Неодушевленные существительные м.р. на -а

Аванесов считает все эти формы неправильными или сомнительными (по памяти даю, это в приложении к его словарю) и я с ним согласен, слух режут все три, где-то еще говорят об использовании женского рода (вариант в) как единственно возможном.

То, что форма самого существительного возможна только на "-у", это понятно, другого первое школьное (оно же второе академическое) склонение не предоставляет, одушевленность тут ни при чем. Но вот как быть с прилагательным?

Да, вот еще что. Боюсь, что предложение использовать исключительно женский род во многом повязано на небезызвестной строчке Мою краснокожую паспортину. Но сдается мне что окказионализм(?) Владимира Владимировича никак не может быть аргументом.

Грумант, а вы не пробовали иногда свои мысли излагать по сути вопроса? Я не принимаю, слов, обращенных к народу, как аргумент. В таких случаях обычно "Народ безмолвствует".

Чем Ваше личное "лбина" лучше занесенных в словарь "домина" или "голосина"?

Кстати, если говорить о нем, в Вашей контексте "лбина" - почти наверняка одушевлен. Что в принципе исключает его из рассмотрения. С одушевленными существительными проблем при согласовании нет.

//========= @София, Признаться, я совсем не удовлетворен ответом, почему - писал. Но коли интерес себя исчерпал, пусть будет принятым Ваш ответ, по крайней мере он не вызывает явного отторжения в смысле подхода. Хотя вывод, имхо, рассуждениям не соответствует.

Вот какими после некоторого размышления показались мне неодуш. существительные м. рода на А.

Во-первых, их мужской род - вещь весьма УСЛОВНАЯ, так как во всех падежах м.род дублируется ж. родом: этот домина и эта домина, этого домины и этой домины и т.д.

Во-вторых, в В.п. они вообще НЕ ИМЕЮТ формы м.рода (только форма ж.рода): вижу большую домину. Это можно объяснить следующим образом.

Рассмотрим три предложения: (1)Я вижу молодого мужчину. (2)Я вижу молодого человека. (3)Я вижу этого домину. Предложение (3) аналогично предложению (1), но при этом вызывает наше резкое неприятие.

Всё дело в том, что форма прилагательного на -ОГО "вижу молодого, вижу этого" в нашем сознании прочно связана с ОДУШЕВЛЕННОСТЬЮ предмета, так как большинство одушевленных существительных м. рода относятся ко 2-ому склонению, и, соответственно, ПРИЛАГАТЕЛЬНОЕ на -ОГО в форме В.п. эту одушевленность как бы "выражает": вижу молодого человека. И в выражении "вижу этого домину" нам представляется некий одушевленный "домИну".

Поэтому остается одно решение: в В.п. считать "домину" существительным ж.рода: вижу эту домину.

В русском языке не так много неодушевленных существительных мужского рода на -ина. Например, дымина. Есть устойчивый оборот с этим словом, как раз в винительном падеже :

М. А. Шолохов. Тихий Дон. Книга четвёртая (1928-1940) Ну, никак, несут его черти, и, небось, пьяный в дымину.

Надобно отметить, что суффикс -ин(а) придает словам не только "увеличивающее" значение, но и - вольно или невольно - меняет род с мужского на женский (скот - скотина, холод - холодина, дым - дымина и тд), поэтому однозначно определить род домины, голосины, хлебины - весьма проблематично. Очевидно, в этом конкретном винительном падеже не следует употреблять согласованные определения мужского рода, только и всего. Если без них никак не обойтись, всегда можно применить конструкцию с другим падежом. Проехать не смогли, уперлись в домину. Передо мной возвышался казенный облезлый домина. Какие еще есть в словарях и текстах примеры подобных слов? Лбина, мужской род. В русской литературе нашелся замечательный отрывок с лбиной :

Андрей Белый Московский чудак

Что за вид? Он, как видно, не стригся, давно отрастая клоками; тяжелая морда; меж щечных бугров, как на корточках, - нос: диковырком! Казалось, что вычихнет; глазки, засевшие в щелках, готовились выстрелить. Но их очки защищали; свирепо и зверски карели моржовьи усы, борода; и, невидные, шлепали губы; круглеющий лбина, как камень, способный и стену пробить, - в дыбах косм, и свирепо, и зверски коричневых, да, - голова для гиганта; росток - очень мал: шеи - нет; перебито плечо; подскочило другое под ухо; весь корпус - пропыженный; коротки руки; одна - за спиною; другая - в сплошном вертунце - передрагивает дергунцами, пускающими карандашик вподброску; отчетливый пузик на брошенных вправо и влево ногах; желто-карий пиджак; желто-карий жилетец; крахмал - отложной. Черный галстучек - бантиком. Да - коротыш, с головой, кверху задранной! Думалось: - Вот так картинища!

Женский род для лбины не подходит, что ни говори. Уперся в лбину. Получается, что единственное слово на -ина "истинно" мужского рода - лбина. Не скажешь ведь : суровая лбина. Народ, как думаешь? Заглянем в словарь Даля за справкой о лбине :

Лби'на, лобови'на ж. верхъ или сводъ лба, самая выпуклость, округлая возвышеность; || выпуклость, округлость въ видѣ лба. || Лбина м. лбища, увел. Лби'ще ср. волж. гористый, обрубистый, крутоярый мысъ; отвѣсный, крутой берегъ, выдавшаяся скала. Лби'ща м. увел. лобъ.

Ефремова не так многословна :

Толковый словарь русского языка под редакцией Т. Ф. Ефремовой

ЛБИНА лбина [лбина] м. разг. Увелич. к сущ.: лоб (1*1).

Как видим, возможны варианты смыслоприменения. В спорных случаях слова мужского рода с увеличительным значением лучше конструировать с помощью суффикса -ищ(е) : домище, лбище, голосище.

Дополнение. Поскольку вопрос оказался действительно интересным, как я и сказал еще вчера (см. выше), то подведу окончательный личный вывод. Неодушевленные существительные на -ина мужского рода, типа домина, велосипедина, диванина etc, должны иметь согласованные определения в В.п. в соответствии с формой И.п. : Гигантский футбольный стадионина вобрал в глубокую чашу целый город со всеми окраинами и медленно пожевывал свою жвачку. (Им. падеж) Вошедши в просторную светлую горницу, Афанасий уставился на резной, чудно размалеванный всякими видами ружейный сундучина, будто бы говоривший : я здесь главный! (Вин. падеж)