«50 лет — возраст счастья, когда нет несчастья»

Сложность 50-летнего рубежа в том, что человек достигает точки, когда значительная часть жизни позади. Одним кажется, что все уже было. Другим, обычно тем, кто перемахнул за эту цифру, — что все только начинается. Где же правда? Мы выяснили это в честном разговоре трех подруг: певицы Валерии, телеведущей Татьяны Дробыш и продюсера Лейлы Фаттаховой.

Мы встретились с ними в ресторане Hills. Первой на месте встречи появилась Лейла Фаттахова, бывшая жена Иосифа Пригожина и настоящая подруга Валерии. Минут через пять влетела игривая Татьяна Дробыш. Следом вошла Валерия в сопровождении любимого мужчины, не выпускающего телефон из рук. «И этим энергичным хохотушкам 50?»

К сожалению, в нашем обществе до сих пор бытует стереотип: у женщины нет жизни после 40. О 50 вообще молчим. К счастью, стереотип постепенно разбивается вдребезги вот о таких, энергичных, целеустремленных, интересующихся, жадных до жизни. И с кем, как не с ними, говорить о том, как жить полной жизнью, не заботясь о цифре в паспорте.

Вмешаться в разговор не вышло, да и незачем. Мы просто подслушали беседу трех подруг. Публикуем фрагменты из беседы, которая состоялась в 2018 году, но сегодня актуальна как никогда.

Татьяна: Лер, я для тебя прическу сделала!

Валерия: А-ля 90-е, мне тогда понравилось, как тебя уложили. Так круто!

Татьяна: Мне тоже нравится, ты плохого не посоветуешь. Не как в поговорке: «Лучшая подруга — лысая подруга». Мне кажется, это так низко. Лучше уж промолчать.

Лейла: Если человек по сути лживый, там уже не важно, подруга или нет.

Валерия: Девчонки, какие мы мудрые (смеется). Мы же все тут погодки получаемся, да? Тань, ты 69-го же?

Татьяна: Ага, «5 А», «6 Б» и «7 В» классы у нас. И «одноклассника» моего, Иосифа из «5 А» надо к нам за стол посадить, потому что без него никак.

Валерия: Это почему это? Очень даже как! Все, Йося, иди, не мешай. У нас тут девчачьи разговоры.

О женской дружбе, мужьях-узурпаторах и Покровских воротах

Валерия: Девочки, сколько мы уже с вами дружим?

Лейла: Ну не так давно. Лизке (дочь Лейлы и Иосифа. — Прим. ред.) было 10 лет, когда я первый раз отправила ее отдыхать с вами в Швейцарию. Сейчас ей 19. Тогда мы общаться начали, подружились чуть позже. Для меня было огромным шагом навстречу с твоей стороны, когда я спросила Иосифа, можно ли пригласить тебя выступить у нас на концерте в Доме музыки.

Помнишь? Йося тогда засомневался, а ты твердо сказала: «Можно!» Для меня это было так важно. У Bel Suono тогда был первый концерт, никто еще особо не знал, а ты нас поддержала. И это было показательно. Появились еще точки соприкосновения помимо детей.

Валерия: Да, что-то общее должно быть, чтобы дружба крепкой была и продолжалась долгие годы. В студенчестве у меня была близкая подруга, мы чудесно общались, а потом нас жизнь развела. Когда встречаемся, вспоминаем прошлое, но часто видеться не выходит.

Лейла: И ничего такого в этом нет, кстати.

Валерия: Да, уже какая-то совершенно другая реальность. У меня вообще была такая специфика семейной жизни, что я не имела права иметь подруг. Меня тогда узурпировали раз и навсегда. Такие были условия жизни.

Татьяна: Ну, я тебе могу сказать, что не только твой бывший муж — тиран. Они все тираны и узурпаторы. Когда женщина замуж выходит, она теряет огромное количество друзей. И это не зависит от того, плохой или хороший муж. Просто фокус общения меняется. Может, и хотелось бы куда-то с девочками сходить, а муж скажет: «Ну здрасьте, а я?» А ты с нами, потому что муж Валерии — Пригожин. Лер, ну мы с тобой близко общаться начали через мужей.

Валерия: Ага, и вот идем в кино вместе. Мальчики у нас сзади сидят, а мы впереди. Им хорошо, и нам хорошо.

Татьяна: У вас прям «Покровские ворота», высокие отношения! Мне кажется… Нет, точно! Я бы так не смогла общаться с бывшей мужа.

Лейла: Так есть же первая жена Иосифа, и там отношения совсем не ладятся.

Валерия: Здесь многое зависит от человека. Лиза когда к нам приехала, сразу было понятно, какая там мама и что говорится в семье. Даже если ребенок хитрый, все равно где-нибудь проколется. Вот когда старшие Йосины дети к нам приезжали, там они были в стане врага. Все время искали какие-то подвохи, информация тоннами сливалась. И понятно, что это все от мамы идет. Зачем, не ясно.

Дети вообще не должны стоять на распутье между родителями и пытаться выбирать кого-то. Это бессмысленно. Если бы мой бывший был адекватным, я бы с удовольствием с ним общалась. Я рада, что у нас так все с Лизой сложилось с самого начала.

Лейла: Она мамина дочка, мамы нет, есть вторая мама. А у нас сейчас так, Лизка Леру действительно второй мамой называет.

Татьяна: Лейла, а вот честно, не ревнуешь?

Лейла: Абсолютно нет! Наоборот, лучше пусть с Лерой посоветуется, если не знаю, как сделать. В школе в качестве контактов для связи всегда было два имейла: мой и Лерин. Документы присылали на английском, я языка не знаю, всегда Лере звонила, спрашивала, все ли там в порядке, можно ли подписывать.

От этого все выигрывают. Дети дружат. Тема (Артем Шульгин — старший сын Валерии. — Прим. ред.) Лизку сестрой называет. Как-то она к нему в Швейцарии заезжала что-то забрать, он ей всучил 50 франков. Я ей говорю, вот ты хитрая, а она с удивлением признается, что даже не ожидала.

Валерия: Тема сам вкусил студенческой жизни, когда приходится экономить, деньги все по полочкам разложены. Помнишь, мы все были в Лондоне на концерте? Лиза меня тогда обняла и сказала: «Я сегодня самая счастливая! Все мои близкие рядом». Это так трогательно! Так и общаемся, большим дружным кагалом.

О психотипах и карманном огнетушителе

Валерия: Мне тут Темка подсунул тест на Facebook (запрещенная в России экстремистская организация). Определение психотипа. Я прошла, потом думаю: где-то не откровенно ответила. Прошла второй раз, а результат тот же. Знаете какой? Миротворец!

Татьяна: Ох, а ведь и правда! Как попали. Ты же всегда всех примирить стараешься. Обижусь на Витю, звоню тебе пожаловаться, пять минут разговора, и все мои эмоции сдулись. Чего обижалась, неясно!

Валерия: Да, я всю жизнь с огнетушителем хожу. Такая миссия у меня.

Лейла: Хотя ты же Овен — взрывной должна быть.

Татьяна: А она не миротворец в дзене, она у нас борец за справедливость.

Валерия: Йося шутит, мол, войны не будет. Но будет такая борьба за мир, что не поздоровится (смеется). Надо смотреть глобально. В мелочах мы все бываем неправы. Но обижаться, злиться — это такая детскость, неуверенность в себе. Я могу обидеться внутри семьи в воспитательных целях. Типа, я обиделась, чтобы знали, чтобы мимо не проходили, что так или этак делать не надо. Но это тоже смешно все.

Хожу в этой маске и уже не помню, за что у меня тут показательное выступление. А всерьез я уже и не помню, когда обижалась. Я всегда могу встать на сторону другого человека. Очень сомневаюсь, что люди что-то делают из злых побуждений, мне кажется, они просто ошибаются.

Лейла: Знаешь, я недавно в очередной раз, но теперь уверена — навсегда, рассталась с одной подругой. Делаешь человеку доброе, а человек копит в себе зависть и злость. В какой-то момент это выливается в хамство на людях, а ты стоишь, слушаешь и не понимаешь, как человек, к которому ты со всем сердцем, может столько ненависти к тебе испытывать. Уже много раз на одни и те же грабли наступила.