов объемом более десяти страниц, адвокат обязан возместить фактические расходы на копирование и печать. Размер таких расходов не может превышать предельные нормы расходов на копирование и печать, установленные Кабинетом Министров Украины соответственно Закону Украины "О доступе к публичной информации".

Требование само по себе не может считаться абсурдной, но оплата выполнения запроса в такой ситуации не должно никоим образом отражаться на сроках предоставления ответа на запрос.

Особое внимание обращаем на жесткую позицию законодателя в вопросе реагирования на адвокатский запрос. "Отказ в предоставлении информации на адвокатский запрос, несвоевременное или неполное предоставление информации, предоставление информации, не соответствует действительности, влекут за собой ответственность, установленную законом, кроме случаев отказа в предоставлении информации с ограниченным доступом".

Пункт 3 ст. 20 Закона корреспондирует с требованиями п. 7. ст. 46 УПК: "Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их служебные лица обязаны выполнять законные требования защитника".

Это означает, что адвокат становится более вооруженным игроком в правовом пространстве и конкретно в любой юридической процедуре. С другой стороны, новая ситуация предъявляет высокие требования к адвокату и лишает его права оправдываться нежеланием учреждения или чиновника реагировать на своевременный запрос или просьбу.

Продолжая комментировать ч. 1 ст. 20 Закона "Права адвоката", обращаемся к праву: лично докладывать ходатайства и жалобы на приеме у должностных лиц и соответственно закону получать от них письменные мотивированные ответы на эти ходатайства и жалобы.

Касаясь темы о доклад на приеме у должностных лиц, хотелось бы акцентировать внимание на некоторых важных, на наш взгляд, обстоятельствах. Личная форма доклада присуща только по жалобам в принципиальных делах, приговоры по которым уже прошли все судебные инстанции и вступили в законную силу. Такие жалобы докладываются на личных приемах высоких должностных лиц - Председателю Верховного Суда или его заместителю. В отдельных случаях возникает потребность обратиться с жалобой к Генеральному Прокурору или его заместителя. Такая доклад - это всегда неординарное событие и не частая в практике адвоката. Знаю адвокатов, которым не приходилось бывать на приемах с докладом жалоб ни разу за всю практику. Причин этого очень много.

Во-первых, учитывая, что решения судов всех инстанций уже произошло и очень трудно найти правовой повод для обжалования всех решений; во-вторых, далеко не всегда настаивают на такой процедуре сами клиенты; в конце концов, далеко не каждый адвокат любит поездки в высокие инстанции с персональной докладом на приемах в высоких чиновников, где очень мало надежд на положительный результат.

Закон подтверждает право доклада адвокатом жалобы или ходатайства на личном приеме. Статья 460 УПК регулирует этот вопрос в пользу права адвоката, в частности: "Участники судебного производства имеют право подать заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного решения суда любой инстанции, вступившее в законную силу". Каким образом может быть подано такое заявление, не регламентируется. Этот вопрос остается на выбор участника судебного производства, то есть непосредственно стороны в гражданском процессе или его представителя. Это касается и уголовного производства.

Случаются обстоятельства, когда адвокат лелеет, может и не безосновательно, надежду, что именно в этом деле аргументы следует выложить на личном приеме. А бывает и такое, когда приходится настаивать на персональном свидании вне процессуальными рамками.

Пример. Адвокату удалось на персональном приеме убедить Председателя Верховного Суда Зайчука в необоснованности осуждения С. до 15 лет лишения свободы, который уже отбыл более половины наказания. Председатель ВС, внимательно выслушав адвоката, спросил: "Вы понимаете, что обвиняете ряд судебных инстанций в страшной ошибке? Вы отвечаете за все изложенное вами на бумаге?" Адвокат взял ответственность за каждое слово в своей жалобе. Так на ней появилась подпись высшего судебного чиновника в Украине: "Истребовать дело"

По тем временам это был поступок редкий и не совсем безопасен даже для человека с такой должностью, как Председатель Верховного Суда.

Для справки. Дело о Днепропетровске лакокрасочную фабрику насчитывала более 500 томов дела на более 00 осужденных.

Адвокат, окрыленный таким небывалым успехом, поехал домой ждать ответа из Верховного Суда. Можно себе представить его удивление, когда менее чем за две недели он получил ответ, где указывалось, что дело изучено и не найдено оснований для опротестования приговоров судов в отношении осужденного С.

Взвесив все возможные последствия, адвокат Ф. решил действовать решительно и на свой риск. За несколько дней после получения ответа, он сидел в приемной заместителя Председателя Верховного Суда Украины, за подписью которого он получил ответ.

Его приняла приятная внешне и подчеркнуто официальная женщина, в прошлом адвокат и председатель Запорожской областной коллегии адвокатов. "Вы ответ получили, что вас не удовлетворяет?" - спросила она, не поднимая глаз от бумаги. "Мне не понятно, - ответил адвокат, - каким образом за две недели можно было истребовать дело из 500 томов и изучить ее? Поскольку на ответы стоит ваша подпись, а ответ формальная и безосновательная, я хотел Вас предупредить, что буду обжаловать дело в Верховном Суде СССР и не хотел бы подставлять Вас, как это сделали Ваши подчиненные".

Заместитель Председателя ВС внимательно посмотрела и, ничего не ответив, через секретаря вызвала члена ВС (не буду называть фамилии), видимо, автора отписки. В моем присутствии она перечеркнула свою подпись на ответе и написала красным карандашом "истребовать, изучить и доложить мне лично". Так родился протест с направлением дела на дополнительное следствие, поскольку все причастные к делу лица за временем куда-то делись, дело в отношении С. было прекращено и освобожден его от дальнейшего отбытия наказания.

Согласно приговору, ему оставалось отбывать еще 7 лет советских лагерей. Добавлю, что по законам того времени перед С никто не извинился, а в порядке возмещения убытков ему выплатили аж две заработные платы продавца магазина строительных материалов - / !5ра-советских рублей.

Хуже, когда решение об обжаловании в высокие инстанции принимается адвокатом поджимом или на просьбы клиента. Подобные обжалования иногда могут иметь нежелательные последствия. И когда случится что-то неожиданно неприятное, клиент может занять совершенно противоположную позицию: так я действительно просил, но вы адвокат и вам предстояло меня остановить и отказать.

Пример. в Свое время на территории СССР в системе МВД существовали Лечебно-трудовые предприятия (ДТП), куда направляли хронических алкоголиков будто для лечения, а на самом деле их использовали управление МВД как бесплатную рабочую силу на ремонтах собственных объектов.

На одном из таких объектов начальник майор Г, старшина и водитель начальника, находясь навеселе смертельно избили одного из заключенных. По факту смерти было возбуждено уголовное дело, расследуемом и переданную до военного трибунала.

Защита майора Г осуществлял адвокат Ф. Не погружаясь в подробности дела, заметим, что подсудимому по ст. 94 УК Украины "Причинения тяжких повреждений со смертельным исходом" была избрана мера наказания в 9 лет лишения свободы.

Адвокат, не согласившись с таким приговором, обжаловал его в кассационном порядке. Высшая судебная инстанция согласилась с доводами адвоката и смягчила меру наказания, снизив срок с 9 до 6 лет лишения свободы. Лучшего при таких условиях нечего было и ждать.

Здравый смысл и чувство меры обязывали остановиться на достигнутом, но родственники осужденного не хотели и слышать об этом. Адвоката почти ежедневно посещала жена осужденного и умоляла обжаловать приговор и решение кассационной коллегии в порядке судебного надзора. Адвокат долго отказывал клиентку от продолжения дела, но, наконец, согласился и написал жалобу на имя Военного прокурора при Генеральном прокуроре СССР.

В Москве адвоката принял лично Военный прокурор СССР, заместитель Генпрокурора СССР, генерал-лейтенант Смирнов. Этот визит остался в нам'яті адвоката на всю жизнь как по процедуре приема, так и за ее финалом.

Пригласив адвоката сесть в роскошное кожаное кресло и предложив чаю, генерал начал беседу без малейшего намека на формальный стиль. Задав несколько вопросов о дорогу до Москвы и выяснив, не нуждается в помощи адвокат с отелем, генерал прямо спросил: вы действительно считаете, что Г. не заслуживает б лет лишения свободы? Человека же смертным боем забили. более трудное положение для добросовестного человека, в котором оказался адвокат, трудно себе представить. Генерал все понял: "Не смогли противостоять клиентам?"

После этого он достал подшит том, в котором адвокат сразу же узнал дело Г. "Мы истребовали дело Г. и приняли решение направить протест за мягкостью наказания, - сказал военный прокурор. - Маловато за убийство человека отбывать бы лет". Адвокат замер от ужаса. Он мгновенно оценил ситуацию. Клиенты расценят это однозначно: адвокат в своей жалобе спровоцировал протест Заместителя Генпрокурора. Если это произойдет и меру наказания будет повышена, ему этого не простят, прежде всего сами клиенты, не говоря уже о осужденного.

В это время до его слуха донеслись слова генерала: "Учитывая вашу ситуацию, когда клиенты могут связать появление протеста с вашей жалобой и приездом, мы не будем протестовать, а вы забираете свою жалобу. Ну как, поладили? Вот и хорошо".

Возвращаясь из Москвы, адвокат всю дорогу тщательно анализировал ситуацию, перебирал все pro и contra в том, что с ним произошло. Тогда же было принято решение на всю дальнейшую жизнь: 1) чувство меры и приоритет здравого смысла в работе адвоката - это не только профессиональная черта и этическое требование, но и элемент собственной безопасности; 2) во взаимоотношениях с клиентом определяющими моментами должны быть только деловая взвешенность и здравый смысл.

Иногда, несмотря на довольно приемлемое решение или приговор суда, клиенты, "подогретые" своим успехом, начинают активно склонять адвоката до дальнейшего обжалования, надеясь на лучшее. В народе говорят, что "лучшее - враг хорошего". И в этом есть определенная истина. Бывает так, что не очень разборчив адвокат и сам легкомысленно подогревает клиентов.

Высокое должностное лицо, которому адресована доклад, до визита адвоката, как правило, послание не читала, поэтому собственного мнения по сути дела еще нет. Эту часть работы выполняет референт, который обязательно присутствует во время доклада по сути дела на личном приеме. Независимо от нюансов бюрократической кухни, адвокат должен готовиться к докладу добросовестно, не рассчитывая на случайность.

Анализируя далее ст. 20 Закона, в частности, право адвоката присутствовать при рассмотрении своих ходатайств и жалоб на заседаниях коллегиальных органов и давать объяснения относительно сути ходатайств и жалоб, выполнять другие действия, предусмотренные законодательством, следует отметить, что такими правами адвокат пользовался даже в советские времена. Процедура рассмотрения ходатайств и жалоб позволяла давать пояснения аналогично порядке, установленном УПК Украины. Справедливости ради следует отметить, что участие в этой процедуре не пользовалась особой популярностью среди адвокатов, поскольку практика "стабильности" приговоров судов первой инстанции по своей сути была линией на бездействие кассационной инстанции.

Поскольку тенденции и традиции советского "правосудия" достаточно живучи, иногда складывается впечатление, что такая греховная практика не претерпела существенных изменений. Трудно, например, объяснить факт, что ни один из приговоров в отношении невинно осужденных за преступления пологовского маньяка С. Ткача не было изменено или возвращено на новое рассмотрение. Даже тогда, когда были явные признаки незаконности приговора. Речь идет о деле В. Каиры, который отсидел 8 лет наказания за неправосудным приговором суда, апелляционное рассмотрение дела которого осуществлял апелляционный суд.

Адвокат имеет право представлять и защищать права, свободы и интересы физических лиц, права и интересы юридических лиц в суде, органах государственной власти и органах местного самоуправления, на предприятиях, в учреждениях, организациях независимо от формы собственности, общественных объединениях, перед гражданами, должностными и служебными лицами, к полномочиям которых относится решение соответствующих вопросов в Украине и за ее пределами.

Большинство перечисленных в п.2 ст. 20 Закона разновидностей адвокатской деятельности уже давно и активно реализуется адвокатами по принципу "по умолчанию", поскольку не было прямого законодательного разрешения по этому поводу, но не было и запрета. Следовательно, появление такой законодательной установки значительно расширяет горизонты легализованной адвокатской практики.

Некоторые из форм деятельности адвокатам придется осваивать, нарабатывать технику собственной безопасности и страхование собственных интересов и рисков, но это уже мессиджи для системы повышения квалификации и специализации в профессиональной деятельности.

Адвокат вправе знакомиться на предприятиях, в учреждениях и организациях с необходимыми для адвокатской деятельности документами и материалами, кроме тех, которые содержат информацию с ограниченным доступом.

С вступлением в силу Закона адвокат согласно п.3 ст. 20 получает возможность доступа к документам предприятий, учреждений и организаций, которые могут представлять определенную ценность в деле.

Под термином "учреждение" понималась государственная структура. Поскольку любые оговорки относительно этого отсутствуют, то следует понимать так, что право адвоката на ознакомление с документами распространяется и на государственные предприятия, учреждения и организации.

Для реализации такой возможности адвокат должен четко осознать круг и характер вопросов, специфику предприятия, форму собственности. Все это нужно, чтобы не наткнуться на сопротивление и не нажить серьезных проблем. На большинстве предприятий существует собственная охрана, некоторые находятся под прямой "заботой" правоохранительных органов. Итак, визит на предприятие - не простая прогулка, а сложный участок работы, которая требует от адвоката острого ощущения обстоятельств, огромного внимания во время пребывания на таком предприятии, корректности, сдержанности и дипломатичности.

Пункты 4, 5 и 6 было рассмотрено ранее, поскольку они органично сочетаются в процессе ходатайства и обжалования.

Пункт 7 ст. 203акону предоставляет адвокату право"собирать сведения о фактах, которые могут быть использованы как доказательства, в установленном законом порядке запрашивать, получать и изымать вещи, документы, их копии, знакомиться с ними и опрашивать лиц по их согласию". На практике содержание нормы - сложная процессуальная процедура, которая требует безупречного исполнения процессуального закона и нуждается в серьезной этической вооруженности.

При отсутствии определенного порядка и процедуры, по которым должен действовать адвокат, собирая "сведения о фактах, которые могут быть использованы как доказательства", это прежде всего процессуальная деятельность стороны защиты в уголовном, гражданском или административном процессах. Процессуальное по содержанию, но, к сожалению, не по форме. Предоставление адвокату права "собирать сведения" не "опроцесуалено" Законом. Это в очередной раз свидетельствует о "дальность" авторов Закона от адвокатской практики, особенно в уголовном производстве.

Право собирать сведения открывает перед адвокатом значительно более широкие возможности по выполнению своих обязанностей в защите прав своего клиента. Речь идет только о "сведения и факты, которые могут быть использованы как доказательства". Поскольку иное не определено законом, то следует считать, что таким правом адвокат пользуется в процессах любой специализации, то есть при рассмотрении дел гражданского, административного судопроизводства. Здесь все понятно, поскольку заявление о найденные адвокатом сведения будет сделана адвокатом во время судебного рассмотрения дела.

Относительно уголовного производства это право требует от адвоката совершенного знания процессуального законодательства в отношении путей и способов сбора сведений, которые могут быть признанными как доказательства по делу. Возникновения проблем во время сбора сведений о фактах можно ожидать со стороны следственных органов.

В свое время автору этих строк пришлось работать с делом "об убийстве матери известной журналисткой". Женщина уже была приговорена к 10 годам лишения свободы и на то время отбыла наказание в местах два с половиной года. Ко мне обратился мой хороший знакомый, довольно известный ученый, с просьбой взяться за это дело, поскольку адвокаты города Д. отказывались вмешиваться в нее, опасаясь стражей порядка.

В результате глубокого изучения дела стало ясно, что следователь не только допустил грубых ошибок, но проявлял личное влияние на судебных медиков, свидетелей. Забегая вперед, отметим, что в суде удалось доказать отсутствие какого-либо преступления вообще в этом деле, а не то чтобы убийства. В конце концов, подсудимая была оправдана и освобождена из-под стражи в зале судебного заседания, но в этом случае стоит обратить внимание на другое.

Во время нового рассмотрения дела в суде, после отмены Пленумом Верховного Суда по протесту Прокурора республики решений всех предыдущих судов и направления дела на дополнительное расследование, у меня во время перерыва в судебном заседании исчез портфель с наработанными за семь месяцев материалами. Судебное заседание пришлось прервать, а мне лететь в другой город за моими заметками, однако дело было выиграно, а через некоторое время оказалось, что исчезновение моего досье - дело рук оперативного работника, что действовал по просьбе следователя. Было это еще в советские времена.

А на какие шаги способны отдельные правоохранители, рассказывать не следует.

Получение следователем информации, что адвокат действует в направлении, которое "мешает" расследованию, обязательно вызовет определенную реакцию "компетентных" органов. Диапазон реагирования может быть обширным, хотя методы не очень разнятся - компрометация источники сведений, "активная обработка источника", уничтожения источника или использование его в собственных целях и, в конце концов, компрометация самого защитника.

Поэтому, узнав о существовании источника определенных сведений, адвокат должен позаботиться о конспирации своих намерений и действий, чтобы сохранить источник для суда и не позволить им воспользоваться своим оппонентам. Легкомыслие и непрофессионализм могут привести к нежелательным последствиям. Источником важных сведений может быть и человек. Сведения могут быть не только невыгодными оппонентам, но и нести серьезную угрозу для самого источника или его семьи.

Еще более ответственно следует обращаться в процедурах изъятия вещей, документов и их копий. К большому сожалению, Законодатель не позаботился и о такое важное дело, как нормирование процедуры изъятия вещей и документов, оставив ее на усмотрение адвоката. Изъятие вещей и документов требует четкого соблюдения закона в вопросах юридического оформления этих процедур (письменное согласие собственника, присутствие свидетелей, составление протокола).

Чтобы не обесценить важное доказательство, добытый из собственной инициативы и собственных усилий, адвокату нужно быть крайне предусмотрительным и осторожным. Очень важно:

а) применять технические средства, в том числе для копирования материалов дела, в котором адвокат осуществляет защиту, представительство или предоставляет другие виды правовой помощи, фиксировать процессуальные действия, в которых он участвует, а также ход судебного заседания в порядке, предусмотренном законом;

б) заверять копии документов в делах, которые он ведет, кроме случаев, когда законом установлен другой обязательный способ удостоверения копий документов;

Пункты 8 и 9 ст. 20 касаются чисто технических вопросов на правовой территории и нуждаются лишь напоминание, что современное состояние технического фиксирования каких-либо процедур нуждается в одинаковой степени владения самими техническими средствами и правовой корректностью в их использовании. Что оправдано для журналиста, не всегда допустимо для адвоката. У них разные цели и разные методы. И прежде всего это касается соблюдения закона и правовой этики.

в) получать письменные заключения специалистов, экспертов по вопросам, требующим специальных знаний;

Письменное заключение специалиста или эксперта в ряде судебных доказательств занимает важное и зачастую решающее место при отстаивании интересов подзащитного. Все зависит от умения адвоката пользоваться этими правовыми возможностями.

Не так давно в Интернете обратил внимание на рекламу. Адвокат, не буду называть имя, некая пожилая дама, берется чуть ли не за весь диапазон дел любой специализации и сложности. Стоимость всех, без исключения, консультаций составляет 100 игры. Что можно сказать по этому поводу? Человек, который берется за все, не внушает большого доверия и уверенности в ее ответственности. Всеядность и неразборчивость несовместимы с такими категориями, как глубина знаний и элементарная добросовестность. Кстати, это хорошо чувствуют и оценивают сами клиенты

Пример. В 2009 г., когда я уже отошел от адвокатской практики, ко мне сначала позвонили, а затем и посетила семейная клиентура - три брата и сестра с Д. Узнав из телефонного разговора, что я не практикую, они за любую цену попросили проконсультировать в очень сложном деле. Встретились.

В 1905 г. их прапрадед, богатый на то время купец, положил в один из швейцарских банков тысячу золотых рублей. Они разыскали документы, которыми подтверждается степень их родства с вкладчиком и некоторые доказательства факта вложения золотых рублей в Швейцарский банк. С учетом весомости российского золотого рубля и проценты от 100-летнего пребывания в банке сумма в евро достигала за два десятка миллионов. Было чем заинтересоваться.

За участие в представительстве на условиях положительного завершения предлагалась плата, которая будет равна 10 процентам найденной суммы. Здесь было над чем задуматься и даже подумать над восстановлением адвокатской практики. Однако: Во-первых, надо было начать с восстановления знаний немецкого языка или с нуля сесть за английский; Во-вторых, нужно было углубиться в Швейцарское банковское право; в-третьих, я имел минимум на год оставить сдачу дел и оторваться от повседневной практики.

В случае "выигрыш" все было бы компенсировано, но что меня ждало в случае неудачи. Наш клиент остается таким со всеми pro и contra, и можно только представить себе, как он или они поведут себя в последнем случае.

Я вынужден был отказаться от предложения. К чему я об этом рассказываю? Адвокат не должен руководствоваться только привлекательностью хорошего заработка и соглашаться на любое дело, а там как будет. Итак, когда адвокат принимает к производству дело незнакомого ему специализации, вряд ли он способен будет в полной мере использовать такие факторы, как заключение специалиста или заключение эксперта.