Только после десяти лет совместной жизни жена узнала, что первой женщиной супруга была его двоюродная сестра

Общаясь с психологами и сексопатологами, приходилось слышать, что в научной среде все чаще обсуждаемым становится вопрос о том, кто же должен быть тем первым человеком, который введет подростка в мир секса. В жизни нередко случается, что этим поводырем для подростков являются их старшие братья и сестры. И не всегда эта наука ограничивается вопросами теории. Некоторые психологи считают, что это безопасный путь (так издревле поступают многие народности Африки и Азии). Однако хорошо, если подобная ситуация не станет роковой для человека.

«Я понимал, что делаю что-то не то, но остановиться не мог -- было очень приятно»

Чаще всего люди, в чьей жизни случилось подобное, не идут на открытый контакт. Но мой собеседник Андрей (имя изменено), с которым мы встретились в анонимном консультационном центре «Дарина», согласился рассказать о том, как детская шалость впоследствии едва не разрушила его семью.

-- Мне не стыдно об этом говорить, -- рассказывает Андрей, -- потому что по своему опыту знаю, что ситуации, подобные моей, происходят в жизни. Другое дело, что человек не всегда может найти в себе силы осознать происходящее…

Все началось, когда мне было тринадцать лет. Обычно летом я отдыхал у бабушки с дедушкой в селе. Иногда нас, внуков, съезжалось человек пять-шесть. Мальчики, девочки. Пока были маленькие, жили все вместе. Когда подросли, у девочек была своя комната, у ребят -- своя. Конечно, мы баловались, подглядывали друг за другом. Потом между собой делились, кто что подсмотрел. В общем, обычные детские шалости. Я чаще всего грешил подглядыванием за сестрой Ириной. Она была старше меня на четыре года.

Потом несколько лет мы не виделись. К бабушке в село съехались, когда мне было уже почти 15 лет, Ире -- почти 19. Именно в тот момент я в нее и влюбился, вернее испытал сильное сексуальное влечение. Несмотря на свои пятнадцать, я был хорошо развит физически, занимался спортом. Но в отличие от сверстников успеха у девочек не имел и всегда с завистью смотрел на парочки в нашей компании. Мне нравились те или иные девочки, я представлял их в своих сексуальных фантазиях. Но не более.

-- Ирина тоже стала частью твоих сексуальных фантазий?

-- С некоторых пор да. Когда мы вновь встретились с Ирой, я нашел в ней человека, за которым мог ухаживать, помогать в чем-то, демонстрировать свою силу, обсуждать какие-то пикантные темы. Ее удивляло то, что я не пользуюсь успехом у девочек. Она иногда в шутку бросала мне, мол, если бы ты не был моим братом, я бы… Ира была еще та девочка, прямая противоположность мне. Но мою заботу воспринимала как проявление родственных чувств и даже не обращала внимания на пикантные моменты, возникавшие между нами. К примеру, для нее было в порядке вещей, когда я прикрывал ее полотенцем во время переодевания на пляже. Я же, краем глаза подсматривая за ней, неимоверно возбуждался. И в какой-то момент стал понимать, что делаю что-то не то, но остановиться не мог -- мне было очень приятно.

«Жаль, что мы брат и сестра, а не чужие люди»

-- То, что испытывал в юности Андрей по отношению к своей сестре Ирине, -- вполне естественно и закономерно, -- вступает в разговор врач-психолог центра «Дарина» Елена Ковченко. -- Очень часто старшие сестры становятся для мальчиков объектом сексуального возбуждения. Подростки осознают, что их старшая сестра ничем не отличается от других девочек. К тому же, в отличие от них, она рядом, за ней можно наблюдать, подсматривать в конце концов. Ведь подростка в таком возрасте могут возбудить даже открытые коленки, ступни или белье сестры. А уж если ему довелось подглядеть ее в ванной -- это колоссальный эмоциональный стресс. И сексуальные фантазии подростка на долгое время могут ассоциироваться именно с ней. Но все это не опасно, если парень не будет зацикливаться на этом. И тут вовремя надо спохватиться родителям, а они часто в такой ситуации делают ошибку. Видя такое отношение их мальчика к родной или двоюродной сестре, они восторженно охают: какой молодец, как галантно ведет себя, пускай, мол, учится ухаживать за женщинами в общении с родным человеком. Родители Андрея тоже рассуждали подобным образом.

-- То лето стало для вас «роковым»? -- обращаюсь к Андрею.

-- Возможно, если бы все произошло именно тогда, то никакие бы последствия не всплыли бы позже. Мы расстались: Ирина -- как ни в чем не бывало, со спокойным сердцем, а я -- с душевными переживаниями. Сейчас понимаю, что я действительно влюбился в нее. Кто тому виной? Родители, упустившие какие-то моменты моего воспитания, я сам, не сумевший перебороть страх перед девушками, Ирина, случайно давшая тому повод? Трудно сказать. Но весь следующий год я жил воспоминаниями о минувшем лете, об Ирине.

Наша новая встреча произошла следующим летом. Умерла бабушка, у дедушки случился инфаркт, и его забрали в город в больницу. Но в селе было небольшое хозяйство: огород, пара коз, кролики, гуси. Кому-то надо было за этим присмотреть. В общем, так сложилось, что на пару недель в селе остались мы двое -- я и Ирина.

-- Сейчас вы уже можете сказать, чувствовала ли Ирина, что вы к ней неравнодушны?

-- Думаю, что в какой-то момент она стала об этом догадываться. Как и прошлым летом, я проявлял к ней внимание, заботился о ней (с другими девушками у меня по-прежнему не ладилось). К тому же Ирина рассталась со своим парнем, переживала, и мое внимание ей было очень приятно. Да и обстановка -- общие заботы по хозяйству -- способствовали нашему душевному единению. Признаюсь, в какой-то момент я стал представлять, что мы семья. Это меня так возбуждало!

Однажды вечером мы отправились прогуляться на речку. Покупались, разожгли костер, выпили вина, разговорились. Потом Ирина предложила искупаться голыми. Начали дурачиться, ну а остальное произошло как-то само собой. Никто из нас в тот момент не задумывался о том, что мы родственники. И кстати, потом мы не испытали отвращения к своему поступку и по отношению друг к другу. Даже наоборот. Мы жили только одним днем. Нам было в тот момент хорошо, остальное не интересовало. Конечно, понимали, что наши отношения не имеют никакой перспективы. И задавали себе вопрос, почему так сложилось, почему мы брат и сестра, а не чужие люди.

«Я встретил женщину, которую полюбил по-настоящему, но сестру забыть не смог»

-- То, что произошло, каким-то образом повлияло на ваши отношения с противоположным полом?

-- Для меня это был какой-то эмоциональный прорыв. Я словно другими глазами посмотрел на девушек. И постепенно из застенчивого мальчика превратился в нормального парня. Ирина изменила мою жизнь. Я стал встречаться с девушками. А потом встретил ту, которую полюбил на всю жизнь. Мы поженились, у нас родилось двое детей, но все-таки Ирину забыть не мог и часто вспоминал о том безумном времени. Причем мне не было стыдно или противно, хотя понимал, что наша близость противоестественна.

-- Как же случилось, что Ирина снова вмешалась в вашу судьбу?

-- Думаю, если любому мужчине, пережившему первую любовь, предложить это еще раз испытать, он не откажется. Настоящее чистое чувство забыть невозможно. То же произошло со мной. Мы не виделись с Ириной почти 11 лет. Встретились все там же, в селе, где отдыхал с семьей. Для нас с Ириной встреча стала потрясением. Я не мог сдержать нахлынувших чувств. Мы не задумывались, что нас могут увидеть. И хотя до интимной близости дело не дошло, жена, неожиданно вернувшаяся из сада, застала нас в объятиях и целующимися.

Ситуация сложилась очень серьезная. Скандала не было -- супруга просто упала в обморок, а когда пришла в себя, попросила меня уйти из дому и не прикасаться к ней. Она стала мной брезговать, сочтя каким-то извращенцем. Выход я видел в одном: во всем признаться. Я написал жене письмо, а Ирина по своей инициативе решилась передать его и откровенно поговорить. Рассказ и письмо произвели на мою жену еще больший шок, и, если бы не десять лет, которые мы прожили в любви и взаимопонимании, неизвестно, чем бы все обернулось. И самое главное: услышал ли бы я когда-нибудь откровения жены о своем первом опыте приобщения к сексу. Он хоть и не был таким запутанным, как у меня, но проблем тоже хватало.

Постепенно отношения в семье стали налаживаться. Правда, не без помощи психологов. Даже с Ириной супруга осталась дружна. А однажды она мне призналась, что испытывает странное чувство: будто должна сказать Ирине спасибо за меня, ведь, если бы не она, я, возможно, был бы другим человеком.

-- Подобная ситуация, -- комментирует Елена Ковченко, -- складывается во многих семьях. Как я уже говорила, часто это провоцируют сами родители. Иногда это происходит из-за чрезмерного рвения мам и пап, пытающихся использовать старших детей для сексуального образования младших. Не раз мне приходилось сталкиваться с ситуацией, когда родители были обеспокоены, что их разнополые дети как-то странно ведут себя по отношению друг к другу. Разбирая ситуацию, выяснили, что, к примеру, мать просила старшую дочь научить младшего брата целоваться или ухаживать, обнимать девушку. Некоторые просят даже просветить в более тонких вопросах, к примеру, об эрогенных зонах. Но чаще всего дети находят выход своей сексуальной энергии в интимных отношениях друг с другом, когда родители, наоборот, накладывают табу на обсуждение сексуальных вопросов в семье, устанавливая жесткий контроль за общением подростка со сверстниками. И в подобной ситуации дети находят такой необычный, но единственно возможный для себя выход.