Французский Николаев во времена Иван Иваныча и барашек
Ох уж эти справедливые выдумщики из ООН, никого не оставят без профессиональных праздников. 8 ноября они решили посвятить никому иному, как градостроителям! Nik Life , в свою очередь, тоже не пасет задних, и низко кланяется славным нашим градостроителям.
Конечно, поклоны следует разносить по заслугам. Кому-то более низкие, а кому-то придется довольствоваться сухим кивком головы. Был в наших краях такой градостроитель, который заслужил поклон с откаблучиванием на французский манер! Звали его удивительным именем Маркиз Иван Иванович де Траверсе! Некоторое время он действительно отвечал за градостроение Николаева.
Это были чудные времена. В ожидании «ГРЕЙГовского» правления Николаев будто бы задержал дыхание. Замаравшиеся от нехватки в городе воды николаевцы ходили по центральным улицам в сопровождении испанских овец, и с удивленным недоумением поглядывали, как к привычному карликовому дому прикладывают дивные колоны. Это было странное время. Из города сбежали все архитекторы И.И.Князев, П.В.Неелов, В.А.Ванрезант и М.И.Портарий. Всей архитектурной работой занимался один только Ф.И.Вунш.
В это время в Николаеве было не так уж и безопасно. Как раз в 1803 году зачитали Манифест об освобождении ссыльных невольников, которые, якобы, имели право заселяться в южных городах. Николаев пришелся им особенно по душе…
В эти годы по Николаеву расхаживал великий франт, щегол и денди! Самый манерный из всех городских руководителей, адмирал и любимчик императора Маркиз Иван Иванович. Остроумный, великосветский, он эффектно выделялся, и даже не вписывался в ряды корабелов. То ли город был не слишком готов к подобному регулировщику, то ли сам Иван Иваныч не ожидал деталей флотского быта.
Еще бы! Ведь на самом деле он же сбежал от французской революции. Ее волнения душа Маркиза вынести не смогла. Россия в лице императора приняла обворожительного француза в распростертые объятия. Александр практически сразу назначил Иван Ивановича адмиралом!
С 1802 года официально он был назначен главным командиром Черноморского флота и всех его портов! Николаев высоко поднял брови! Первым делом Маркиз взялся за эстетику. Мордвиновская «изба» стала теперь называться гордо – «Адмиральский дом», она окрылилась и приобрела милые колоны. Теперь, находясь в стиле позднего русского классицизма, она имела счастье любезно принимать благородное общество для участия в балах. Как должен был проводить время бомонд, кому-кому, а вот Маркизу было грех не знать. В этом деле он проглотил не одну лягушку!
В украшение городу Иван Иванович велел обсадиться декоративными садами. Для этого ничего не жалел, раздавал на лево и право земли простому люду. Спасскому урочищу повезло особенно.
Далее, чтобы доказать общественности, что он таки действительно не зря назначен на столь важный пост, Иван Иванович решил немного разрядить обстановку на улицах милыми кудлатыми зверушками пытаясь начать в городе культурное скотоводство. Нужно отметить, у него это действительно вышло. В 1803 году Маркиз отправляет в Испанию габару, которая привозит в Николаев достаточное количество баранов. На улицах флотского града они смотрелись весьма привольно. Правда, потом Маркизу удалось добиться отмежевания земли за Николаевским полуостровом, в сторону Богоявленска и Водопоя, и за Ингульским мостом, что означало – баранов на улицах Николаева стало меньше.
С баранами, грубо говоря, де Траверсе сжиться смог, а вот с еще одним начальником никак нет. Как же это так? Ведь Иван Иваныч прибыл в Николаев господствовать самостоятельно, а тут вдруг в 1802 году 8 октября выскакивает императорский указ об образовании Николаевской губернии с центром в Николаеве! Это означало, что теперь в городе стал быть еще один управляющий, губернатор, статский советник Акулов. Картина с двумя рулевыми у одного руля никак не вписывалась в общий интерьер французского николаевского города. Тут уже, как говорится, без блата никак. Иван Иванович решает стереть с лица земли всю Николаевскую губернию. По его просьбе Николаевская губерния была-таки действительно ликвидирована. Зато появилась Херсонская губерния с входящим в нее Николаевом. Так вот все остались при своих интересах.
Но не долго такая ситуация устраивала французского адмирала. Его обаяние делало чудеса! Так, 20 марта 1805 года утвердилась должность Николаевского и Севастопольского военного губернатора, которую должен был занимать главный командир Черноморского флота. Посему Иван Иванович де Траверсе становится первым губернатором Николаева и Севастополя. С этого момента Николаев окончательно отделен от Херсонской губернии! Такая обстановка держалась аж 100 лет!
Иван Иваныч продолжает наводить порядки в славном, теперь уже официально местечковом, зато своем городке. Хоть есть доказательства того, что сам Наполеон звал его на службу во французский флот (на любых условиях). Маркизу было намного приятней находится среди барашек и декоративных садов. С его руки ликвидируется в 1803 году училище корабельной архитектуры. Зато появляются такие замечательные учреждения, как депо Карт, в него входил любопытный кабинет древностей, типография и литография. Нужно отметить, что именно кабинет древностей стоит считать первым музеем в Николаеве. Как не похвалить Иван Ивановича!
При Маркизе Николаев заполучил первый свой герб (7 октября 1803 г.). В 1805 году сооружается понтонный мост. В 1806 образовался Сиротский суд. Иван Иванович не забывал и о культуре. В том числе и о культуре употребления алкоголя. В Николаеве появились 4 водочных и 3 винных завода. Маркиз старался переучить корабела пить вместо своей водки фруктовую, на манер французской.
В работах Ю. Крючкова можно прочесть яркую характеристику города, воспоминание французского негоцианта Сикарда, побывавшего во Французиком Николаеве в 1808 г.: "Николаев стоит на левом берегу Буга. В сем городе находятся складни и магазины Черноморского флота. Когда мы проезжали, то еще в гавани не было ни одного линейного корабля в отстройке; как скоро они отделаются, немедленно отправляют их в Севастополь. Жителей в городе около девяти тысяч, почти все - служащие во флоте или жиды; сии последние имеют отвратительный вид. Положение Николаева не так хорошо - улицы широки, а домы низкие и выстроены по большей части из дерева или глины".
На самом деле не все так гладко было в управлении. Хитрецов в управлении городом хватало во все времена. Шли жалобы о том, что офицеры строили из дерева, которое выписывалось под постройку кораблей, себе домишки. Контроль над подобными вещами был скудный.
Документы рассказывают, что в хозяйстве французского Николаева числилось: «обывательских домов каменных 1010, деревянных 358, жителей обоего пола 3285 душ; купцов 2 гильдии евреев 6 душ, 3-й гильдии христиан 80, евреев 4 души, мещан 1478, цеховых 130 душ. Лавок каменных 57, деревянных 22, всего 79».
Близились великие перемены, те времена, которые перебьют в истории эпоху французских любезностей. Николаев ждал нового своего начальника! 1 марта 1816 года настала новая эра, эра Алексея Самуиловича Грейга, нового главного командира Черноморского флота.