Доджо, который построил Зеленый

Всеволод Зеленый — это дзюдо. В Латвии, кажется, никому это объяснять не надо. Еще со времен Сиднейской олимпиады, когда в 2000-м он вернулся с Зеленого континента с «бронзой». А еще у него есть доджо — дом, Школа Всеволода Зеленого, которой он гордится не меньше.

Для тех, кто не сразу понимает, куда идет, на входе в школу, которая находится в двух шагах от железнодорожного вокзала, вас встречает огромных размеров баннер. На нем запечатлен, кажется, тот самый бросок, благодаря которому в Австралии он смог подняться на пьедестал почета. Это и есть Школа дзюдо Всеволода Зеленого. Добро пожаловать!

Чтобы сейчас «подняться на высоту» Зеленого, надо шагать на пятый этаж. Именно там мы и договорились встретиться.

Первые впечатления от школы — огромный стеклянный шкаф, заполненный медалями и кубками. Сева в окружении ребятни, при этом каждый из мальчиков стремится лично поздороваться с кумиром, протягивая свою маленькую ладошку. Вид у Зеленого при этом солидный — в костюме, при параде так сказать. И. в носках. На татами в обуви находиться нельзя. А еще поразило то, что один из тренеров в ожидании своих учеников зачитался книжкой. Нет, это была не художественная литература, какой-нибудь детектив, а труд одного из гуру дзюдо, учебное пособие.

Парящий зал

Из поколения созидателей

Помнится, твой клуб когда-то находился на улице Стабу. Это было давно. Мы там просто арендовали помещения у другого клуба. Тот клуб затем съехал, мы расширились, занимали уже три этажа, но со временем и освободившихся площадей нам стало не хватать. Мы начали искать новый зал, искать кредиты, новые возможности, развиваться. В итоге нам повезло — мы вышли на хозяев здания на Бирзниека-Упиша и договорились с ними, что под реконструкцию они добавят один этаж под наш клуб. Я выступал заказчиком под будущую аренду. Понятно, что с первых дней я работал вместе с архитекторами, потом со строителями. Обошлось без кредитов, потому как средства вкладывал сам владелец здания. С которым, надо признать, вам крупно повезло. Это были люди, которые прониклись моей идеей, поверили в нее, они видели мой клуб на Стабу, видели, как я работаю. Для них я не был «мистером икс». Все то, что ты видишь, мне кажется, вышло неплохо. Хотя, признаюсь, планы у меня были еще более грандиозные. В любом случае, мы получили свой дом. Это чудо. Чудо потому, что сюда хочется приходить и в нем хочется тренироваться. Дом по-японски — доджо. Это хороший доджо. Мне здесь никогда не бывает плохо, здесь мне всегда хорошо. С негативом я не иду сюда. Почему? У этого дома есть душа, тут хорошая аура. Мне нравится, что здесь тренируются дети, что они улыбаются. Мне бы хотелось, чтобы в нашей школе они чувствовали себя как дома. Они говорят: «У нас, пойдем к нам». Кстати, здесь мы уже пять лет. Когда зал заполнен — это великолепно. Пустой зал мне не нравится. Сейчас вы тоже в тесноте? Нет, не в тесноте, но у нас есть филиал в Юрмале.

С чего начиналась твоя школа? С джингла на радио в марте 2001-го, когда я призывал всех приходить ко мне в клуб, чтобы стать таким же сильным, как я. И сколько человек откликнулось? На первое ознакомительное занятие пришло 15. Из них 12 записались к нам в группу. С этого и начинали. Наверное, из тех, первых, никто больше не занимается дзюдо? Ротация существует. Хотя наша задача — удержать в зале людей как можно дольше. Ведь мы стремимся не только воспитывать детей. Не буду лукавить, наша самая большая цель, к которой мы стремимся, — растить чемпионов, которые бы выступали на самом высоком уровне. У тебя самого, помнится, был значок мастера спорта по единоборствам. В мое время это было почетно, важно, престижно. Получить его было — ох как не просто. Они вручались людям, которые реально чего-то в спорте достигли. А еще эти спортсмены были не просто физически крепкими, а достаточно подготовленными к жизни и за пределами татами. Как показывает практика, все они сейчас — успешные люди. Кто-то возглавляет федерацию, кто-то — сборную или клуб, кто-то — спортивный департамент.

А кто-то создал свою школу дзюдо. Наше поколение не только хочет, но и может. Мы созидатели. Мне посчастливилось попасть в струю интересных и активных людей, которые не оставили свой любимый вид спорта. Большой спорт — это еще и школа жизни.

«В нашей школе быстрее взрослеют»

В школе дзюдо Зеленого — своя жизнь? Они здесь быстрее взрослеют. Это я могу сказать точно. У нас им прививается правильное отношение к работе, к труду. Тренировки не просто дисциплинируют, они учат правильным взаимоотношениям в коллективе, что, мне кажется, немаловажно.

Один олимпийский чемпион или сто мастеров спорта — что ты предпочтешь в своей школе? Сто мастеров спорта. Это правда, хотя я и лукавлю немного. Среди ста мастеров спорта может появиться олимпийский чемпион. Просто я иду от обратного: я как школа не выискиваю одного. Все мы не выискиваем. Все — это сколько тренеров? Включая меня — восемь. В данном случае помимо занятий в школе я тренирую Константина Овчинникова — участника последней Олимпиады в Лондоне.

Идея о создании такой школы родилась, скорее всего, после Сиднейской олимпиады? А вот и не угадал — до нее. Просто после Олимпиады я понял, что ее можно реализовать. Уже тогда я решил, что буду открывать свой клуб, хотя из спорта уходить еще не собирался.

И не ушел — на Олимпиаде в Пекине в 2008-м видел твое выступление собственными глазами. Так вот, идею я вынашивал не один год. За плечами был большой опыт. Я ведь поездил и по всему Союзу, да и по всему миру. Видел — где какие залы, какие применяют методики тренировок, чем живут спортсмены. Это были и 90-е годы в том числе, когда слово «маркетинг» было ругательством, когда бедные тренеры чем только не занимались, чтобы как-то выжить. Они вынуждены были становиться менеджерами. Я всего насмотрелся, и когда созрел, то знал уже, что мне нужно, как мне надо создавать свой клуб. Я очень хотел, хотя не до конца верил, что получится. Первым вкладом в школу была моя премия за бронзовую медаль в Сиднее. А по-другому было никак.

Цена успеха

Японский клуб

Трудно вытянуть всю эту махину? Мы тянем этот воз, потому что не можем позволить себе разбрасываться детьми. Спонсоры? Они есть, но их немного. И они помогают нам реализовывать некоторые проекты. Один из них — проект под названием «Япония в Латвии». Это было в прошлом году, когда мы старались познакомить наших воспитанников с японской культурой. Было организовано очень много мероприятий. Это и история Японии, ее традиции, культура, кухня, ребята ходили в кино. В конце мы сделали день открытых дверей. Мы проводили соревнования по всем видам японских единоборств, дети рисовали, готовили, была организована фотовыставка. Я сам не ожидал, что все пройдет на ура. Теперь подобное мы будем проводить каждый сентябрь. У вас получается такая своеобразная японская ярмарка. Ярмарка в помещении площадью, на всякий случай, 1000 квадратных метров.

Но вы же не образовательная школа? Что касается Японии, хотели бы стать образовательной. Мы стремимся научить, показать или просто познакомить.

И сколько таких, кого вы хотели бы просветить? Только в нашей школе занимается около 600 человек. И это начиная с трехлетнего возраста. Причем набор происходит постоянно. И заканчивая любителями, «группами для всех». У нас и родители примеряют кимоно. А что они говорят: почему они приводят детей к вам? Чтобы их ребенок элементарно стал сильнее, а может, просто увереннее в себе? Сильнее, увереннее? Наверное — да. Но еще дисциплинированнее. Момент становления — долгий. Ребенок ведь растет не только в школе дзюдо. Кстати, у нас в зале есть балкон, и родители могут видеть, что мы делаем на тренировках, они присутствуют на них. Между прочим, я это не приветствую. Опасаетесь внешнего влияния? Это неправильно, когда родитель вмешивается в процесс. Хотя бы потому, что никто не должен мешать контакту тренера и ученика. В противном случае страдает авторитет наставника, и мальчишка теряет момент самостоятельности. Пусть человек обжигается, но он должен самостоятельно принимать решения.