Ну очень чёрная комедия: Павел Урсул поставил в Театре Луны пьесу «Двое бедных румын, говорящих по-польски».
- Когда я учился на артиста – этo было на Украине, уже тогда знал точно, что в итоге буду именно режиссером. У нас не было режиссерского факультета, поэтому, учась на актёрском, я думал – ничего, всё это где-то близко. И вообще: хочешь быть режиссером – проверь сперва профессию артиста.
Путь мой складывался любопытно, доходило порой до смешного. Ведь впервые в театр я попал следующим образом: шел как-то по улице, тогда только из армии вернулся, и смотрю, на входе в театр висит объявление: «Требуется радист!». А я как раз по военной своей профессии был радистом.
Но в театре радист – это тот человек, который включает фонограмму во время спектакля. Словом, в шутку, зашел я к директору театра и спрашиваю: радист требуется? Да, отвечает он мне. Ну вот он я, говорю, принимайте, я в армии радистом был! Нет, нам такой радист не нужен, а сам смеется. А какой вам нужен? Магнитофон умеешь включать? Да, говорю я удивленно. И он мне: другое дело! Если умеешь включать магнитофон - ты принят!
Так я и стал работать в театре, начал включать фонограммы к спектаклям. Проработал на этой должности где-то полгода, после чего мне предложили переквалифицироваться в осветителя. Повышение дали, так сказать.
Ещё с полгода я был главным по софитам. И только потом поступил на актерское, театр пришлось бросить.
И вот после окончания актерского я как-то задал себе вопрос: «Паша, а что ты умеешь? Ты - радист, осветитель и актер! Значит, самые главные знания для поступления на режиссерский факультет у тебя есть, пора ехать и поступать!». Так я оказался в Питере.
- А режиссёр – это ваша ещё детская мечта, получается?
- В детстве я, как и все нормальные мальчишки, хотел стать мореплавателем и пиратом, а был период, думал, буду поваром.
Но, сказать, что у меня была на примете профессия, о которой я прямо мечтал, вы знаете, нет, такого не было. Всё как-то с возрастом само определилось.
- Тогда вопрос такой: почему именно режиссер театра, а не кино?
- Всё до смешного банально. Вы представьте себе жизнь режиссера кино: только солнце взошло, а он уже на ногах. И неважно, дождь или снег, холод или жара – нужно ехать на съемки, и, замечу, далеко не всегда они проходят в павильонах, как вы понимаете.
И так каждый день, минимум до восьми вечера, а потом домой: сон, а на следующее утро все сначала!
А вот вам жизнь режиссёра театра: обычно просыпаешься не раньше десяти утра. На репетицию идёшь в красивое здание театра, репетиции начинаются чаще всего не раньше полудня.
Возвращаешься домой в хорошем настроении, счастливый. Вот поэтому - я режиссер театра! (Смеется)
- Как вы начали работать в Театре Луны?
- Наше сотрудничество началось достаточно давно, 11 лет назад.
Мой товарищ, актер Владимир Майсурадзе, предложил поставить на лунной сцене наш студенческий спектакль.
Он же познакомил меня и с художественным руководителем театра Сергеем Борисовичем Прохановым. Поставили мы наш спектакль, так и закрутилось, до сих пор тут работаю.
Театр Луны впервые обращается к творчеству польской писательницы и драматурга Дороты Масловской, которую на родине называют «голосом улиц» и обличителем нравов современного общества. В очень черной лирической комедии “Двое бедных румын, говорящих по-польски” главные герои пускаются в авантюрное путешествие, полное приключений, в конце которого находят любовь и обретают самих себя.
- Расскажите, пожалуйста, о предстоящем спектакле «Двое бедных румын, говорящих по-польски».
- Это черная комедия. Но мы ее называем – ну ОЧЕНЬ черной комедией, для смеха.
Внутри этой пьесы стремительно развивается сюжет: два человека, мужчина и женщина, заинтересовались друг другом и пустились в безумное путешествие, окунулись с головой в водоворот событий.
Я не могу рассказывать о подробностях путешествия - это уже тайна фабулы, карты раскрывать не хочется, но скажу, что там даже есть детективная интрига, а в конце странствия герои, конечно, влюбляются друг в друга.
А еще, там есть загадка про румын, но умолчу и о ней. Зрители сами все поймут.
- Эта пьеса польской писательницы Дороты Масловской была предложена к постановке Сергеем Прохановым, вас она сразу зацепила?
- Да, мне позвонил Сергей Борисович, попросил прочесть эту вещь и затем поделиться своим мнением.
Пьеса мне понравилась сразу – она сумасшедшая! Современный язык, острый сюжет – я бы даже сказал, очень! - постоянная динамика, мощная смена событий…
Еще меня привлекли интересные роли, разные, такие роли-перевертыши, роли со вторым планом… Очень глубокие, интересные персонажи…
Для таких ролей нужны многогранные актеры.
Главную женскую роль - Джину - исполняет Дарья Цыпляева (на снимке). В другом составе играет Татьяна Солнцева.
- Кстати, как вы подбирали актеров для этого спектакля? Вообще, чем руководствуетесь при выборе артистов?
- Мне интересно работать с актёрами, которых я называю «обезьянками». Им только покажи что-то, и они сразу начинают играть.
Игручие такие, понимаете! Они не сидят по три часа, не рассуждают о предстоящей роли, как адвокаты, а сразу же загораются разнообразными идеями.
Такие артисты быстро и органично попадают в игровую стихию. А всё потому, что им хочется играть, играть, играть!
Если говорить конкретно об этом спектакле – здесь нужны были артисты серьезного уровня. Особенно, для главной мужской роли: требовался настоящий артист-виртуоз.
Есть такое понятие – краски у актера, для меня это основная характеристика. Мне нужно было, чтобы у артиста в палитре имелось не 50, а 150 красок, поскольку в одной этой роли сочетаются десять других: он должен был быть и комедийным, и с чувством юмора, но при этом – героем романтическим, ведь история о любви!
Главная мужская роль - Пархи - в первом составе спектакля досталась Александру Боброву.
- Так всё-таки спектакль «Двое бедных румын, говорящих по-польски» - это, прежде всего, история любви, но при этом пьеса жёсткая?
- Да, это история любви, которая рассказана в жанре черной комедии.
А почему бы и нет?! Лирическая такая черная комедия. Жанр, кстати, существует давно.
Вспомните такие образцы, до которых мы пока, к сожалению, не доросли – например, «Семейку Адамс». Это же всё про любовь, а чёрный юмор там присутствует на протяжении всей истории.
- Какой вы режиссер, строгий? Бывает такое, что кричите?
- Я всё переживаю внутри себя. Кричу, возможно, но без звука.
На актеров вообще кричать не нужно. Точно знаю: режиссер не должен добиваться подчинения, добиваться нужно понимания!
Если актер не понимает, чего ты от него хочешь, как же он это сыграет!? Если он не понимает тебя сердцем - ерунда получится, а не театр!
В драматическом театре задействована человеческая душа, артисту нужно создать все условия для того, чтобы он в нюансах прочувствовал, что необходимо режиссёру.
- А как вы относитесь к эпатажу, который сейчас так распространен во многих современных театрах?
- Эпатаж был в театре во все времена, он возник не сегодня. Но если в театре всё делается только ради эпатажа, то такой театр мне неинтересен.
Мне интересен театр, в котором рассказывают какую-то историю о жизни, о душе человека. Театр должен быть ради людей и о людях, а не ради эпатажа.
Правда, не всегда так называемый эпатаж является им, иногда, это просто «старые приёмчики». Но если зритель в такой театр ходит, значит, ему нравится.
В моем спектакле «Чапаев и пустота» по Пелевину звучит такая фраза: «Поэту скоро придется пукать свои стихи, чтобы привлечь внимание зрителя».
Вообще, я не знаю настоящего эпатажа, который был бы Made in Russia. Честно! Голыми по сцене ходить?! Так это ещё 100 лет было…
- Давайте о планах поговорим. Что еще задумали на этот год?
- Весной хочу выпустить еще один спектакль. Это будет антреприза. Мелодрама «Ты мое солнышко»: про любовь зрелого мужчины - 50 лет, и девушки, которая младше на 25 лет.
Вот такой роман. 9 марта состоится премьера этой лирической комедии с грустным финалом.
А ещё, я поеду на гастроли в Германию, очень жду их. Пока же с нетерпением жду премьеры «Двух бедных румын, говорящих по-польски», так хочется, чтобы она прошла с большим успехом!
- Какого зрителя вы ждете на премьере?
- Жду тех, кто любит комедию, кто любит мелодраму. И, конечно, тех, кто любит истории о любви.
Жду зрителя, которому нравится что-то неожиданное; зрителя умного. И, пожалуй, красивого! (Смеется)
Обещаю: будет много сюрпризов!
- А что можете сказать тем, кто собирается на этот спектакль?
- Приходите! Вам будет по-настоящему интересно. И, надеюсь, своей режиссурой я пьесу не испортил!