Повесть о моем друге Игоре - Страница 13

Услышав, что Таню кто-то называл Татьяной Федоровной, спросил:— Почему дяденька называл тебя Татьяна Федоровна? Ты же Таня Тимофеевна.— Почему ты так думаешь? Я на самом деле Татьяна Федоровна.— Почему же мама Лида Тимофеевна?Таня объяснила ему, как образуются отчества людей.Как пальмыИгорь увидел у нас на балконе высаженную в ящике рассаду огурцов и сказал:— У вас огурцы как пальмы.Меня каждый раз удивляет заложенная в нем потребность сравнивать и способность давать верные, меткие сравнения. Это у него органично.Как шлагбаум

Ехали с Игорем на такси. На перекрестке увидели милиционера-регулировщика с полосатым жезлом в руке.Игорь сказал:— Милиционер как шлагбаум.Опять до чего верно схвачено! И зрительно полосатый жезл регулировщика напоминает полосатую перекладину шлагбаума, и по существу регулировщик играет роль шлагбаума, открывающего и закрывающего доступ движению транспорта.Удивительное сравнениеВзял мои очки, стал смотреть сквозь них.Я спросил:— Видишь что-нибудь?— Как через окно, покрытое каплями дождя.Он мог сказать, вижу неясно, расплывчато, туманно, нерезко… Хотя вернее предположить, что именно так он и не мог сказать, поскольку подобного рода слов не знает вовсе. Однако, чтоб передать, как именно он видит сквозь очки, он подобрал сравнение из знакомых ему явлений, и притом удивительно верное, образное.ГиперболаЕхали с Игорем и Таней в автобусе. Таня сказала:— Вот дом — пять этажей.Игорь сказал:— Не пять, а гораздо больше.Дом на самом деле был десятиэтажный.Потом Игорь сказал:— У нас есть дома восемнадцатиэтажные. У нас много восемнадцатиэтажных домов. А у фашистов таких домов нету. У фашистов ничего нет — одни заборы.Развитие речиЕще не исполнилось четырех лет, а уже употребляет такие сложные слова, как «вообще», «абсолютно».Попробовал копать песок палкой.— Этим вообще плохо копать, — говорит.Ночью смотрел на что-то в окно.— Ничего, — говорит, — абсолютно не видно.Купили ему кепку, но большую. Он примерил и, посмотревшись в зеркало, сказал:— Возьми ее, я вообще не буду ее носить.В последнюю очередьРисовал красками. Провел коричневой краской вертикальную черту. Лида спрашивает:— Что это?— Дерево.— А листочки где?— А листочки в последнюю очередь.ГоловойЗаезжал с Таней за Игорем в детский сад. Когда ехали домой, Таня спросила:— Ты знал, что дедушка заедет за тобой сегодня?— Знал.— Тебе папа сказал?— Нет, я сам догадался. Это я папе сказал, что дедушка Коля за мной сегодня заедет.— Как же ты догадался?— Так, как все люди догадываются.— Ну, так ты, может быть, объяснишь, как все люди догадываются? — спрашиваю я.— А вот угадай, какая будет навстречу машина, — скажу.Навстречу как раз шла «Волга». Я говорю:— «Волга». Угадал?— Угадал.— Теперь ты скажи, как люди догадываются, — говорю.— Головой. Не знаешь разве?Проверка памятиИгорь разговаривал с Таней. Таня спросила:— Помнишь, как мы прошлым летом на даче жили?— Помню.— В лес как ходили, помнишь?— Помню.— А помнишь, как грибы собирали?— Помню.Таня больше вопросов не задавала, и он сказал:— Ну спроси меня, чего я еще помню.КиплингПосле обеда читали, лежа на диване, «Слоненка» и «Откуда у кита такая глотка?» Киплинга. Слушал чрезвычайно внимательно, отчаянно боролся с одолевавшим его сном, переворачиваясь с боку на бок. Однако интерес превозмог сон.Я никогда не думал, что Киплинг может так быть доступен и интересен ребенку, не достигшему и четырех лет.Почему?Купали Игоря, а времени было мало, так как нужно было смотреть детскую телепередачу, и Таня сказала:— Не будем сегодня ему голову мыть.— А почему? — вскинулся он.Это было тем более комично, что обычно он сам умоляет не мыть ему голову, боясь, что мыло будет щипать глаза; тут же почувствовал, что ему вроде как бы чего-то хотят недодать.«Это я радуюсь»Мы с Игорем гуляли на пристани на Москве-реке. Увидев проплывавший по реке пароход, катер или буксир, тащивший за собой баржи, он начинал прыгать на месте как заводной.Я спросил:— Ты чего прыгаешь? Тебе холодно?— Это я радуюсь.ЗабылНашел в сквере у Киевского вокзала гриб неопределенной породы. Очень бережно нес этот гриб, завернутый в бумажку, и поминутно останавливался, чтоб полюбоваться своей находкой. Когда дошли до его любимой песчаной кучи, решили поиграть в песочек.Увлекшись, Игорь поломал гриб на мелкие кусочки, зарыл их в песок, чтоб на следующий год новые грибы выросли.Под вечер возвращаемся с ним домой. Вдруг останавливается и недоуменно спрашивает:— А где же гриб?— Какой гриб?— Ну, который я нашел.— Ты же его поломал на кусочки и посадил в песок.— А!МатематикВо дворе Игорь и его приятель Борька хвастают друг перед другом своими знаниями в счете. Игорь просчитал до десяти. Борька сказал, что он и до ста просчитает. Игорь сказал, что тоже может до ста. Я сказал, что до ста он не сможет. Ох, как он обиделся на мои слова! Я даже не ожидал. Кулаком замахал на меня. Стал считать. До 15 досчитал правильно, а там пошло: 17, 19, 16, 22, 34…— Ну умеешь, умеешь, — успокоил я его.А что было делать?Вот так!Поднимались на лифте с каким-то незнакомым гражданином.— Вам на какой этаж? — спросил я его перед тем, как нажать кнопку.— На пятый.Игорь говорит:— Нам тоже на пятый.— А вам нет, — сказал гражданин шутя.Игорь потихоньку спрашивает меня:— Правда, нам на пятый?Я говорю:— Правда.— Вот видите! — торжествующе сказал Игорь нашему спутнику. — Нам тоже на пятый. Вот так!Гражданин даже опешил и переспросил:— Как «вот так»?Преклонение перед заграницейЗа ужином Таня дала Игорю круглую чайную ложку, непривычной для него формы. Он не захотел ею есть.— Какая хорошая ложка! — сказала Таня. — Это, знаешь, японская ложка.Сразу стал есть этой ложкой, и с тех пор, как только садится за стол:— А где моя японская ложка?Чтоб скорей пришло завтраПроснувшись утром, спрашивает Петра:— Папа, сегодня — уже завтра?— А почему ты спрашиваешь?— Дедушка сказал, завтра ко мне приедет.Как-то спрашивает меня:— Дедушка, а когда завтра?— Вот ляжешь, поспишь — и завтра.— Ночью посплю?— Да, ночью.— А если я днем посплю?МамочкаПосле купания, натягивая Игорю на ноги чулочки, Лида нагнулась. Он прижался грудью к ее спине, обнял:— Мамочка тепленькая! Мамочка хорошенькая!