Доля плохих кредитов в крупнейших банках превышает 41% - это больше, чем в целом по системе: ситуацию комментируют эксперты 06.04.2016

По результатам стресс-тестирования НБУ двадцати крупнейших банков Украины доля плохих кредитов (NPL) превышает 41%. При этом в целом по банковской системе она составила 24,3%. Означает ли это, что крупные банки проводят более рисковую кредитную политику? И как можно охарактеризовать приведенные цифры? – узнавал Prostobank.ua // 06.04.2016

Михаил Кузьмин, директор по управлению рисками Альфа-Банка Украина

Сначала о цифрах: 41% и 24%. В отчетности НБУ нет понятия NPL (в Европе типично, но не исключительно, - это 90+ дней просрочки). Есть 4я и 5я категории кредитов (назовем их сомнительные и безнадежные, соответственно). В этих терминах Топ-20 действительно выглядят хуже (35% к 20%), но не столь драматично. Просто Топ-20 прошли проверку НБУ и уточнение цифры проблемности, а у остальных банков все еще в будущем.

Второй, и более значимый фактор этого казуса, кроется в подсчетах этих «других», которых «давно уж нет, а те далече» - таких, выведенных НБУ «вне игры» было 70 банков и только 5 из них принадлежали к ТОП-20 (Надра, Дельта, Финансы и Кредит, Виэйби и Брокбизнесбанк). В этих 70 концентрировались отнюдь не лучшие кредиты объемом около трети от всей банковской системы. И они уже не принимают участия в статистике. Если их вернуть - разительная пропасть в NPL между Топ-20 и «другими» сразу уходит, и соотношение 35:20 превратится в сближающееся тесно к 45-50%.

Если разница в дефолтности и существует, то она не более 5 п.п. Почему она не в пользу Топ-20: здесь можно назвать несколько факторов, а кое-где просто пофантазировать:

• · Банки Топ-20 интенсивно участвовали в кредитовании реальной экономики и населения в 2005-2008 годах. Темпы роста кредитного портфеля достигали 50-60% в год. Такие темпы роста и принятие возрастающего риска требовали постоянного подкрепления капиталом, и капиталом зарубежным. В сегменте прочих банков не все так однородно: есть целый хвост до 100 банков, которые играли только на межбанке или воплощали транзакционную модель из-за отсутствия капитала. Т.е., многие малые банки были «не в риске», либо в риске своих инсайдерских кредитов и проектов без подкрепления капиталом. Топ-20 брали крупных клиентов, крупные тикеты, конкурировали за клиента и в этой конкуренции забывали о диверсификации и ограничении самого заемщика в его аппетитах. Особенно в валютных аппетитах.
• · Из-за существенного различия в процентных ставках в валюте и гривне, клиенты предпочитали брать валютные кредиты, а ТОП-20 имели доступ к дешевых валютным ресурсам. В результате на девальвацию 2008 года Топ-20 вышли с большим валютным риском, чем «другие банки».
• · На момент конца 2008 г. оказалось, что в Топ-20 сконцентрировались клиенты с большими тикетами, большим левереджем и при этом в валюте. Ситуация улучшилась к концу 2013 года только в доле валютных кредитов: примерно треть из них была конвертирована в гривну (с 65% до 40% для Топ-20). Остальные банки сократили валютные портфели даже существеннее (с 55% до 30%) – и не столько из-за рефинанса в гривну или погашения, а просто из-за вывода их из фокуса статистики (из-за ликвидации).
• · И хотя доля физлиц в кредитном портфеле у Топ-20 меньше чем у «других», длинная (30-летняя) большеразмерная валютная ипотека, которая сейчас под защитой от коллекторства из-за моратория, тоже сконцентрировалась во многом в 4 банках из Топ-20 (с весами от 20% до 25% от общего портфеля). С NPL часто за 60%.

Резюме: Проводят ли банки Топ-20 более рисковую политику? Нет. Проводили, но незначительно более рискованную, скорее они рисковали по-разному.

Топ-20 принимали рыночный и экономический риск довольно беззаботно. Им это позволяли все стейк-холдеры рынка, кто подгоняя, кто молчаливо. Но именно эти банки участвовали в кредитовании реальной экономики и то, что было построено, произведено, и выдано в качестве жилья в эпоху «безоглядного кредитного бума» никуда не денется из Украины, хотя банки еще долго будут справляться со своими потерями и некоторые даже сойдут с дистанции.

«Затопные» банки тоже проводили рисковую политику, но другого рода: перемалывая депозиты населения в «инсайдеровских жерновах» своих частных компаний.

Поэтому дефолтность в разновеликих банках примерно одинакова и на уровне 45-50%.

Валентин Меняйло, советник Председателя правления ПАО «АКБ «КОНКОРД»

На долю плохих кредитов (NPL), как и на ряд других показателей банков Украины, в настоящее время влияет экономическая и политическая неопределенность. По существующим правилам коммерческий банк может иметь до 50% плохих кредитов, чтобы не попасть под санкции НБУ. Показатель 41,1% говорит о том, что крупные банки всё-таки контролируют ситуацию. По ряду причин, малые и средние банки не могут себе позволить такие риски.

Сегодняшняя ситуация в банковской системе складывалась многие годы и нынешнему составу НБУ выпала тяжёлая доля – исправлять все перекосы, которые создавались последние лет 20. Нынешний НБУ принял банковскую систему, которая совершенно не вписывается в западные понятия антимонопольного законодательства. Крупные или системообразующие банки вполне могут диктовать правила игры Национальному банку, что сводит на нет роль регулятора. В такой ситуации НБУ просто вынужден прислушиваться к мнению этих банков. В этой ситуации Национальному банку надо как-то отстоять свои позиции. Для борьбы с монополистами в банковской сфере он пытается привлечь мелкие банки, заставляя их укрупняться, чтобы повысить влияние на экономику и ослабить давление крупных банков. Задекларированное НБУ повышение индекса Херфиндаля-Хиршмана отпугивает малые и средние банки и лишает НБУ союзника в построении действенной и эффективной банковской системы.

Роман Лепак, директор департамента организации, стратегии и корпоративного управления ПАО «КРЕДОБАНК»

Более высокая доля проблемных кредитов у ТОП-20 крупнейших банков обусловлена не их более рисковой политикой, а более реалистичным отображением качества кредитного портфеля в отчетности по итогам стресс-тестирования.

У средних и малых банков реальное качество портфеля может быть даже хуже, но поскольку стресс-тестирование НБУ у них еще не проводилось, то это позволяет показывать им более высокое качество кредитного портфеля в своей отчетности. Кроме того, следует учесть, что как минимум половина банков в ТОП-20 представлена банками со стратегическим иностранным капиталом. Эта категория банков всегда более консервативно подходила к оценке качества своего кредитного портфеля и более ответственно формировала резервы по сравнению с банками с украинским капиталом. Даже до проведения стресс-тестирования такие банки, особенно с западным капиталом, показывали более реальную (т.е. более высокую) долю проблемных кредитов по сравнению с банковским сектором в целом. Заметное влияние на показатель качества портфеля по ТОП-20 банкам также имело доформирование значительных резервов в 2015 году банками с государственным капиталом, которое они провели после увеличения Правительством их уставных капиталов.

Оценка доли NPL по крупнейшим банкам в 41% является даже несколько оптимистичной оценкой, так как по оценкам международных рейтинговых агентств реальная доля проблемных кредитов в украинском банковском секторе превышает 50%.

Ростислав Синишин, Член Правления, директор по контролю за рисками Idea Bank (Идея Банк)

Для крупных банков более рискованная кредитная политика никогда не была стратегией привлечения клиентов. Учитывая, что за последние 8 лет мы пережили два кризиса, банки существенно пересмотрели собственные кредитные политики и стали более консервативными в выборе клиента. Значительная доля негативно классифицированного портфеля крупных банков (да и по банковской системе в целом) в значительной степени обусловлена ​​последствиями агрессивной политики в условиях кризиса.

Следствием этого стали: значительная часть валютных кредитов в портфелях, качество обслуживания которых объективно не удовлетворяет требованиям; переоценка обеспечения в связи со снижением ликвидности; изменение подходов к учету определенных видов обеспечения при определении покрытия.

В отличие от мелких банков, крупные имели достаточно большую клиентскую базу, за счет кредитования которой они практически не изменили свои позиции на рынке. Сейчас привлечение нового клиента происходит крайне осторожно, поскольку в нынешних социально-экономических условиях, найти финансово стабильного клиента крайне трудно.

Владимир Солодкий, начальник управления анализа, планирования и рисков ОАО КБ «Глобус»

На мой взгляд, сравнение доли плохих и доли просроченных кредитов не очень корректно. Кроме того, NPL по банковской системе в целом не публикуется, публикуется показатель «доля просроченных кредитов» (сумма неуплаченного в срок долга).

Я не считаю, что крупнейшие банки проводят более рисковую политику, чем вся банковская система в среднем. Возможно, высокие показатели кредитного риска можно объяснить следующими причинами: