Чемпионка мира против уплотнительной застройки

Ирина Роднина приняла избирателей подмосковных Химок

Рабочий день Ирины Родниной на региональной неделе расписан по минутам. Дубна, Дмитров, Талдом, Химки — расстояния между районами Московской области немаленькие.

- И везде ждут люди, причём многие идут к депутату, как в последнюю инстанцию, когда идти уже некуда, — рассказывает Роднина. - При этом у человека часто уже есть готовое решение своей проблемы. Люди не хотят понимать, что депутат в силах помочь, только когда закон действительно нарушен. Эмоции у избирателей в таком случае зашкаливают, так что приходится работать прежде всего психологом.

До начала приёма в подмосковных Химках остаётся не более пяти минут. Парламентарий быстро просматривает обращения записанных на приём посетителей. Иногда покачивает головой — сегодня опять много вопросов, связанных с жильём. Для Химок это больная проблема. В Талдоме и Дубне люди приходят с другими нуждами: помочь привезти дрова одинокой бабушке, отремонтировать крышу. «В этом случае необходимую помощь, как правило, получают незамедлительно. Всегда можно подключить к решению проблемы нашу местную организацию партии «Единая Россия», — напоминает Ирина Роднина.

В отличие от жителей отдалённых районов жители Химок очень активные. Наш разговор прерывается: в приёмной появляются первые посетители — восьмидесятилетняя пенсионерка и её сын. Они живут в частном секторе в посёлке Клязьма. В прошлом году поселковая администрация проводила кадастр территории частной застройки. А затем в полученных пенсионеркой документах на принадлежащем ей участке почему- то не оказалось жилого дома, который строили всей семьёй ещё в восьмидесятые годы.

Дом в результате, конечно, нашёлся, только вот оказался он за границами принадлежащего пенсионерке участка, на земле, которая в собственности поселковой администрации. В администрации предложили своё решение проблемы: пенсионерка выкупает землю, на которой стоит её дом, по кадастровой стоимости — два с половиной миллиона. «У нас таких денег нет, — разводит руками бабушка, — в шестидесятые годы мы получили эту землю от совхоза, так почему за неё надо платить?»

- Интересы поселковой администрации понятны, им, конечно, очень выгодно продать вам эту землю. Но вам не следует опускать руки, — считает Ирина Роднина. Она советует подготовить иск в суд. Поскольку дом построен давно и разрешение на его строительство имеется, есть неплохие шансы, что суд встанет на защиту интересов собственника и передаст землю безвозмездно, замечает депутат.

- С кадастром всегда ситуация очень запутанная, — комментирует депутат, когда бабушка с сыном уходят. — В принятом законе о кадастре пока полно неясностей. И самое обидное, что лучше всего сегодня законы знают как раз мошенники, они пользуются этим, обманывая людей. А многие наши граждане особенно старшего поколения всё ещё не имеют необходимых документов, подтверждающих владение участком. В советские времена никакой собственности на землю не было, и они не могут понять, чего от них сейчас хотят.

У следующих посетителей жалоба на точечную застройку. В отличие от предыдущего случая они пришли с пухлой папкой документов и даже картой района. Во дворе их дома собираются возводить трёхэтажный развлекательный центр с боулингом. «Мы так привыкли к своему дворику, а деревья я там сажала ещё в школьном возрасте», — рассказывает интеллигентная женщина в очках. «Почему администрация города нарушает закон о придомовой территории?» — недоумевает она.

- Двор не является придомовой территорией, и разрешение на строительство развлекательного центра выдано на законных основаниях, — парирует представитель Химкинской администрации, которая в это время появляется в приёмной.

- Нет, разрешение незаконно, — настаивает женщина. Ирина Константиновна вмешивается в разгорающийся конфликт: «С точки зрения закона, в действиях администрации нет нарушений. Это так. Но есть ведь ещё мнение жителей. И они против строительства. Поэтому готовьте коллективное обращение, а я на основании его сделаю запрос в городскую администрацию, чтобы были обязательно проведены общественные слушания по этому вопросу». Посетителей такое решение полностью удовлетворяет.

В дверях тем временем возникает сумятица. Помощник пытается задержать очередную посетительницу. «Вы, главное — не волнуйтесь. Садитесь и рассказывайте, что у вас случилось? — пытается успокоить вошедшую в приёмную женщину Ирина Константиновна.

- Мне сказали, что проходить вот с этим нельзя. Но вы должны увидеть, чтобы убедиться, что мне действительно угрожают, — голос немолодой посетительницы в длинном пальто то и дело срывается на крик. В руках у неё кухонная скалка. Такой вот скалкой, по её словам, её обещала «угробить» соседка, если она ещё раз появится в коммунальной квартире. «Моей жизни угрожают, и мне никто не хочет помочь», — женщина начинает всхлипывать, и Роднина просит помощницу принести воды. Иногда таким посетителям требуется и валидол, и другие лекарства, так что на этот случай держим аптечку, объяснит она мне после.

Женщина, немного успокоившись, начинает рассказывать свою историю. Комнату в общежитии завода «Энергомаш» в Химках она получила ещё в начале 90-х. Но очень скоро дела предприятия пришли в упадок и дом отошел в ведение города. Год назад в одну из комнат коммуналки заселили шумную семью, которая стала буквально выживать женщину из её комнаты. Сейчас она просит, чтобы беспокойных жильцов выселили. «Увы, выселить их не в моих силах, потому что они занимают свою жилплощадь на законных основаниях, — отвечает, посмотрев документы, Ирина Роднина, — но вот призвать к порядку необходимо, и я обещаю вам в этом помочь».

У нас же появляется небольшая передышка. «Вы как-то специально настраиваетесь на общение с посетителями, и помогает ли в этом спортивный опыт?» — спрашиваю я.

- Иногда тяжелее бывает, чем на соревнованиях, — замечает Роднина. — Это понятно: в отличие от соревнований здесь не может быть единого настроя, все люди разные, приходят с разными проблемами и по-разному реагируют. Но за каждым из них своя правда. Главное — воспитать в себе умение слушать людей, и в этом основная особенность моей нынешней работы.