Печенга. Часть 2: памяти области Петсамо

Продолжаю рассказ о Печенге и ее мелких весях там, где остановился в прошлой части - на лугу у залива Баренцева моря, в самой северной точке, где я когда-либо бывал. Здесь я расскажу о немецком военном кладбище, о Трифоно-Печенгском монастыре и о дороге назад в Мурманск.

. Посидев в траве, полюбовавшись синим морем, я направился дальше вдоль берега. И на лужайке моё внимание привлёк вот этот автобус:

Я уже видел его утром в Никеле, на главной площади. Зашёл в магазин купить себе воды, выхожу - а навстречу белокурая девушка с фотоаппаратом. Меня это тогда несколько удивило, но через сотню метров обнаружился и сам автобус с финской надписью на борту, и его обитатели, говорившие не по-русски. Меня они тоже запомнили, и вот я встречаю их здесь второй раз. У финнов был пикник на берегу залива, увидев меня, один из них улыбнулся, и я подошёл и спросил:-Suomi?Надо сказать, вообще-то я английским не владею, но когда встречаю иностранцев, с которыми есть, о чём поговорить, и нет переводчика - внезапно владение английским у меня включается. Я рассказал финнам, кто я, а финны были очень тронуты тем фактом, что путешественник из Москвы приехал сюда искать следы их истории. Обнаружилось, что мы и в одной гостинице остановились, в Заполярном. Мне показали издалека уже упомянутое здание больницы, а потом предложили ехать в Заполярный с ними. Увы, пришлось пойти на одну жертву - они уезжали уже через 5-10 минут, а значит, я ни к морю, ни к больнице подойти не успевал. Сел в кондиционированном салоне, а экскурсовод что-то рассказала группе, назвав и моё имя. Вспомнил я и о том, что в Печенге есть очень красивое военное кладбище, пожалел, что и его не увижу, но. Автобус как раз к нему и поехал.

Кладбище находится на мысу в Печенгском заливе, примерно на полдороги от центра Печенги до места, куда я в итоге дошёл. На кладбище есть мемориал с братской могилой советских солдат:

Здесь покоятся горные егери - солдаты элитного подразделения вермахта: профессионалы не моложе 24 лет, родившиеся в горных районах Германии и Австрии (в данном случае в основном из Тироля), и обученные всем тонкостям ведения войны в горах, выше снеговой линии. Воевали в разных местах - Балканы, Карпаты, Кавказ, Греция, Сканди навия. В тех же Альпах обустраивали позиции на высоте более 3,5 километров, куда ни одни другие наземные войска просто не смогли бы добраться, для снабжения используя канатные дороги длиной до десятков километров и ледовые тоннели. Символом горных егерей был цветок эдельвейса (хорошо виден на памятнике), поэтому часто ошибочно их называют дивизией "Эдельвейс" (на самом деле дивизии с таким названием не существовало). Надпись на крайней левой плите (единственная русскоязычная): "Здесь похоронены 12 000 горных егерей, инфантеристов, лётчиков и матросов. Памятник установлен ветеранами альпийских стран. Мы благодарим русских ветеранов за помощь".

Погибших немцев находили и хоронили на протяжении всей советской эпохи, как говорят - в безымянных могилах под звездой, чтобы не привлекать внимание. Создание мемориала началось в 1991 году по инициативе Австрии, а на его открытии присутствовали ветераны с обеих сторон.

Говорят, отношения советских ветеранов к немецким довольно противоречивое. Половина встречает бывших врагов как старых друзей, половина по сей день ненавидит. И мне кажется, понять можно и тех, и других.

Кладбище очень красиво:

Мне всегда очень странно видеть могилы врагов, пусть даже и бывших. Мысль, что по ту сторону фронта - такие же точно люди, не даёт покою. В любой армии, думаю, примерно одинаковый процент героев, изуверов и мародёров. Вопрос в первую очередь в том, для каких целей используют эту армии политики и генералы, и что этой армии позволяют.

А в общем, не было у меня здесь других слов, кроме как "Будь проклята война!".

Потому что всё равно иначе быть не могло. А если бы они не лежали в земле - нас бы сейчас не было. И вот Лично Ты бы не писал сейчас комментарий о плохом Сталине и хорошем Гитлере, не пытался бы открыть мне глаза и не обзывал меня "политруком".

Символично, что кладбище вермахта со всех сторон окружают действующие воинские части Советской, а ныне Российской Армии. Одни - за заливом:

Другие - у самых ворот. С кладбища и сама Печенга как на ладони - вот только свет не тот:

В автобусе ко мне подошёл старый финн, и сказал что-то вроде "Я. здесь.. мальчик-мальчик. ".Я переспросил:-It is your homeland? ("Это Ваша родина?") - но оказалось, что он не владеет английским. Другой финн, говоривший по-русски, перевел мне его слова - да, это действительно была его родина. И его дом стоял едва ли не на месте этого кладбища.

Автобус взял курс на Луостари, до которого мы ехали ещё минут 20. Справа всё отчётливее вырисовывалась Генеральская сопка:

Мы свернули с трассы, и вскоре я увидел деревянный монастырь:

О Троице-Печенгском монастыре, который в 1565 году основал здесь святой Трифон, креститель саамов, я уже рассказывал в прошлой части. Изначально обитель находилась примерно там, где сейчас главная площадь посёлка Печенга, но после шведского разорения 1590 года её перенесли в Луостари, к подножью Генеральской сопки. Само это название с финского так и переводится - "Монастырь". Здесь же обитель была возрождена в 1885 году и действовала до 1944 года. Затем монастырь сжался до церкви в Печенге (которая сгорела уже в 2007 году) и просуществовал до смерти последнего монаха в 1984 году, а основная часть его построек, судя по всему, или сгорела в войну, или была снесена. Теперь же идёт воссоздание:

Крепостные башни строятся совсем не случайно - ведь на Севере монастырь был и крепостью, и административно-хозяйственным центром. Но здесь к делу подошли с размахом - пусть и новодел, а наверное самая монументальная деревянная крепость в России:

Монастырский двор, Троицкая церковь (реплика храма 1885 года) и финны. В центре мужик в красной рубахе - прораб, а я выступил изначально посредником между ним и туристами (дальше к делу подключился тот финн, говоривший по-русски). Монастырь пока строится, монахам его сдадут "под ключ", а на стройке работают ребята слегка приблатненного вида. Тем не менее, финны оценили масштаб работ. Запомнилось, как двое из них оглядывали это всё, а потом попросили меня сказать мужичкам, что восхищены их работой, и что один из них сам столяр. Я перевёл, а мужички сказали прямо:-Если понравилось - вон ящик для пожертвований! А то чо языком молоть?Я в более мягких выражениях донёс это до финнов, и им идея понравилась.

За церковью - кладбище:

За монастырским башнями - Луостари:

Над обителью нависает Генеральская сопка с неприступным фасадом:

Крест на скале - одна из ярких особенностей Русской Лапландии:

На соседней сопке - совсем другой объект:

А дальше - Заполярный, в гостинице я ещё успел немного помочь финнам объясниться с администраторшей. Надо сказать, норвежцы ("норги") здесь бывают гораздо чаще, и по умолчанию норгами считают всех иностранцев. А в целом мне финны понравились. Уж не знаю, в чём дело - в национальности или в маршруте - но на тех "бодреньких пенсионеров", которые обычно приезжают из Европы в составе организованных групп, совсем не похожи. И кстати, что меня особенно потрясло: у них не было ни одной зеркалки! У всех фотоаппараты примерно как у меня или послабее, у некоторых вообще плёночные. Знать бы, с чем это связано. Наверное, у них и профессиональных фотосэтетов нет? Есть повод задуматься об эмиграции.

Ещё один след Трифона Печенгского - в посёлке Борисоглебский, куда я не попал. Но как известно, этот Борисоглебск расположен у погранперехода с Норвегией, на реке Паз, так что место довольно посещаемое. Там даже сохранилась небольшая Борисоглебская церковь (1874), причём на западном берегу реки - небольшой участок местности вокруг неё принадлежит России:

Но дело в том, что построили её не просто так, а по соседству с другой Борисоглебской церковью, которую заложил ещё сам Трифон Печенгский в 1565 году. Это было нечто уникальное - средневековый памятник на широте Норильска. В этих широтах нет ни единой постройки, способной сравниться по возрасту, а в средневековом зодчестве нет ни одной постройки на сопоставимых широтах. Увы, в 1944 году обе церкви сгорели, и древний храм восстановлению уже не подлежал. Единственное изображение, которое мне удалось найти - из книги В.В. Богуславского "Держава Рюриковичей" (1994, Тула), и за его достоверность совсем не ручаюсь.

. Из Заполярного в Мурманск я возвращался уже по автодороге - это не 7 часов, как на поезде, а всего чуть больше 2. С автовокзала ходят никельские автобусы (4 раза в день) и прямые маршрутки - отходят в 5:00, 10:00, 14:00 и 17:50, билет 350 рублей, договариваться можно заранее по телефону 8-921-511-00-45, а можно и подойти непосредственно к отъезду - места как правило есть. Километрах в 10 от Печенги маршрутка останавливается вот у такого памятника - я так и не понял, что символизирует эта техника, возможно - памятник строителям дороги или восстановления разрушенного войной края:

Рядом - кемпинг не в меру скандинавского вида:

Чуть дальше - граница погранзоны. Здесь всё серьёзное - досматривают не только на въезде в Печенгский район, но и на выезде из него. Но как уже говорилось, паспорта РФ достаточно, и здесь ни у кого даже вопросов не возникло, что это я москвич тут делаю. Автодорога по своим пейзажам даже живописнее железной дороги из-за гораздо больших перепадов высот. И от Печенги до Западной Лицы, да и дальше - десятки военных мемориалов. На указателях неизменная подпись: "Остановись. Поклонись. Вспомни".

На этом и закончу рассказ о Печенге с ее монашеством, финским прошлым, никелем и войной. Впереди последний этап путешествия - ночь в Териберке, на берегу Баренцева моря.

ПОЛЯРНЫЙ ДЕНЬ-2011 Вступление. От Архангельска до Баренцева моря. Летний берег (Архангельск и окрестности).Архангельск-2011. Северодвинск. Ягры и Севмаш. Северодвинск. По центру. Онега. Онега. Город. Онега. Река. Кий-остров. Крестный монастырь. Кий-остров. Природа. Онежская глубинка. Подпорожье и Вонгуда. Онежская глубинка. От Верховья до Пиялы. Ворзогоры. Село над Белым морем. Западный берег Белого моря. Беломорск. Город. Беломоро-Балтийский канал и Бесовы следки. Кандалакша. Кандалакшский берег. Виды с сопки. Терский берег. Про Терский берег в целом. Тоня Тетрина. Оленица и Кашкаранцы. Варзуга. Окрестности Мурманска. Кола. Мурмаши. Печенга. Железная дорога Кола-Никель. Самая северная в мире. Заполярный и Кольская сверхглубокая скважина. Никель. Печенга и окрестности. Ночь на Баренцевом море. Дорога на Териберку, или "Еду я по тундре. " Териберка. Баренцево море. Дополнение. Полярная ночь-2009. .

Усть-Кут, Лена и Осетрово - всё это один город в Иркутской области, небольшой (40 тыс. жителей), но крупнейший на три тысячи километров пути от…

Вопреки своему названию, Байкало-Амурская магистраль не заканчивается у Байкала, поморскому селу Горемыкино на берегу которого была посвящена…

От показанных в прошлых частях Северобайкальска и Нижнеангарска, столь непохожих друг на друга, но слагающих двойную систему у северной…

• Добавить комментарий
• 32 комментария

Усть-Кут, Лена и Осетрово - всё это один город в Иркутской области, небольшой (40 тыс. жителей), но крупнейший на три тысячи километров пути от…

Вопреки своему названию, Байкало-Амурская магистраль не заканчивается у Байкала, поморскому селу Горемыкино на берегу которого была посвящена…

От показанных в прошлых частях Северобайкальска и Нижнеангарска, столь непохожих друг на друга, но слагающих двойную систему у северной…