Читать онлайн Писать поперек. Статьи по биографике, социологии и истории литературы. Рейтблат Абрам Ильич.
В юности, когда всередине 1960-х годов ячитал русский перевод романа Рэя Брэдбери «451° по Фаренгейту», мне очень понравился эпиграф (с ничего мне тогда не говорившей подписью Хуан Рамон Хименес; япосчитал, что это вымышленный персонаж, вдухе тех, которых так любил изобретать Борхес, которого я, впрочем, тоже тогда не знал): «Если тебе дадут линованную бумагу, пиши поперек». Эти слова явоспринял не как призыв просто противоречить общепринятым мнениям, акак пожелание мыслить идействовать нетривиально, стремиться искать новые пути иновые подходы.
Позднее всвоей исследовательской деятельности явмеру сил испособностей стремился следовать указанному принципу. Творческая атмосфера вместах, где мне доводилось работать, благоприятствовала этому.
В 1970—1990-х годах это был Сектор социологии чтения ибиблиотечного дела Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина. Практическая работа по изучению читательских интересов ивкусов, атакже институциональных механизмов, обеспечивавших население книгой, – сети библиотек икнижной торговли (особенно участие вопросах читателей, библиотекарей, работников книжных магазинов) – вырабатывала усотрудников сектора специфический взгляд на литературу, существенно отличавшийся от литературоведческого. Это был, если можно так выразиться, «взгляд снизу», не нормативный, адескриптивный, учитывающий многообразие читательских практик иинтерпретаций читаемого. Вто же время методологический семинар, работавший всекторе в1970—1980-х годах, способствовал формированию социологического видения литературы – как специфического социального института, основывающегося на сложном взаимодействии ролей внутри него (автор, читатель, издатель, книготорговец, критик, педагог ит.д.) инаходящегося впостоянном взаимодействии сдругими социальными институтами (государство, экономика, мораль, религия ит.д.).
В 1990-х – первой половине 2000-х годов в дополнение к исследованиям Ленинки (с 1992 года – Российская государственная библиотека) специфический опыт дала активная работа вкачестве автора ивнутреннего рецензента многотомного биографического словаря «Русские писатели. 1800—1917». Написание многочисленных биографий писателей «третьего ряда» (главным образом представителей лубочной, газетной и«бульварной» литературы) способствовало пониманию многообразия писательских практик, форм литературной коммуникации (книга, толстый журнал, тонкий журнал, газета, лубок ит.д.), читательской рецепции ит.п.
Далее, сотрудничество вэти же годы виздательстве «Новое литературное обозрение» вкачестве журнального икнижного редактора, публикатора, рецензента ибиблиографа познакомило с«кухней» журнальной икнигоиздательской деятельности.
Нельзя не упомянуть иработу вРоссийской государственной библиотеке искусств в2000-е годы вкачестве заведующего Сектором редких книг. Изучение библиофильских собраний, специфических форм книгоиздания (литографированная пьеса), авторских инскриптов ит.п. внесло дополнительный вклад впонимание различных форм взаимодействия по поводу книги.
Подобный межпрофессиональный опыт вмоей практической историко-социологической иисторико-литературной работе нашел выражение вследующем:
во-первых, это подход клитературе ипечатному делу, предполагающий рассмотрение различных их элементов или вих комплексе, или, если непосредственно изучается один из них, сучетом перспективы других;
во-вторых, привлечение по возможности более широкого круга источников по изучаемой теме;
в-третьих, обращение ктаким предметным сферам ипроблемам, которые не изучаются или почти не изучаются, поскольку не вписываются врамки существующих дисциплин либо табуированы всилу устоявшихся идеологических иэстетических иерархий ипредпочтений.
Среди основных таких тем исюжетов были биографика, лубочная словесность, отечественные уголовный роман инаучная фантастика, биографии итворчество низовых литераторов, атакже авторов с«подпорченной» репутацией (Ф.В. Булгарин, П.П. Свиньин, В.П. Буренин, А.С. Суворин, Н.И. Чернявский) идр.
Мне повезло: яработал вне системы академических учреждений, аруководители тех институций, скоторыми оказалась связана моя научная работа (В.Д. Стельмах вСекторе социологии чтения ибиблиотечного делаГосударственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина, И.Д. Прохорова вжурнале ииздательстве «Новое литературное обозрение», А.А. Колганова вРоссийской государственной библиотеке искусств), не только не сковывали научный поиск, но и, напротив, всячески поощряли его.
Работы, связанные сосновным направлением моих научных интересов – исторической социологией русской литературы, – составили два сборника, вышедшие виздательстве «Новое литературное обозрение» («Как Пушкин вышел вгении», 2001, и«От Бовы кБальмонту идругие работы по исторической социологии русской литературы», 2009), однако за их рамками остался ряд статей. Это работы по социологии литературы, либо написанные после выхода упомянутых сборников, либо посвященныедругим темам. Это, далее, работы по биографике: написав около сотни статей для словаря «Русские писатели. 1800—1917» инакопив опыт биографиеписания, язадумался осмысловой структуре имеханизмах «сборки» биографии ипопытался изложить свои наблюдения иразмышления. Это, наконец, ряд написанных по разным поводам статей историко-литературного характера, «отпочковавшихся» по большей части от словарных биографий, вкоторых меня, впрочем, тоже интересовали связи литературы скультурой, государственными институтами, идеологией ит.п.
В силу указанных причин предлагаемый читательскому вниманию сборник оказался весьма разнообразен по своему составу: тут представлены статьи разных лет (как методологические, так иэмпирические), охватывающие различные жанры, темы, периоды. Но при этом включенные всборник работы объединены как единой социологической перспективой, так ипринципом, вынесенным вего название.
Почти все они публиковались ранее: статья «Русская литература как социальный институт» всборнике «Русская литература как социальный институт» (Токио, 2011), статья «“Языческий русский миф”: прошлое инастоящее» всборнике «Популярная литература: Опыт культурного мифотворчества вАмерике ивРоссии» (М., 2003), статья «Пушкин как Булгарин» вжурнале «НЛО» (2012. № 115), статья «Образ еврея-современника врусской драматургии второй половины XIX – начала XX века» всборнике «Национальный театр вконтексте многонациональной культуры: архивы, библиотеки, информация» (М., 2012), статья «К вопросу омеханизмах социального взаимодействия влитературной системе: С.Ф. Рассохин – издатель» всборнике «Театральная пьеса: Создание ибытование» (М., 2008), статья «Социальное воображение всоветской научной фантастике 1920-х годов» всборнике «Социокультурные утопии ХХ века» (М., 1988. Вып. 6), статья «К социологии инскрипта» всборнике «От Кибирова до Пушкина: Сб. вчесть 60-летия Н.А. Богомолова» (М., 2011), статья «Комментарий вэпоху Интернета (методологические аспекты)» в«НЛО» (2004. № 66), статья «Биографируемый иего биограф (к постановке проблемы)» всборнике «Право на имя: Биографии XX века» (СПб., 2004), статья «Нравственные мотивации биографа» всборнике «Право на имя: Биография как парадигма исторического процесса» (СПб., 2005), статья «Некролог как биографический жанр» всборнике «Право на имя: Биография вне шаблона» (СПб., 2006), статья «Что не попадает вбиографию?» всборнике «Право на имя: Биографика 20 века» (СПб., 2008), статья «Этапы иисточники построения биографического нарратива (на примере биографий Ф.В. Булгарина)» всборнике «Право на имя: Биографика 20 века» (СПб., 2011), статья «“Русский Габорио” или ученик Достоевского?» печаталась вкачестве предисловия ксборнику повестей А. Шкляревского «Что побудило кубийству?» (М., 1993), статья «“Подколодный эстет” с“мягкой душой итвердыми правилами”: Юлий Айхенвальд на родине ивэмиграции» подготовлена на основе одноименной статьи, опубликованной всборнике «Евреи вкультуре русского зарубежья» (Иерусалим, 1992. Вып. 1) истатьи «Julij Ajchenval’d in Berlin» всборнике «Russiche Emigration in Deutschland 1918 bis 1941: Leben im europischen Brgerkrieg» (Berlin, 1995), статья «Славяновед ипримиритель славян» – вкачестве предисловия ккниге И.Н. Лобойко «Мои воспоминания. Мои записки» (М., 2013), статья «Нилус Сергей Александрович» печаталась в«НЛО» (2006. № 78), статья «Пушкин-гимнаст» – там же (2013. № 123), статья «Книга “Бес встолице” иее автор (неизвестный роман-памфлет В. Буренина)» вжурнале «Вопросы литературы» (1991. № 6), статья «Буренин иНадсон: как конструируется миф» вжурнале «НЛО» (2005. № 75), статья «Пьеса “Гражданский брак” иее автор глазами агента III отделения» всборнике «История театра вархивных икнижных собраниях» (М., 2011), статья «Фельетонист вроли мемуариста» вкачестве предисловия квоспоминаниям А.В. Амфитеатрова «Жизнь человека, неудобного для себя идля многих» (М., 2004. Т. 1), статья «Пьесы-сказки врусском театре второй половины XIX – начала XX века» всборнике «Сказка: научный подход кдетскому жанру» (Нижний Тагил, 2008. Ч. 1), библиографический список «Материалы кбиблиографии русского дореволюционного детектива» вжурнале «De Visu» (1994. № 3/4). Статья «Типы публикации и каналы распространения переводов зарубежной литературы вРоссии во второй половине XIX – начале XX века» печатается впервые.
РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА
КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ1
Представление отом, что литература является специфическим социальным институтом, имеющим свои, для определенных социальных слоев ничем не дублируемые функции, впоследние десятилетия получило всоциологии широкое распространение2. Наиболее четко иподробно оно артикулировано вработах Л.Д. Гудкова иБ.В. Дубина3.
Социология, писал Макс Вебер, – это «наука, стремящаяся, толкуя, понять социальное поведение итем самым каузально объяснить его процесс ивоздействие. “Поведением” мы называем действия человека <…> если ипоскольку действующий индивид или “индивиды” связывают сними субъективный смысл. “Социальным” поведением мы называем такое поведение, которое по предполагаемому действующим лицом или действующими лицами смыслу соотносится споведением других людей иориентируется на него»4.
Социолог изучает не индивидуальные действия, атиповые формы социальных действий. Организуют иструктурируют общество социальные институты, т.е. исторические формы регулирования общественной жизни (например, армия, торговля, система образования, церковь, семья). Институты складываются из ролей (совокупностей норм, определяющих поведение действующих всоциальной системе лиц взависимости от их позиции (статуса)), вих рамках люди получают полномочия для выполнения определенных общественных функций.
В общественной жизни институт создает возможности индивидам удовлетворять различные потребности; регулирует их действия, обеспечивая выполнение желательных иблокируя нежелательные; обеспечивает устойчивость общественной жизни; осуществляет интеграцию индивидов, обеспечивает внутреннюю сплоченность общности.
Каждый институт имеет свои цели ифункции, он определенным образом взаимодействует сдругими институтами.
Рассмотрим функции иструктуру литературы как социального института.
Одна из основных проблем общества – сохранение во времени, для чего нужно обеспечить воспроизводство индивидов иих успешное взаимодействие, смягчение противоречий между ними, осознание ими причастности кобществу. Для этого личность должна иметь осмысленную картину мира исредства медиации, опосредования конфликтующих ценностей инорм.
На ранних стадиях эту задачу решала религия, причем существовавшая вустной форме. Втрадиционном обществе человеку редко приходится делать выбор: происхождение, место рождения, физические данные взначительной степени предопределяют ипрофессию, ижизненный путь, многое за человека решают родители или стоящие выше на социальной лестнице. Конечно, зачатки искусства есть ина этой стадии, но это, как правило, не профессиональное искусство, афольклор (анонимный, счетким набором жанров ибез стремления коригинальности, без оплаты). На следующем этапе общественной эволюции углубляется дифференциация социальной икультурной систем, прежде всего вформе перехода от устной формы традиции кписьменной, что обеспечивает свободу истолкования нормативной культуры висторическом иличностном смысле. Долгое время письменностью владеют лишь очень узкие слои населения, преимущественно составляющие социальную икультурную элиту.
Позднее сфера действия религии существенно сужается, система регулирования усложняется идифференцируется. Вгороде, особенно вНовое время, спектр возможностей резко расширяется, постоянно приходится делать выбор. Распад сословного общества, рост численности горожан разрушают традиционные механизмы социальной регуляции. На смену традиционализму приходят нормативные иценностные системы поведенческой регуляции. Соответственно, возникают иконфликты ценностей инорм. Вреальной жизни человек не может испытать все возможности, все попробовать, но есть возможность проиграть варианты жизненного пути иразличные ситуации ввоображении. Искусство очень эффективно, поскольку не просто абстрактно формулирует нормы иценности, аоблекает их вплоть икровь, вживые образы. Знакомясь сповествованиями одругих, человек узнает, что можно ичего нельзя, обретает представление оправильном пути вжизни.
Основная функция литературы – поддержание культурной идентичности общества на основе тиражируемой письменной записи. Литература «в условиях интенсивного социального изменения, дифференциации статусно-ролевой структуры общества иопределяющих ее символических конфигураций выделяется как едва ли не единственное средство тематизации итрансляции неспециализированных (“общечеловеческих”) значений иобразцов действия, чувствования, отношения кразличным символическим объектам»5.
В Европе литература как социальный институт возникает вXVI—XVII вв., когда начинают разворачиваться модернизационные процессы вобществе.
Предпосылками возникновения литературы являются: 1) социальная дифференциация, дифференциация идеологических институтов, возникновение слоя образованных, людей умственного труда, 2) возникновение публики, т.е. а) лиц грамотных, б) знающих нормы иусловности словесного творчества (понимающих фикциональность литературных текстов), в) имеющих средства, чтобы платить за прочтение литературных произведений. Постепенно литература обретает определенную автономию от других социальных институтов; создаются системы воспроизводства (преподавание литературы вшколе иналичие общедоступных библиотек сфондом художественных произведений), позволяющие приобщать неофитов кнормам итрадициям понимания иинтерпретации литературных текстов, ксложившемуся канону ит.д.; возникает правовая база (законы об авторском праве, цензурные уставы, законы овсеобщем образовании ит.п.).
Любой институт предполагает наличие ряда социальных ролей, взаимодействующих врамках социального института. Для литературоведа литература – это тексты, влучшем случае он занимается еще их создателями, т.е. писателями. Все остальные аспекты функционирования литературного произведения: книгоиздание, книжную торговлю, издание журналов, цензуру, чтение, преподавание литературы ит.д. – он обычно рассматривает как побочные, внешние, не принадлежащие собственно литературе. Историки книжного дела изучают книгоиздание икниготорговлю, историки журналистики – журналы игазеты, историки цензуры – цензуру. Только социолог видит иизучает все эти элементы одновременно, вих взаимодействии.
Основными социальными ролями влитературе являются писатель, читатель ииздатель.
Писатель создает литературные тексты, тематизируя (проблематизируя) ценностные напряжения, представляя их обществу.
Читатель – инстанция, для которой, собственно, весь социальный институт литературы исуществует. Он воспринимает литературные тексты, осуществляя снятие напряжений, ичерез покупку, подписку, прямые отклики воздействует на другие социальные роли института литературы.
Издатель обеспечивает тиражирование литературных произведений и, за счет продажи копий, взаимодействие литературы сэкономикой.
Ключевыми являются две первые роли, но без третьей литература не может существовать, влучшем случае это будет узкий кружок знакомых, где автор дает другим читать свои рукописи либо сам читает их вслух.
В развитой литературной системе существуют еще следующие социальные роли:
– (длительное время) цензор, осуществляющий контроль властей (прежде всего государства) за содержанием, выпуском всвет ираспространением печатной продукции. Его цель – формирование иподдержание вобществе устраивающей власть картины мира. Для достижения этой цели цензура осуществляет селекцию представлений ореальности, допуская одни иблокируя другие.
Преимущественно цензурируются ключевые значения впонимании мира иобщества, лежащие воснове всех других представлений (прежде всего – религиозные, нравственные, политические аспекты, которые тесно взаимосвязаны), т.е. те, которые связаны своспроизводством общества, его идентичностью во времени;
– редактор, который является промежуточной инстанцией между автором илитературой, его задача – привести новое произведение, являющееся продуктом индивидуального творчества, всоответствие суже сложившимися влитературе (или каком-либо ее секторе – течении, направлении ит.п.) нормами и, таким образом, включить его влитературу;
– книгопродавец, доводящий изданную книгу до потребителя; вего задачи входит доставка книги читателю (через магазин, разносчиков или по почте), информирование овыходе книги, ориентация покупателя впродаваемых книгах ит.д.;
– библиотекарь, обеспечивающий (как икнигопродавец) доведение книг до читателей. Он призван сделать получение книг для чтения более дешевым, помочь тем, кто плохо ориентируется вкнижном мире, атакже предоставить вслучае необходимости книгу для пользования. Но главное заключается втом, что библиотека – это собрание книг, обладающее определенным смысловым единством, она объективирует мировоззрение различных социальных институтов (церкви, государства, научных обществ ит.п.) или социальных групп, служит хранителем иретранслятором присущих им норм, знаний, традиций. Приобщая членов общества ксоответствующему идейному комплексу, библиотеки способствуют обеспечению преемственности, тождества во времени соответствующего социального образования6;
– журналист, обеспечивающий регулярную, более дешевую, гарантированную иадресную доставку литературных текстов подписчику. Периодические издания представляют собой параллельный книге канал предоставления читателю литературных текстов, во многом структурирующий (через рецензирование ибиблиографирование выходящих книг, анонсы ит.д.) текущую литературу, опосредующий исвязывающий воедино другие социальные роли;
– критик, осуществляющий оценку иинтерпретацию литературных новинок. Он задает границы литературы иее внутреннюю структуру, иерархию ит.д.;
– педагог, обеспечивающий усвоение вобществе литературных норм игосподствующих стандартов оценки иинтерпретации литературы. Литература – это единственная форма социального воображения, которой всовременном обществе обучаются все, причем институционально (в школе);
– литературовед (историк итеоретик), осуществляющий рефлексию по поводу ценности литературы, формирование иподдержание канона, выработку норм интерпретации.
В схематической форме их взаимодействие представлено вследующей схеме:
Функционирование литературы как социального института основано на постоянном взаимодействии исполнителей социальных ролей. Писатель на этапе создания книги учитывает запросы, литературную компетенцию илитературные нормы публики, высказывания критики, пожелания издателей ит.д. Для того чтобы выпустить написанную книгу, он обращается киздателю, без которого это взаимодействие невозможно. Издатель, основываясь на предыдущем опыте (т.е. известных ему жанровых итематических запросах публики, ее отношении кданному автору (если это не дебютант)), оценках критики ит.д., принимает решение взяться за издание, определяет, какой назначить тираж, как оформить книгу, как ее рекламировать ит.д. Выпустив книгу, издатель обращается ккнигопродавцу ибиблиотекарю, чтобы довести ее до читателя. Те тоже ориентируются на запросы публики, репутацию автора, оценки критики. Обращающийся вкнижные магазины ибиблиотеки читатель тоже врамках своих запросов учитывает репутацию автора, рекламу, оценку критики. Критик обращается ик писателю, ик издателю, ик читателю (и вто же время учитывает их интересы изапросы).
Точно так же значимы идругие социальные роли, тесно связанные между собой. Так, педагог во многом следует за оценками критика, всвоей работе он взаимодействует сбиблиотекарем ит.п.
Следует отметить, что литература как социальный институт взаимодействует сдругими социальными институтами. Так, проблематизируя социальные конфликты инапряжения, литература влияет на государство, агосударство контролирует ее посредством цензуры.
Для тиражирования литературных текстов нужны финансовые затраты, апродажа книг ижурналов может давать доход. Тем самым литература становится частью экономики ивзаимодействует сней.
Проблематизируя этические ирелигиозные проблемы, литература вступает во взаимоотношения стакими социальными институтами, как религия (церковь),мораль ит.д.
Все перечисленные отношения так или иначе регулируются правом.
Вначале исполнители социальных ролей врамках института литературы совмещают эту деятельность сисполнением функций врамках других институтов. Но на определенном этапе эти роли автономизируются, иписатель, издатель, книготорговец, критик ит.д. начинают исполнять одну или преимущественно одну свою роль, профессионализируются.
Общество признает, что деятельность писателя, издателя, критика важна, иначинает содержать их (посредством покупки книг иподписки на периодику), платить им за их работу.
Здесь следует подчеркнуть, что мы говорим оролях, ане оконкретных людях, многие лица ивпрошлом, исейчас всвоей деятельности совмещают несколько ролей. Так, писатель нередко является не только читателем икритиком, но иредактором ииздателем, авРоссии XIX в. многие писатели (С.Т. Аксаков, И.И. Лажечников, И.А. Гончаров, Я.П. Полонский, А.Н. Майков идр.) выступали ивроли цензоров.
Теперь, описав функции иструктуру литературы как социального института вообще, мы можем перейти кописанию истории его возникновения иразвития вРоссии. Описание это далее осуществлено впредельно краткой, конспективной форме, поскольку для развернутой характеристики пришлось бы написать обширную монографию7.
Для исторических судеб литературы вРоссии характерно, что, вотличие от западных стран (Германии, Англии, Франции идр.), где распространение книги шло «естественным» путем, удовлетворяя потребности населения, вРоссии взначительной степени она внедрялась сверху – правительством (не случайно долгое время существовало только государственное книгопечатание), церковью, апозднее ииными социальными институтами игруппами.
Соответственно, на Западе художественная литература воспринималась как частное дело (хотя бы ис государственной опекой), вРоссии же она возникала вXVIII в. как дело государственное илишь постепенно завоевывала статус частного занятия.
Художественная литература как социальный институт зарождается вРоссии в1750—1760-х гг. Ранее (в XVII – первой половине XVIII в.) вРоссии существовала рукописная художественная литература, но сфера ее распространения была чрезвычайно узка, асоциальная значимость – очень мала8, поэтому относить ее кчислу социальных институтов нет оснований.
Публики тогда, по сути дела, не было, «потребители литературы были наперечет известны влицо ипо именам, ипроизведение распространялось всписках сне меньшей легкостью, чем впечатных оттисках»9 (эту среду составляли вельможи, высшее ученое духовенство, придворная молодежь, немногочисленные литераторы. Остальные либо вообще не читали, довольствуясь фольклором, либо читали духовную литературу).
Долгое время художественные книги вообще не печатались, с1720-х гг. они стали изредка появляться, но, во-первых, были весьма немногочисленны, во-вторых, очень мала была их аудитория, и, наконец, в-третьих, цель их была не столько эстетическая, сколько политическая – прославление власти: «До середины XVIII столетия, втечение четверти века, вся официальная культура, возглавлявшая умственное движение высших классов, имела правительственно-придворный характер <…>. Литература иискусство входили вритуал эстетической пропаганды монархии, ее ближайших целей инамерений, обосновывая вто же время ее права на власть»10.
Изданием книг занималось только правительство, изадача получить от их выпуска доход совершенно не ставилась.
Только с1755 г. при Академии наук начинает выходить первый на русском языке журнал «Ежемесячные сочинения, кпользе иувеселению служащие», вкотором наряду снаучно-популярными материалами печатались истихи, в1759 г. возникают первые вРоссии частные журналы «Праздное время впользу употребленное» и«Трудолюбивая пчела».
Число журналов со временем растет, они постепенно входят вобиход, в1769—1770 гг. одновременно выходило восемь журналов. Формируется исоответствующая читательская аудитория – эти журналы печатались тиражом порядка 600 экз.
Очередным толчком был указ овольных типографиях 1783 г., после которого появилось большое число частных типографий, втом числе ивпровинции.
На стадии рождения литературы круг авторов немногочислен, печатается очень мало художественных книг, аудитория их весьма невелика, апосредники между писателем ичитателем почти отсутствуют: как правило, автор сам занимается изданием своих произведений (в конце XVIII в. внебольших масштабах этим занимались книготорговцы итипографы), публичных библиотек практически нет, акниготорговцы (за редким исключением) есть только встолицах, причем число их невелико.
Важно отметить, что вто время ивдальнейшем существует зона рукописного, вкоторую входят как ранее опубликованные, так инеопубликованные тексты. Вэтой зоне циркулируют следующие типы текстов:
1) считающиеся малозначимыми, малопрестижными вкультуре (так, авантюрные.