И дом – не дом, и муж как враг

Кристина (имя изменено, настоящее редакции известно) пришла в «ДД» от отчаяния. Много лет терпевшая издевательства, сносившая побои от супруга, теперь она настроена достаточно решительно.

Кристина хочет рассказать не столько о том, что творилось в ее семье, сколько о том, что ее удивило: оказывается, в стране, где одна за другой стартуют программы защиты от семейного насилия, для того чтобы получить помощь, сначала нужно доказать, что ты много лет терпела побои и изнасилования. А потом – обежать сто инстанций и стерпеть новую волну непонимания и равнодушия. Но удивляться тут нечему, поскольку свои обвинения нужно подкреп­лять доказательствами, а помощь получает лишь тот, кто о ней просит.

Супружеский долг

Брак Кристины продлился 37 лет. Результат – трое взрослых детей, два сына и дочка. Именно она, а не братья, которые дистанцировались от семейных проблем, и заставила мать положить конец тому безобразию, которое все эти годы творилось в семье. Дочери еще в 17 лет пришлось уйти во взрослую жизнь и начать самостоятельно зарабатывать, поскольку терпеть тиранские замашки отца она была уже не в состоянии.

Мы не будем в подробностях пересказывать все те претензии, которые сегодня предъявляют своему мужу и отцу обратившиеся в газету женщины. Остановимся на последней ночи, которая и поставила крест как на семье, так и на бесконечном терпении матери.

«Это случилось 30 июля прошлого года. Мы давно никуда не ходили вместе с мужем, отношения были не теми, чтобы проводить свободное время в обществе друг друга. Я давно уже поняла, что походы по гостям всегда заканчиваются одинаково: муж напивается, устраивает безобразные сцены там, а после, уже дома, начинает меня терроризировать. Но тут он уговорил меня отправиться к знакомым», – рассказывает Кристина.

По ее словам, заранее было оговорено, что идут ненадолго и часов в девять возвращаются домой. На деле пирушка затянулась до полуночи. Муж набрался, с горем пополам его удалось дотащить до такси, на котором пара и вернулась к себе. «По дороге он нес какую-то чепуху, приставал к водителю. Как обычно, строил из себя крутого мужика, я видела, как он дал водителю сумму, в несколько раз превышавшую счет, – барствовал. Я у дома сразу вышла и, забрав из квартиры собаку, отправилась с ней гулять. Надеялась, что муж доберется до дома, сразу ляжет спать и скандала не будет».

Не получилось. Когда Кристина вернулась, муж все еще стоял у подъезда и ждал ее. Поднялись. Женщина быстро переоделась и нырнула в свою каморку: после отъезда детей она оборудовала себе уголок, в котором могла прятаться от мужниных приставаний и спокойно высыпаться. В этот раз спрятаться не удалось, мужчина не угомонился, пришел к ней и потребовал немедленного исполнения «супружеских обязанностей».

Кристина говорит: «Мне тяжело вспоминать ту ночь. Часа полтора он таскал меня по квартире. Толкал, пинал. Получил, что ему было нужно. Я вся была синяя. Нет, не кричала. Я никогда не кричала, когда он меня бил, не хотела, чтобы наши проблемы стали известны соседям. Просто стыдно».

Утром муж проспался, встал на работу. Увидев жену, спросил: «Что молчишь, обиделась?». И ушел. Кристина же решила, что это предел, собрала какие-то вещи и уехала к маме.

Сама виновата

Тогда же она созвонилась с дочерью, которая несколько лет жила и работала за границей. Дочь и заставила ее (через неделю после случившегося) сходить в травмопункт и снять следы побоев, а потом написать заявление в полицию. «Вы не представляете, каких усилий стоило уговорить маму все рассказать. Я просто заставила ее наконец заявить на него. Такое нельзя оставлять безнаказанным. Он всю жизнь издевался над нами», – рассказала дочь Кристины.

Заявление, конечно же, приняли. И даже возбудили уголовное дело по 121-й статье Пенитенциарного кодекса. Однако каковы перспективы этого дела, Кристина не знает: «Мне объяснили, что я совершила очень много ошибок, и доказать, что подобное происходило много раз, практически невозможно. Я спрашивала, неужели каждый раз, когда он меня бил и насиловал, я должна была бежать по соседям и приглашать их в свидетели? Оказалось, что нужно было делать именно так. Да, я не вызывала полицию и молча сносила его зверства. Да, я пошла к врачу только один раз, и доказать, что он меня изнасиловал, достаточно трудно, поскольку к гинекологу я не обращалась: мне было стыдно показаться врачу с синяками. Но как защитить себя? Ждать, когда убьет, тогда что-то начнут делать?».

У Кристины большие претензии к правоохранительным и судебным органам. К примеру, ей не стали помогать, когда возникла необходимость попасть в ту квартиру, где она раньше жила с мужем. «Я ушла летом, практически босиком. Что-то, конечно, взяла, но в основном все вещи остались там. Сначала он звонил и требовал, чтобы я вернулась. Я не отвечала. А когда приехала, чтобы забрать свои вещи, оказалось, что он уже сменил замки и без него мне в квартиру не попасть. Сказала об этом полиции. Хоть квартира и является нашим совместно нажитым имуществом, она приватизирована на мое имя, но зайти внутрь я могла только в его присутствии, а я его боюсь. Он опять станет драться. Попросила следователя или сходить со мной, или выделить полицейских, но она отказалась, сказав, что и сама его боится и в ту квартиру со мной не пойдет», – рассказывает женщина.

Действительно, о том, что муж Кристины агрессивен, следователь знает. В многочисленных ответах на не менее многочисленные дополнительные заявления и обращения пострадавшей есть кочующий из письма в письмо абзац, в котором женщину предупреждают об осторожности и напоминают о том, что в случае нападения нужно срочно звонить в полицию по оперативному номеру. Но это всё!

С мужем Кристина развелась. Сейчас идет процесс раздела имущества.

«Как живу сейчас? Страшно. Он постоянно донимает звонками, эсэмэсками гнусного и оскорбительного содержания. Дочь сняла для меня квартиру, в которой я живу на пенсию по инвалидности и какие-то копейки, которые удается заработать. Сыновья от меня отвернулись. Если бы не дочка, я вообще не знаю, что со мной было бы. А помощи ни от кого не добиться. Все только и говорят, что я сама виновата в том, что столько лет терпела».

Криминал и гражданка

Для начала мы попытались выяснить в полиции, на каком этапе сегодня находится расследование данного уголовного дела, а также, почему полиция не стала вмешиваться в историю со сменой замков. В Пенитенциарном кодексе есть статья 314, на основании которой человека, незаконно выселившего из квартиры другого человека, имеющего право там жить, можно привлечь к уголовной ответственности.

«Сейчас ведется уголовное расследование на основании статьи о применении физического насилия и изнасиловании. В интересах следствия и исходя из интересов самой жертвы на данном этапе расследования это дело подробнее прокомментировать нельзя. Что касается смены замков и недопущения человека в квартиру – это является не проступком, а гражданским спором, свои права следует в данном случае защищать в суде», – ответили «ДД» из Департамента полиции и погранохраны.

Этот же вопрос мы решили уточнить у руководителя юридического бюро Invictus Юри Асари. Он подтвердил, что полиция в данном случае поступила совершенно правильно и ничего не нарушила: «Полиция не имеет права осуществ­лять правосудие и решать гражданские споры. Присутствие полиции в квартире, с моей точки зрения, было бы недопустимо. Этот вопрос нужно решать в гражданском порядке, и для этого есть ч. 3 ст. 378 Гражданско-процессуального кодекса, руководствуясь которой в брачных и иных семейных делах, суд может на время рассмотрения дела урегулировать, в том числе, порядок использования домашней утвари и общего жилища супругов, выдачу или использование вещей, предназначенных для личного пользования супруга или ребенка, и иные вопросы, связанные с браком и семьей, быстрое разрешение которых является необходимым, исходя из обстоятельств. Таким образом, выход из ситуации имеется. Если супруг добровольно не будет выполнять соответствующее постановление суда, жена может обратиться к судебному исполнителю, а не в полицию».

Юрист считает, что применение ст. 314 Пенитенциарного кодекса в данном случае недопустимо. Дело в том, что муж не выгонял жену из квартиры, она покинула ее добровольно. «Тут мы в очередной раз имеем дело с гражданским спором, а не с уголовно наказуемым незаконным выселением из жилого помещения. При этом я хочу еще раз обратить внимание на возможность применения ч. 3 ст. 378 Гражданско-процессуального кодекса. Необходимо также знать, что при разделе имущества жена имеет право требовать компенсацию за преимущество права пользования квартирой (решение