Соотношение прав потерпевшего и обвиняемого в уголовном судопроизводстве Республики Казахстан

В практической деятельности адвокат связан практически со всеми участниками уголовного процесса. В большинстве случаев наиболее тесная связь у адвоката прослеживается со стороной, преступившей закон (подозреваемый, обвиняемый, подсудимый). И это понятно: ведь имеется большой перечень случаев обязательного участия адвоката (защитника) в производстве по уголовному делу. Помимо этого адвокат может защищать интересы потерпевшей стороны либо свидетелей.

Участвуя в различных качествах в производстве по уголовным делам, именно адвокат имеет уникальный шанс соотнести нормы действующего законодательства с механизмом его реализации в отношении каждого из участников процесса. В ходе своей практики я убедился в различиях правового статуса преступника и его жертвы (обвиняемый - потерпевший) - соотношение явно не в пользу последнего. По моему мнению, права потерпевшего в уголовном судопроизводстве наименее защищены и наиболее формализованны в сравнении с правами обвиняемого.

Исходя из принципа уголовно-процессуального законодательства РК, следует, что государство обязано обеспечить равный доступ к правосудию сторонам уголовного процесса. Это значит, что права лица, совершившего преступление, и лица, потерпевшего от совершенного в отношении него преступления, должны иметь общие основания. Однако современное уголовно-процессуальное законодательство Республики Казахстан демонстрирует обратную картину: строго определены сроки придания статуса подозреваемого, обвиняемого или подсудимого, а для потерпевшего четко установленных законом сроков не предусмотрено. Поэтому нередко органы следствия потерпевшим признают лицо незадолго до окончания следствия. Из-за этого, во-первых, создается опасность воздействия обвиняемого или его родственников на лицо, пострадавшее от преступления (незащищенное законодательством о защите прав участников уголовного процесса в связи с тем, что еще не является таковым). Во-вторых, существенно ограничиваются права потенциального участника процесса, так как многие следственные действия будут проведены без его участия и без учета его мнения (например назначение и проведение экспертизы).

Конечно, данное обстоятельство проще всего объяснить особой спецификой статуса потерпевшего в уголовном судопроизводстве, ведь согласно ч. 3 ст. 75 УПК РК лицо признается в уголовном процессе потерпевшим с момента вынесения соответствующего постановления органом, ведущим уголовный процесс [1]. Однако в таком случае время вынесения данного постановления напрямую зависит только от следователя. При этом на следователя не влияет ст. 186 УПК РК, предусматривающая следующую норму: “Если известно лицо, пострадавшее от совершения преступления, одновременно с возбуждением уголовного дела оно признается потерпевшим, а если вместе с сообщением о преступлении заявлен гражданский иск, лицо признается также гражданским истцом” [2]. Казалось бы, законодателем данная норма была введена для защиты интересов лиц, пострадавших от преступления, для их немедленного введения в уголовный процесс. Однако из содержания нормы ст. 186 УПК РК ясно, что она не обязывает следователя в таком случае одновременно в постановлении о возбуждении уголовного дела признавать пострадавшее лицо в качестве потерпевшего, а лишь предписывает ему выполнение данных действий. Однако предписывающие и обязывающие нормы существенно различаются по методам воздействия на субъекта.

При введении данной нормы законодателем, очевидно, не была учтена практика применения законодательства, регламентирующего права и обязанности лиц, потерпевших от преступления. В п. 4 одноименного постановлении пленума Верховного суда РК от 24.04.1992 г. указано, что “после возбуждения уголовного дела, признание лица потерпевшим, разъяснение ему прав и обязанностей, в целях полной и своевременной их реализации, должно следовать незамедлительно” [3].

В связи с этим, как видится, целесообразнее всего изложить ст. 186 ч. 3 УПК РК в следующей редакции:

“Статья 186. Порядок возбуждения уголовного дела.

3. Если известно лицо, пострадавшее от совершения преступления, органы или должностные лица, указанные в части первой настоящей статьи, обязаны одновременно с возбуждением уголовного дела признать данное лицо потерпевшим, а если вместе с сообщением о преступлении заявлен гражданский иск, признать лицо также гражданским истцом”.

Неравенство в положении двух сторон, обвиняемого и потерпевшего, прослеживается и в ходе уголовного судопроизводства: имеется в виду различие в объемах прав защитника обвиняемого и представителя потерпевшего.

Согласно ст. 72 УПК РК, основанием вступления защитника обвиняемого в уголовное дело является “. предоставление органу, ведущему уголовный процесс, в подтверждение своего положения документы, удостоверяющие личность, и в соответствующих случаях: документ, подтверждающий принадлежность к адвокатуре и ордер юридической консультации на право участия адвоката в данном деле или приравненный к нему по значению документ, решение общественного объединения или его руководящего органа о назначении защитника, документ, подтверждающий родственные отношения с подозреваемым или обвиняемым” [1. С. 112]. Тем самым защитника назначает себе либо сам обвиняемый, либо его родственники или общественные объединения, защищающие его интересы. Лишь в исключительных случаях защитника подозреваемому (обвиняемому) назначает лицо, ведущее уголовный процесс (заменой имеющегося защитника, невозможность участия которого достоверно установлена).

Представителями потерпевшего согласно ч. 1 ст. 80 УПК РК могут быть “. адвокаты и иные лица, правомочные в силу закона представлять при производстве по уголовному делу законные интересы потерпевшего. и допущенные к участию в деле постановлением органа, ведущего уголовный процесс” [1. С. 117]. Таким образом, только после вынесения соответствующего постановления лицом, ведущим уголовный процесс, представитель потерпевшего может стать участником уголовного процесса. Законодатель в данном случае последователен в определении порядка признания лиц потерпевшими и их представителями - ведь потерпевшему также следует ждать соответствующего решения лица, ведущего уголовный процесс.

В этой ситуации видится необходимость отказа от института представительства в уголовном судопроизводстве в пользу института защиты, что уравняет права обвиняемого и потерпевшего - ведь потерпевший не в меньшей мере, чем обвиняемый, нуждается в защите своих прав и законных интересов. И дело не в смене понятий, а изменении бытующего мнения о потерпевшем как “самом защищенном участнике уголовного процесса”. Фактически потерпевший в большинстве случаев остается один на один со своими проблемами: ведь ни следователь, ни прокурор не являются непосредственными защитниками интересов потерпевшего. Следователь обязан обеспечить всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств дела (ст.24 УПК РК), а прокурор - осуществлять надзор за точным и единообразным применением законов. И в том и в другом случае должностные лица обязаны соблюдать закон и при этом обеспечить права потерпевшего и права обвиняемого.

Очевидна необходимость введения в уголовный процесс понятия “защитник потерпевшего”, поскольку, на наш взгляд, понятие и статус института “представителя” не позволяют в полной мере защитить права потерпевшего в уголовном процессе.

Более того, профессиональные адвокаты, имея право защищать права и законные интересы как обвиняемого, так и потерпевшего, нередко используют понятие “подзащитный”, то есть лицо, находящееся под его профессиональной защитой. При этом адвокат обязан в равной мере защищать права и законные интересы того лица, чьи интересы он защищает, независимо от его статуса в уголовном процессе. Данное обстоятельство также позволяет говорить о необходимости использования понятия “защитник потерпевшего”.

Немаловажен вопрос об оплате труда адвокатов в случае защиты ими интересов потерпевшего. Далеко не каждый потерпевший может “позволить себе” профессионального адвоката. Действующее законодательство данный вопрос решает следующим образом. Согласно ч. 5 ст. 72 УПК РК “орган, ведущий уголовный процесс, при наличии к тому оснований вправе освободить подозреваемого, обвиняемого полностью или частично от оплаты юридической помощи” [1. С.111]. В отношении же потерпевшего сказано, что “потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных на представителя по правилам, установленным настоящим Кодексом” [1. 117]. То есть обвиняемый в случае несостоятельности освобождается органом, ведущим уголовный процесс, от оплаты юридической помощи, а потерпевший должен искать средства для самостоятельной оплаты юридической помощи и надеяться, что данные расходы, согласно ст.113 УПК РК, будут ему возмещены со стороны обвиняемого.

Не пора ли уравнять права обвиняемого и потерпевшего на бесплатную юридическую помощь и внести соответствующие изменения в принципы уголовного судопроизводства? К этому мнению пришли многие ученые стран СНГ, например Журсимбаев С.К. (Казахстан) [8], Тимошенко Б.Ф. (Украина) [9], Квашис В.Е. и Вавилова Л.В. (Россия) и другие [10].

Согласно нормам новой гл. 4 УПК РК “Реабилитация. Возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органа, ведущего уголовный процесс”, обвиняемый имеет право на реабилитацию в случае незаконного привлечения его в качестве обвиняемого [1. С.92]. Однако права на реабилитацию потерпевшего, нарушенные преступлением, или могущие быть нарушены органом, ведущим уголовный процесс, данная глава не предусматривает. В связи с этим, во-первых, предлагаю ввести понятие “потерпевший” в число лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконных действий органа, ведущего уголовный процесс (ст. 40 УПК РК). Во-вторых, в указанной главе предусмотреть нормы, регулирующие порядок реабилитации потерпевшего после преступления при проведении следственных действий с его участием (например участие и помощь психолога).

Следует обратить внимание и на разный объем информированности подозреваемого и потерпевшего о ходе расследования. Например, согласно ст.186 ч.2 УПК РК, о принятом решении, о возбуждении уголовного дела сообщается заявителю (то есть потерпевшему) и лицу, в отношении которого возбуждено дело. Но при этом права и обязанности, вытекающие из данного процессуального действия, разъясняются только последнему (то есть подозреваемому) [1. С.168].

В заключение хочу отметить, что ориентация отечественного законодателя в вопросах соблюдения прав человека на международное законодательство не всегда оправданна. Это связано в первую очередь с большими различиями принципов законодательства разных стран. Например, в Европейской конвенции о правах человека нет ни одного раздела или даже статьи о правах лиц, ставших жертвами преступления, тогда как есть статьи, посвященные жертвам незаконных арестов и задержания. Видимо, необходимо выработать собственную концепцию защиты прав потерпевших, и первым шагом к созданию такой концепции должно стать приведение в соответствие с принципом равноправия сторон объема прав потерпевшего с правами обвиняемого .

Литература

1. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан - общая характеристика (в сравнении с УПК КазССР). Практ. пос. Алматы. ТОО Баспа. 1998. С. 113.

3. Сб. постановлений пленума Верховного суда Республики Казахстан, 1992-1996, 1997. Аян-Эдет. С. 359.

7. Журсимбаев С.К. Обеспечение прокурором прав личности на предварительном следствии. Алматы. РИО ВАК РК. С. 82.

8. Тимошенко В.Ф. Защита прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве и права человека. // Прокурорская и следственная практика. 1997. № 1. С. 87.

9. Ю. Квашис В.Е., Л.В. Вавилова. Зарубежное законодательство и практика защиты жертв преступлений. М: ВНИИ МВД России. 1996. С. 117.