Ника Сандрос: «Стукнут по башке и помаду отберут!»

Ника Сандрос раньше работала в офисе, а потом решила стать художником. Сейчас вовсю рисует окровавленных женщин, милых лисят с девичьими глазами и похожие на айсберги цветы. И ей есть что сказать о Минске.

– Ника, вот вы художник. А часто ходите в местные музеи и галереи?

– Не хожу. Два раза была в Национальном музее, никаких особых впечатлений не получила. В этом году меня поразили только выставки Айвазовского в Национальном и Рериха в музее ВОВ. Насчет маленьких галерей – однажды я специально составила список галерей и начала их исследовать. Но это даже не галереи, а выставки-продажи с работами зрелых художников, о которых с придыханием рассказывают бабушки-искусствоведы. Да, это гениально, красиво, но, на мой вкус, скучно. Букеты, пейзажи, плетеная соломка – сколько можно? Иногда я прихожу в галерею «Ў» – и иногда впечатляюсь.

Да и сделать выставку в минских галереях сложно: где-то нужно быть членом Союза художников, подавать заявку, ждать рассмотрения, потом – очереди, платить аренду. В то время как в России, Польше, Украине мне говорят: «Привози картины. Все остальное мы сами организуем». Проще купить билет в Краков и повеселиться там, чем обивать пороги с прошениями здесь.

–Вы же часто ходите в минские кафе и рестораны – в них весело?

– В них, скорее, странно: там всегда очень тихо и никого нет. Может, потому что у нас дорого. Может, люди у нас не приучены ходить в кафе. Да и рестораны у нас все одинаковые. Я не могу сегодня выбрать настоящую индийскую кухню, завтра – итальянскую, послезавтра – мексиканскую.

Я рестораны различаю так. В бар «Ў», например, как ни зайдешь, обязательно встретишь друзей. И здесь светло, есть интернет и вкусные сэндвичи. Есть чудный «Грюнвальд» – там спокойно и вкусно, можно поработать, я туда за молочными коктейлями хожу. Еще мне нравятся супы во Fresh cafe.

Правда, один раз пошла обедать – была такая чудесная еда, что я даже попросила книгу отзывов, написала благодарность. Пришла в следующий раз, заказала холодник. Через полчаса принесли чашку кефира, в которой плавал один огурец и немного поструганной свеклы. Я сказала: «Ребята, что это такое? Несите книгу отзывов, я зачеркну свою благодарность». Пришел повар, извинился. Недавно открыла для себя кафе Brutto – это темная норка для встречи с друзьями; там безумно вкусные десерты, после шоколадных бомб невозможно остаться в живых. Ну и золотую медаль в ресторанном топе я отдаю Sweet&Sour. Там совершенно фантастические мальчики работают – когда туда прихожу, даже в меню не смотрю.

– А куда смотрите? На мальчиков?

– Нет, я говорю: «Вот у меня такое настроение, и под него я хочу поесть и выпить». Или: «Я уже выпила коньяка. Дайте мне что-то, чтобы мне было хорошо дальше». И они делают невероятные коктейли. Мне нравится наблюдать, как бармены колют лед, как растирают мяту, как официанты рассказывают о еде, как ее подают – это прекрасно.

– Раньше вы в своем блоге писали, что минские клубы – это места, куда нескромно разодетые женщины приходят, чтобы на них поглазели пьяные мужчины.

– Я и сама иногда так хожу туда. Все клубы одинаковые – один дороже, другой дешевле. Неприятно приходить в Next – там такой откровенный съем, все эти девицы… Я на них посмотрю – и у меня чувство негодования, неполноценности и отвращения. Придешь в место попроще – там такие же девицы, только подешевле. Тоска берет. А музыка! Эти диджеи что, радио не слушают, не ездят в другие страны? В наших клубах мне не хватает легкости – в Варшаве, например, все смотрят друг на друга приветливо, с искрой. В клубе чувствуешь себя частью огромной веселящейся

толпы. А здесь одна тема: девушки становятся на каблучищи, натягивают силиконовые лифчики, покупают два мохито, сидят с прямой спиной и иногда ходят танцевать с подружками в кружок или перед зеркалом.

– Так они же себя так ведут, потому что хотят таким же мужчинам приглянуться.

– Ну да, мужчины у нас приходят не веселиться, а посидеть. И танцуют обычно девчонки и пьяные мужичонки. А так, чтобы 30-40-летние красавцы танцевали, я не вижу. Сидят на диванах. Рассматривают девушек, разгоряченных мохито.

– Может, в театрах или кино дела обстоят лучше, как вам кажется?

– Я не театрал. Редко там бываю. Нужно исправляться. Ходила на балет «Сильфида» – все было совершенно чудесно. Пошла потом на оперу «Волшебная флейта». Убежали с другом после первого акта: принцессу играла 40-летняя женщина, Птицелова обклеили кусками искусственного меха неоновых цветов, обезьянки танцевали в поеденных молью костюмах, а главный герой – в голубом камзоле со стразами и перьями. Мне кажется, это безвкусно. А в кино я хожу каждую неделю.

– Не жалуетесь, что мало нового кино привозят?

– Нет. Новые хорошие фильмы выкачиваю из интернета – у моего друга огромный телевизор с правильным звуком, так что хорошие фильмы мы смотрим дома. А в кинотеатр я хожу, потому что люблю наблюдать, как люди общаются с фильмом: смеются, замирают перед экраном, открывают бутылки с напитками – и слышно: «Пш-ш-ш».

– И тех, кто ест чипсы, не порицаете?

– Фильм, кинозал, шуршание пакетиков – все это для меня одно целое. Я и сама иногда специально выбираю самый шуршащий пакет чипсов, чтобы долго его открывать. Конечно, было бы здорово, чтобы у нас показывали больше каких-то фильмов, которые завоевывают призы и награды, я бы смотрела с удовольствием.

– Ну, тут такая штука: например, в позапрошлом году в «Доме Кино» неделю показывали «Повелителя бури», который выиграл «Оскар», а в пятницу вечером в зале было человек десять.

– Это опять же про то, что у нас люди не умеют искать развлечения. Ты ходишь с работы домой, из дома – на работу, у тебя есть ряд каких-то проблем, которые ты пытаешься решить, но от этого всего нужно иногда отвлекаться. Моя подруга сказала недавно: у нас молодые люди живут, как будто они уже старые, а в других европейских городах 40-летние ведут себя, как в 25. У нас и правда все как будто старенькие.

Я каждую неделю читаю афишу: новый фильм, новая выставка, новый ресторан – я туда иду. А если бы я так не делала, то просто сидела бы дома или ограничивалась посиделками у друзей с бокалом вина и одними и теми же разговорами.

Вообще, у меня такой вопрос: куда у нас ходят семейные пары? Вот будь у меня сейчас муж и ребенок – куда я с ними пойду? Ладно, обедать мы пойдем в «Грюнвальд». Потом можно поехать в Sporting Club, за город, чтобы ребенок поездил на велосипеде и полежал на травке. А в парк Горького я своего ребенка не поведу, что он увидит в этих толпах?

– Да, забавно, что парк Горького – не самый маленький парк в Минске, а все всё равно ходят по узкой центральной дорожке.

– Точно! Ну ладно, в следующие выходные мы пойдем в Ботанический сад. А что дальше? В этом городе ничего нет для детей.

– А есть где прогуливаться с друзьями, парнем или одной?

– Ну, по маршруту Немига – проспект Победителей – проспект Независимости – улица Маркса я нагулялась. Теперь мы с моим другом придумали такую штуку. Я говорю: «Пошли погуляем», и мы садимся в машину, едем-едем, потом паркуемся и гуляем по незнакомой улице. Рассматриваем дома, изучаем закоулки. В Минске еще остались места, в которых можно найти колоритные углы.

– Вы еще часто пишете, что страшно гулять возле

станций метро Могилевская и Автозаводская.

– Там не страшно, а страшно весело. Это Автаз. Это общаги, это выселенные дома. Как сейчас модно говорить – атмосферное место. В районе Уральской и Ангарской точно ночью гулять не стоит: стукнут по башке и отберут… помаду. Люди там колоритные, но я умею с ними разговаривать.

– А что вас раздражает в Минске?

– Овощи! Меня страшно раздражают овощи в магазинах! До июля помидоры лежали там зелеными, я уехала на неделю в Варшаву, вернулась – а они уже испорченные! Почему картошка в минских магазинах – старая, несъедобная? Почему огурцы сморщенные? Почему капуста вялая? А лимоны – жухлые? Я не понимаю. Как они умудряются? Я скоро напишу открытое письмо Президенту ( смеется ). Я люблю ягоды, сочные фрукты, красивые овощи. То, что вижу в минских магазинах, – это трагедия.

– А что в Минске нравится?

– Он напичкан моими людьми. Я иду по городу и знаю: в этом кафе со мной поздоровается официант, в этом здании работает моя подруга, а вот мой друг проехал. А сам Минск для меня ничего не представляет. В художественных магазинах даже нет нужной краски – сейчас я не могу выполнить заказ, потому что нет розовой и зеленой, хоть убейте. И так получилось, что сейчас я живу на два города, Минск и