Простите, что не говорю на "нукура" кыргызском, — актриса из "Жарайт Сити"

— Я придерживаюсь строгих правил: не хожу в клубы, не курю, не пью спиртное. Могу позволить себе только немного вина… Даже на кавээновских вечеринках меня уже нельзя увидеть, хотя поначалу я рвалась туда. Прямо заставляла себя тусить, потому что именно там юмористы по-настоящему общаются. 

У меня очень строгие родители. Я не ношу короткие юбки и другие открытые вещи. Всегда хорошо училась, потому что мама с сестрой твердили: "Мордашкой ничего не добьешься. Надо учиться и доказывать, что у тебя есть нечто большее, чем внешность".

— А сейчас вы считаете себя симпатичной?— Думаю, что я достаточно симпатичная.

— Красивая?— Нет. Для меня мама красивая — она как цветок, а я еще бутончик. Думаю, что буду хороша лет в 30-35, когда тоже стану мамой.

— Один шаг в этом направлении вы уже сделали, став женой. Наверное, роскошная свадьба была?

— Не скажу, что прям роскошная… Я полгода работала в сфере организации торжеств и видела действительно крутые бракосочетания. Там бюджет не с четырьмя — с пятью нолями! Только на живые цветы уходило около 5 тысяч долларов. Я даже не знала, что у нас есть люди, которые могут себе это позволить. 

А еще, когда я раньше смотрела на невест, мне было их жалко: сидят на подиуме в огромных платьях, на больших неподъемных стульях. Официанты рвут им подол этими стульями, потому что каждый раз во время тоста девушкам приходится подниматься, и ткань попадает под ножки…

Меня с женихом никто на свадьбе не трогал! Мы были молодожены-эгоисты, даже дружек рядом с собой не посадили, сказали им: "Отдыхайте, ребята! Зачем вам вставать с нами на тостах и фальшиво улыбаться?". 

— Здорово! Я современная городская келинка, у меня прекрасная свекровь. Мне даже свекровью ее называть неудобно: и для мужа, и для меня она — мама. Очень радовалась нашей женитьбе, это была долгожданная свадьба: ее сын решил жениться в достаточно зрелом возрасте. 

— Недавно вы снялись в рекламе одного сотового оператора, где сыграли образцовую келинку, которая встает пораньше, доит корову, печет хлеб…— По задумке, это городская девочка, которая приехала в село. Она ничего не умеет и в режиме 24/7 разговаривает по телефону со своей мамой. Та советует ей, что и как делать, — в итоге ее хвалит свекровь. Хэппи-энд! 

— А в жизни вы такая же хозяйственная?— Я встаю рано, потому что мне нравится готовить мужу завтрак. Кроме того, если я сама с ним не позавтракаю, потом это случится ближе к обеду. После того как он уходит, я могу прилечь и снова уснуть. У меня такой график, что работать я могу вечером, днем или с утра до ночи. 

— Корову доить не умеете?— Пробовала. Пару лет назад не стало двух моих прадедушек, у них были и лошади, и коровы. Я любила к ним ездить, пыталась доить. Конечно, это трудно — руки должны быть просто стальными. Ведро я не выдою, но стакан свежевыжатого молока осилю…

— Свежевыжатого молока? Бедная корова!— Ха-ха-ха!

— Можете сказать про себя "я — звезда"?— Нет. Спасибо семье, которая очень иронично относится к моей "славе". Не знаю, насколько надо быть знаменитой, чтобы считать себя звездой.

— А умной себя считаете?— Недостаточно. Учиться нужно всегда. Я окончила университет и магистратуру, но хочу учиться дальше, получить еще одно образование. Наверное, у меня такое окружение, я хочу на него равняться.

— Какая у вас специальность?— Я училась на международника, хотя изначально хотела стать юристом, даже поступала на юридический. Мне не хватило буквально трех баллов для зачисления на бюджет, а я очень не хотела, чтобы родители платили за учебу… Сейчас думаю, что если не четыре года своей жизни потратила впустую, то два из них — точно.

— Привет, Салават Фаргатович (декан факультета международных отношений КРСУ. — Ред.)!— Простите, Салават Фаргатович! Нет, я очень ему благодарна… Я участвовала во всех концертах, а он любит творческих людей, поэтому делал мне поблажки на экзаменах. Конечно, я готовилась, но у меня было много пропусков. 

— Если вы позиционируете себя как кавээнщицу, то почему сейчас все силы бросаете на сериал? Мы-то знаем вас больше как девчонку из "Жарайт Сити" или актрису из "Плана Б". 

— Почему в проект позвали именно вас?— Если бы меня не позвали, я бы прибила своих друзей! Да и хороших кавээнщиц не так много…

— А кого, кроме себя, вы можете назвать "хорошей кавээнщицей"?— Айпери Чотонову. Мы — "жарайтовские" девочки.

— У вас там еще Айжан Асемова есть…— Была раньше, сейчас нет. Она сыграла в нескольких скетчах, думаю, это была хорошая реклама лица. Айжан знаменита в Инстаграме, так почему бы не воспользоваться ее популярностью?

— Воспользовались и избавились от соперницы?— Нет, не избавились, но, если ее нет, значит, на то есть причины. Может, попросила много денег… Она же у нас звезда Инстаграма.

— В проекте вообще много платят?

— Ребята, которые пишут текст, получают зарплату, а актерам платят чисто символически. Мы же свои! Ну скажите, пожалуйста, разве можно относиться к этому как к профессии? Я изначально определила, что это будет мое хобби. Кроме того, во время съемок я отдыхаю от будней, от работы.

До "Жарайт Сити" я примерно восемь месяцев не снималась вообще. Работала в офисе, приходила домой и вырубалась. Краски жизни все тускнели и тускнели. 

— Сейчас вы где-то работаете?

— Нет. Совсем недавно закончились съемки в "Плане Б", и я на пороге открытия нового ивент-агентства. 

— У нас в городе их, мягко говоря, немало. Чем вы будете завоевывать клиентов?

Хочу, чтобы у нас появилась мода на хорошие мальчишники и девичники. Когда я делала свой, мне было тяжело, потому что для всех девичник означает попойку в клубе. У парней то же самое. Зачем? Можно ведь нажраться в любую пятницу!

Другое дело — девичник, организованный специально для вас. Может, у невесты есть какие-то страхи, например, она боится змей — принесем на девичник змею в коробочке и постараемся избавить ее от этих страхов. А почему нет?

— Вы не только кавээнщица и будущая бизнесвумен, но еще и актриса. Красивых девочек, готовых сниматься, у нас пруд пруди. Почему на главную роль в фильме "План Б" позвали именно вас?

— Мне просто позвонил один из создателей фильма и сказал: "Айжана, мы не можем найти актрису и тут вспомнили, что есть ты. Приходи, пожалуйста".

Это фильм о стартаперах. Я играю Аделю — секретаря горе-бизнесменов, которые втягивают ее в аферу. Аделя — девушка простая, за словом в карман не лезет: сначала говорит и только потом думает.

— Я часто задаю своим собеседникам один и тот же вопрос: зачем приглашать на съемки экономистов, журналистов, дипломатов, если в стране готовят профессиональных актеров? 

— Ой, не хочу обидеть наших актеров… Они так входят в роль, что им крайне сложно перестраиваться, моментально перевоплощаться. В "Плане Б" были и представители молодого поколения кавээнщиков, и опытные актеры. Не знаю, почему, но у них было больше дублей, чем у нас. Наверное, это связано с тем, что на сцене КВН есть только один шанс донести шутку до зрителя, мы привыкли работать без дублей. Профессиональным актерам требуется больше времени. 

— Что в фильме было самым сложным?

— Какая сцена далась вам тяжелее всего?

— Ужин с гостями в доме. В ней было задействовано много актеров, снимали со спины, сбоку, сверху. Надо было постоянно играть, а не сидеть, как амеба. Съемки затянулись на несколько дней. На столе все это время лежала настоящая еда, она испортилась. В бокалах был налит вишневый сок, он успел забродить!

— Вы вообще в кино часто ходите?— Я киноман, люблю ходить в кино. К сожалению, не на местные фильмы…

— Не нравятся?— Ну… Во время одного интервью меня спросили: "Что вы можете сказать о местном кинематографе?". Я ответила одним словом: "Удачи!". 

— А однажды вы сказали, что никогда не станете целоваться ради роли. Почему?

— Поцелуй — это все-таки очень интимный момент, и я люблю своего мужа. Сниматься профессионально не хочу. Как только это станет моей работой, мне скажут: "Ты же подписала контракт, а там есть постельная цена. Давай!". Зачем мне ломать себя?

Ради роли я готова побриться налысо, потискаться с собаками (хотя боюсь их), нацепить на себя змею или искупаться в ледяной воде. У меня были съемки в Бооме, в холодной реке, пришлось делать несколько дублей. Я застудила легкие, но решиться на это мне было легче, чем целоваться в кадре. 

— Какие части вашего лица и тела вам нравятся и не нравятся больше всего?

— Я всем говорю, что мне не нравится нос, потому что у меня его практически нет. Из-за этого не люблю съемки в профиль. Но я не буду прибегать к пластическим операциям… Хотя насчет груди, может, подумаю — наверное, у всех женщин такая "беда".

Мне нравятся мои глаза, уши — они правильной формы. Еще нравятся ключицы… Я вообще девочка-шкаф: у меня широкие плечи, которые я люблю и ненавижу одновременно.

— Вам обидно, когда читаете негативные отзывы про себя?

Считаете, что я плохо сыграла? У вас был такой же шанс, как и у меня. Я не имею привилегий, мои родители — простые люди. Меня не баловали, не покупали мне машину, я ходила в обычную школу. Все, чего я добилась, добилась сама и благодаря своим близким.

— Мне приятно, что вы позвали меня на интервью. Раньше мой телефон так не разрывался… Однажды мы с ребятами-кавээнщиками пришли в родную школу со сценкой-подарком для учителей. Пока сидели в фойе, рядом выстроилась огромная очередь из второклашек, третьеклашек. Они делали с нами селфи, протягивали тетрадки и просили расписаться. У них были такие глазки! Мне было и приятно, и страшно одновременно: столько внимания я еще никогда не привлекала.