Ирина Воронкова: Было сложно переезжать из «плюс 20» в «минус 40»

​Волейболистка «Динамо-Казань» и сборной России – о конкуренции в чемпионате, Турции и учебе в Поволжской академии спорта.

«Нельзя считать соперника ниже уровнем»

— Ирина, вы знаете, какая разница партий у «Динамо-Казань» в этом сезоне?

— Если честно, нет (улыбается).

— 49:6. Команда проиграла всего шесть (!) партий. Конкуренции в чемпионате России совсем нет?

— Так нельзя говорить. Конкуренция присутствует и довольно приличная. К каждому сопернику нужно относиться серьезно.

— Но ведь наверняка непросто каждый раз настраивать себя, зная, что соперник ниже уровнем? — Нет, нельзя считать кого-то ниже уровнем. Любая игра – принципиальная, и тренеры нам говорят об этом перед каждым матчем. Надо понимать, что всё идет в общую копилку и в конце чемпионата значение может иметь каждое очко и каждая партия.

— В недавнем матче с «Сахалином» игрой управлял Александр Перепёлкин. Есть ли какое-то отличие по сравнению с тем, когда руководит Ришат Гилязутдинов?

—Ничего сверхъестественного не было. Александр Николаевич прекрасно знает нас и хорошо ведет игру. Просто главному тренеру нужно было посмотреть со стороны, увидеть какие-то наши ошибки, которые в дальнейшем надо будет исправить.

— Вероятно, в первом раунде плей-офф снова предстоит сыграть с «Сахалином». Как вам такая перспектива?

— Мы пока об этом не думаем – наигрываем свои взаимодействия и готовимся к Лиге чемпионов. Сейчас летим в Белград на матч с «Визурой» (интервью состоялось 4 февраля. - Ред.), после будут еще два важных еврокубковых матча дома.

«Когда понимаешь, что ты спортсмен, надо чем-то жертвовать»

— У вас есть мысли о том, чтобы попробовать себя в Европе?

—Жизнь спортсмена непредсказуема, и всё может измениться в любую секунду. Поэтому, как говорится, нужно решать проблемы по мере их поступления. Сейчас есть цели у команды и нужно решать их.

— Когда вы полюбили волейбол? Спрашиваю, потому что когда мама и папа занимаются волейболом, будущее ребенка, наверное, определено заранее.

— Да, меня с детства тренировал папа и уже тогда привил любовь к игре. В спортивных семьях, как правило, всегда так – дети ходят смотреть на игры родителей, постепенно это их, так или иначе, заинтересовывает. Мне волейбол понравился сразу, поэтому я продолжила им заниматься. Безусловно, случались трудности, но они есть всегда, и мы старались их преодолевать.

— Вы родились в Турции и прожили там до десяти лет. Насколько сложно было переезжать в Россию? Всё-таки такой непростой возраст, а здесь совсем другой климат, другой менталитет.

— Да, нелегко было переехать из Стамбула в Нижневартовск – с «плюс 20» в «минус 40» (смеется). Но так как семья была спортивной, родители часто переезжали и сами переезды нам давались без труда. В Нижневартовске мы пробыли два года, потом переехали в Москву. Единственное, была некоторая напряженка с друзьями, но как раз после переезда в Москву, в 13 лет, я играла в СДЮСШОР-65 «Ника». Так появилась команда, а вместе с ней и друзья. До этого, в Турции, они тоже были, но друзья детства нередко забываются. Когда уже понимаешь, что ты спортсмен и у тебя другие цели, приходится чем-то жертвовать.

Что касается менталитета, — продолжает Ирина, — да, было сложно. В первую очередь из-за языка. Несмотря на то, что в Турции я, можно сказать, вела двойную учебу – дома выполняла задания на русском, а в школе на турецком. Но когда я переехала в Нижневартовск, было сложно учиться по русской системе. Примерно год я привыкала, но потом всё уладилось – помогали учителя, находили репетиторов, поэтому в Москве было уже проще.

— Сейчас ездите в Турцию отдыхать? — Ну да, когда у меня и у моей семьи есть время, мы ездим туда в одно и то же место. Там море, песок, солнце, фрукты – всё, что нужно для подготовки и восстановления.

— Ваша сестра тоже связана со спортом? — Она занималась волейболом и при этом успевала учиться успешно в Бауманке (Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана. – Ред.), закончила колледж в Турции. Сейчас она в декрете.

«Мне интересна тренерская работа»

— Вы же сейчас в Казани тоже учитесь?

— Да, в Поволжской академии, в магистратуре, на тренера по волейболу.

— Это просто «для корочки» или вы действительно видите себя тренером?

— Может быть, пока не знаю. В Москве я тренировала одну любительскую команду, мне это интересно. И здесь, учась в Поволжской академии, ты тоже узнаешь что-то новое и начинаешь лучше понимать своего же тренера. Наверное, у каждого специалиста, с которым мне еще придется работать, я буду что-то подмечать.

— Вы уже работали с Ришатом Гилязутдиновым, Вадимом Панковым, Юрием Маричевым. Кто вам запомнился больше всего?

— Еще у меня была Светлана Сафронова, которая сейчас ведет «Школу Гамовой», Сергей Ноздрин – в молодежной сборной. А самый мой первый тренер – Ольга Николаевна Гебешт. И у каждого своя специфика. При этом они тоже сочетают в себе качества своих тренеров. Сафронова работает по итальянской системе, у Вадима Анатольевича (Панков. – Ред.) старая закалка, потому что он работал у Карполя. Ришат Сиразутдинович (Гилязутдинов. – Ред.) тоже что-то взял от Карполя, но у него есть и своя методика, которая, как мы видим, дает результат уже долгие годы. Поэтому есть очень много мельчайших деталей, которых даже игроку не распознать.

Во второй части интервью Ирина Воронкова расскажет о сложностях перехода из молодежного волейбола во взрослый, знакомстве с мужем и потенциальной роли в кино.